Крамола

Когтева Рина

– Да, мой Царь, – отвечаю я.

Уходя, я успеваю заметить, как Раах кладет руку на руку Царя, и их пальцы сплетаются.

Следующий день начинается с еще более удивительных событий. Я получаю два письма. Первое – официальный указ Царя о присвоении мне звания Командующего средним фронтом. Второе – пришедшее по личному каналу Имио, теперь уже носящего титул Стоящий по правую руку Царя, и скрепленное его личной печатью. В этом письме он сообщает мне, что Царь весьма ко мне расположен и желает, чтобы я стал его

проводником в храме Гебет. В конце этого письма написано еще кое-что. Это имя, и, когда я читаю его, волосы у меня на затылке начинают шевелиться. Вот она, цена моего возвышения. Я стираю письмо, несколько раз проверяю, уничтожено ли оно окончательно. Это имя должно показать, что с той же легкостью, как он меня возвысил, Имио может стереть меня с лица земли.

Дни пролетают быстро, и вот я снова в Нагибе. В этот раз мой разум не так затуманен тревогой, и мне удается лучше разглядеть дворец Атиарна. Он производит на меня странное впечатление: вроде бы достаточно золота для Царя, но все же его слишком мало по сравнению с тем, что я видел во дворце Эуна Неарха в Нагибе. Меня провожают на крышу, проводят в огромный парадный кар. Меня тщательно обыскивают, но я не смею возражать, потом проводят через несколько кают, слуга указывает на последнюю дверь, почтительно кланяется и уходит. Я касаюсь панели, и дверь отъезжает в сторону. Внутри темно.

– Заходи, Ваарг из храма Гебет, – я узнаю тихий голос Царя.

– Мой Царь… – я почтительно кланяюсь.

– Тебе нужен свет?

Я не знаю, что ответить. Я понимаю, что для Атиарна не имеет ни малейшего значения, есть в комнате свет или нет. В этот момент один из светильников вспыхивает в воздухе. Теперь я вижу рядом с Атиарном Раах, она сидит, поджав ноги. Сегодня на ней зеленое платье, такое же простое, как и вчера. Она опускает руку, и я понимаю, что именно она включила свет. Я благодарен ей в глубине души.

– Присядь, – приказывает Царь.

Я сажусь в кресло. Все это время бездонные глаза Раах внимательно следят за мной.

– Мой Царь, – торопливо начинаю я, – для меня огромная честь представить вам храм Гебет. Вы первый Великий Царь, который посещает нас после…

Атиарн останавливает меня жестом.

– Мне неинтересен храм Гебет, а тем более его Боги.

Такой ответ приводит меня в замешательство.

– Тогда что бы хотел знать мой Царь?

– Твой Царь хочет, чтобы ты рассказал ему, что происходит на границах его царства. И в его армии.

Я удивленно моргаю.

– Границы в полной безопасности, мой Царь, – отвечаю я. – Армия ликует и славит вас.

Несколько секунд висит гнетущая тишина, потом Атиарн вздыхает. Раах соскальзывает с дивана.

– Мы хотим знать ваше личное мнение, Ваарг из храма Гебет. Вашему Царю нужен, так сказать… свежий взгляд на проблему, – произносит она откуда-то у меня из-за спины.

Свежий взгляд… я, конечно, могу сказать все, как есть, но только доживу ли я после этого до завтра? А если даже и доживу, то вдруг то, что

я скажу, не совпадет с тем, что соловьем поет Атиарну Имио?

– Каждый на Альрате, Инсонельме и Мирраере знает, что я слеп, и никогда не будет зрячим, – говорит Царь. – Только вот мало кто знает, что не имея одного, природа одарила меня другим. Я слышу, как часто бьется твое сердце, и я чувствую, что от тебя исходит запах страха. Кого ты боишься, Ваарг? Ты боишься не меня, так скажи мне, кто может вызывать больше страха, чем Царь Альрата?

На последних словах его голос звенит как натянутая струна. Я невольно вжимаюсь в кресло. Черт… да кто же такой этот наш новый Царь?.. Он не пришел на похороны собственного отца, он не носит по нему траур, он не собирает двор, не посетил ни одного храма, не устраивает приемы, а теперь, ко всему прочему, он еще и читает мои мысли, хотя даже лица моего видеть не может…

– Как вы это сделали? – сдавленно спрашиваю я.

Раах возвращается на диван.

– Как я сделал что? – голос Атиарна звучит спокойнее.

– Вы прочитали мои мысли… мой Царь, – спохватившись добавляю я.

– Я не читал твои мысли, я чуял вонь, которую ты издаешь. Так ты собираешься отвечать на мой вопрос или нет?

– Про армию? – я нервно сглатываю.

– Про армию.

Да уж, Ваарг, кажется, ты попал в неприятное положение. Какой уж тут Имио с его шантажом… Я принимаю решение.

– Да нет никакой армии, – отвечаю я.

– Как это? – удивленно спрашивает Раах.

Атиарн вскидывает руку, она замолкает.

– Да так… – продолжаю я. – Весь наш флот – это от силы сто кораблей, тридцать у меня на среднем фронте, остальные – на дальних рубежах. Прибавьте к этому еще штук пять, которые дежурят у Альрата, но они настолько стары, что взорвутся при попытке сделать первый же выстрел.

Атиарн некоторое время молчит.

– Если то, что ты говоришь – правда, то почему Альрат до сих пор не завоеван?

Я пожимаю плечами.

– Потому что Великий Царь Эун Неарх каждый год отправлял в Мирраер и Инсонельм золото с Желтой земли.

– А Хольг?

– Хольг на дальних рубежах, там мы все вместе следим за ними.

Атиарн кладет руку на набалдашник своей трости, нетерпеливо постукивает по нему пальцами. Его лицо остается непроницаемым.

– И сколько продержится Альрат, если мы перестанем отправлять золото? – наконец, спрашивает он.

– Неделю, – отвечаю я.

– Почему именно столько?

– Потому что ровно столько времени уйдет у мирраерского флота, чтобы прилететь на Альрат.

– И почему же мой отец не построил корабли на то золото, которое отдавал в качестве дани?

Я качаю головой.

– Мне это неизвестно, мой Царь.

– Как к нему относились простые солдаты?

– Да никак. Царь – он как солнце, ветер, воздух, для нас он просто существует, и мы не в силах это изменить.

Я прикусываю язык, до меня доходит смысл собственных слов. Не стоило надеяться, что Атиарн это пропустит.