Кожа

Мецрих Бен

— Мне бы твою уверенность, — кивнула Скалли на монаха. — Даже если он приведет нас к скалам, подумай, сколько пещер у подножия Си-Дум-Као!

Малдер поморщился — надевая ботинок, он сдвинул присохший к лодыжке бинт.

— Ты видела карту, которую мне показал Ганон? Этот мальчишка изучил каждую точку и линию. Он жизнь посвятил изучению всего, что связано с Пожирателем, понимаешь? Говорю тебе — эта тропа приведет нас к лаборатории.

Скалли вспомнила, каких усилий ей стоило не рассмеяться, когда старик Ганон наставлял Мальку,

как вести себя вблизи логова Пожирателя. Она старательно делала вид, что верит в эту сказку. Ведь Палладии не нашел бы лучшего места для своей лаборатории. Здешние пещеры были просторны, и в то же время ни один местный житель не посмел бы приблизиться к горам.

Но в само чудовище она не верила ни секунды. Она видела трупы Аллана и Рины Троубридж — они были изуродованы, освежеваны — но, несомненно, человеком. Она тщательно собрала остатки трансплантанта, содранного Малдером с ноги, но, увы, под микроскопом мельчайшие крупицы распались на молекулы, что исключало дальнейший анализ. Хуже того — когда они вернулись в гостиницу, труп гуморобота исчез без следа. По-видимому, хозяин утащил его от греха подальше. Она попробовала выяснить, куда исчезло тело, по телефону, но очень скоро поняла, что и на сей раз провести вскрытие не удастся.

Не везло ей в последнее время со вскрытиями. Ученый с криминальными замашками умело заметал следы. Скалли все больше склонялась к выводу, что за каждым их шагом следят еще с той памятной нью-йоркской ночи. Следят и чинят всякие препятствия. Исчезновение трупа Джона Доу, локальная вспышка летаргического энцефалита — все это звенья одной цепи. С Малдером трудно было не согласиться. Но при чем здесь легенды? Нужно искать не клыкастых монстров, а хитрых, изворотливых, умных преступников в белых халатах! Найти — и судить. Хотя бы за то, что они учинили над двумя тысячами американских солдат.

— Малдер, давай определимся, — предложила она миролюбиво. — Мы ищем секретную лабораторию, а не логово монстра.

Его ответ заглушил истошный вопль. Малдер вскинул автомат, Скалли выхватила «Смит-Вессон», и агенты бросились к проводникам. К счастью, это был крик испуга, а не агонии, тут же сменившийся распевным чтением мантры.

У ног монаха, свернувшись калачиком, лежал скелет, полузасыпанный землей и камнями. Он лежал здесь не менее двух-трех недель — кости уже пожелтели. Череп был частично раздроблен

— Это не человек, — сказала Скалли. — Обезьяна, гиббон — видишь, какие руки длинные. Не меньше недели пролежал.

— И обглодан чисто, — добавил Малдер.

— Естественно. Падальщики обглодали, — с нажимом произнесла Скалли. — Видишь следы? Дикий кабан. Свирепая тварь. Для такой убить гиббона не проблема.

Малдер опустился на колено, чтобы рассмотреть скелет повнимательнее. Мальку и другие тайцы стояли на почтительном расстоянии и что-то тихо обсуждали.

— Кабаны не сдирают кожу со своей жертвы, — сказал Малдер.

— Шакалы сдирают, — нашлась Скалли. —

Два вида водятся в этих местах. Плюс волки и ястребы. И о насекомых не забывай — объедают быстрее любого хищника.

Малдер поднял руку. У него не было ни малейшего желания устраивать дискуссии. Он встал на ноги, давая понять, что пора отправляться в дорогу. Мальку крикнул что-то тайцам, но те, как по команде, замотали головами.

— Они возвращаются, — сказал монах, опустив глаза. — Говорят, что я должен проводить их до Альката.

Скалли вопросительно посмотрела на Малдера.

— По-моему, у нас нет выбора.

— Мальку, как далеко отсюда подножие горы? — спросил Малдер.

— Совсем недалеко. Сразу за холмом.

— Малдер. эта, с позволения сказать, тропинка может тянуться еще много миль, — возразила Скалли. — Скоро стемнеет, а мы совсем не знаем местности.

— Перед тем как потерять сознание, Скалли, я слышал, что Кайл сказал: демонстрационный сеанс начинается через несколько часов. Он уже начался, понимаешь? Иди, Мальку. Мы прихватим все, что сможем унести. Но ты возвращайся за нами, хорошо?

Монах с готовностью закивал. Скалли задумалась, закусив губу — ей не нравилась идея бродить впотьмах по незнакомому лесу. Но Малдер прав — теперь надо либо идти, либо возвращаться в Вашингтон. Второго шанса уже не представится.

— Идем еще час, Малдер. Если не доберемся за это время, поворачиваем назад.

— Главное — правильно работать запястьем, — учил Малдер, нанося очередной удар мачете. — Как в гольфе. Единственная разница — если неправильно замахнешься, можешь остаться без головы.

Скалли валилась с ног от усталости. Тело стало скользким от пота, ремешок тяжелого автомата натер ей плечо. А Малдер еще тащил здоровенный рюкзак с провизией на два дня. Они шли уже сорок минут, и ей этого было более чем достаточно. Голова разламывалась от нескончаемого гудения всевозможной летающей, прыгающей и ползающей живности, кожа была так изглодана насекомыми, что почти утратила чувствительность.

— Темнеет, — напомнила Скалли, со стоном перерубая очередную ветку с руку толщиной. Ей уже не хотелось думать ни о чем, кроме прохладного душа и удобного кресла самолета, берущего курс на Вашингтон. — Давай разобьем лагерь и подождем Мальку. Или, если хочешь, попытаемся сами найти дорогу.

— Не будем паниковать, — отрезал Малдер, — главное — сохранять разумный… а-а, черт!!

Его мачете выскользнул из рук и пролетел между густыми кустами. Через секунду раздался звон металла о камень. На лице Малдера сверкнула торжествующая улыбка.

— Звучит обнадеживающе.

Скалли раздвинула кусты и увидела вход в узкую расселину между скалами футов в двадцать высотой. Ширина ее не превышала ярда. В десяти футах впереди мини-каньон резко сворачивал вправо, и оставалось только догадываться, как далеко он тянется. Зато ясно было другое — они достигли опушки леса.