Козлик Иван Иванович
Шрифт:
– Нам нельзя мешать, – сказал профессор Володин. – У нас консилиум.
– Я считаю, что драконам здесь делать совершенно нечего, –сказал профессор Тягамото. – У вас есть вопросы к нашему пациенту?
– Мы подождем, – сказал толстый король, – вы не беспокойтесь. Мы тут в тенечке отдохнем, пока вы беседуете. Тысяча извинений.
Король верхом на драконе отъехал от окна. Дракон остановился на другой стороне улицы под тенью большого дуба и принялся щипать одуванчики. Профессора покачали головами и вернулись к своим
– Ну и каково будет ваше решение, коллега? – обратился профессор Володин к козлику.
Козлик посмотрел на него, подмигнул и подобрал с пола лист капусты. Он хрупал листом капусты, смаковал его, пережевывал, заглатывал, а профессора смотрели на него в полном изумлении. Они ждали чего угодно, только не этого.
Козлик доел лист капусты и снова поглядел на профессоров. Профессора опустили глаза.
– Неужели вы не понимаете, – воскликнула Алиса, – что Иван Иванович съел этот листок, потому что обиделся на вас?! Неужели это непонятно?
– С одной стороны, – сказал профессор Тягамото, – мы понимаем чувства Ивана Ивановича. Но с другой – опыт есть опыт. И если судить по опыту, получается, что перед нами самый обыкновенный козлик.
– Да, Иван Иванович, – сказал профессор Володин, который был очень расстроен. – Вы нас подвели. Вы нас, можно сказать, поставили в тупик.
– Бээээ, – сказал козлик, как будто засмеялся. И никто из ученых не догадался, что Иван Иванович съел этот лист капусты просто потому, что ему захотелось капусты. Какой бы ты ни был профессор и директор, но если ты в козлиной шкуре, то любишь капусту. Вот поэтому Иван Иванович и съел этот злополучный листок.
– Что ж, – сказал, наконец, самый старый и самый мудрый профессор Кармайкл-младший. – Мы должны оценить чувство юмора нашего коллеги козлика Ивана Ивановича и попросить у него прощения.
Он строго посмотрел на профессора Володина, и все профессора строго посмотрели на профессора Володина, а профессор Володин смутился, достал из портфеля второй лист капусты и протянул козлику. Козлик кивнул головой, поблагодарил и съел лист.
– Теперь, когда нам ясно, что перед нами все же наш коллега, а не просто козлик, – сказал профессор Тягамото, – мы можем обсудить, как его вылечить.
Профессора спорили целый час. Козлик устал и лег спать. Они так и не достигли согласия. А их предложения были такими.
Первое предложение. Сделать козлику искусственное горло, чтобы он мог говорить. Даже еще лучше – руки, чтобы он мог писать свои научные труды.
Второе предложение. Заморозить козлика на то время, пока наука не научится превращать козликов в людей.
Третье предложение. Сделать искусственного человека, как две капли воды похожего на Ивана Ивановича, и посадить в него козлика, как в одежду. И все будут думать, что это Иван Иванович.
И еще двадцать три подобных предложения.
А самое последнее предложение,
– Надо, – сказала она, – расколдовать козлика.
Разумеется, профессора зашикали на девочку, рассердились и попросили ее выйти из комнаты. Ни один из профессоров не верил в сказки и колдовство.
И правильно делали. Если бы они верили, то не были бы профессорами, а наука зашла бы в тупик.
2. Легендарная эпоха
Когда профессора разъехались по домам, Алиса с козликом прошли к ней в комнату и сели на ковер.
– Ну, задал ты им работы, – сказала Алиса. – Хотя мне понравилось предложение одеть тебя в шкуру Ивана Ивановича.
Козлик отрицательно покачал головой.
– Понимаю, – сказала Алиса. – Обидно тебе. Ты хочешь все или ничего.
Козлик согласился.
– Тогда нам не на кого надеяться, кроме самих себя, сказала Алиса.
Козлик и с этим согласился.
– А для того, чтобы расколдоваться, нам надо отправиться в легендарную эпоху, – сказала Алиса. – Найти там Кусандру и заставить его тебя расколдовать.
Козлик грустно наклонил голову. Он понимал, что это невыполнимая задача. Где его найдешь? А потом, если найдешь, как его заставишь расколдовать? А вдруг он не умеет? Известно много случаев, когда люди и волшебники могли бог знает что натворить, но совершенно не умели исправлять свои ошибки. Тут зазвонил видеофон. Алиса включила экран.
На экране все было белым. Белые стены, белая мебель и белое лицо в белой шапочке.
– Здравствуй, Снегурочка, – сказала Алиса. – Как дела в заповеднике?
– Все хорошо, – сказала Снегурочка, которая звонила из холодильника, где они с Дедом Морозом ждали зимы. – Все здоровы. Гномы трудятся, скоро будет свадьба Вени с твоей куклой Дашей, ждем тебя в гости, дракон написал письмо своей сестре на озеро Лох-Несс. Бабушка Красной Шапочки почти довязала занавес для детского музыкального театра, Волк сам себе сплел намордник и ест манную кашу. Кот в сапогах стирает пыль с хрустального гроба и любуется Спящей царевной…
Алиса услышала за спиной грустный вздох. Она обернулась и увидела, как из глаз козлика катятся крупные слезы.
Снегурочка тоже поняла, что расстроила своего бывшего директора.
– Ой, зачем я только говорю и говорю! – воскликнула она. – Директор без нас соскучился, ему грустно. Но ведь я тоже не гуляю, сижу в холодильнике и жду зимы.
Козлик никак не мог утешиться, он лил слезы, и скоро на ковре образовалась небольшая лужа.
– Знаешь, Алиса, – сказала Снегурочка шепотом, приблизив губы к самому экрану. – Мне кажется, что наш директор немного влюблен в Спящую красавицу, но раньше он не смел ее поцеловать, а теперь он не сможет этого сделать. Кот этим и пользуется.