Край львов

1 глава «Похищение овна»

Темноволосая невзрачная Ника Хайгер, стоя на крыльце Академии для магов, услышала, как её обсуждают однокурсницы и хихикают:

– Эта Ника такая несуразная и нескладная, что её можно принять за мальчика.

Поёжилась, ссутулилась. Просто мороз по коже от столь нелестной оценки, а ведь так хотелось быть красавицей…

Вокруг среди песков живописно пестрели пальмы и газоны с завезённой землёй.

В дверях, наконец, появилась её приятельница Дайра Ферниш, эффектная блондинка, которая сразу подхватила

Нику под ручку и зашептала на ухо:

– Я всё подготовила! Знакомая сирена за звонкую монету напела на записывающий артефакт сонную песнь. Ты точно не струсишь и поддержишь меня?

– Мне тоже жалко пленного принца-овна. Брак с тобой – всяко лучше плена,– закивала брюнетка.

Они были с одного ведьминского факультета. У Дайры отец – эльф, а матушка шаманка синих дроу. Кукольную внешность подруга взяла от отца, а ехидство от матери.

Ника заметила, что к ним пристально приглядывается магистр правопорядка и по совместительству – комиссар-дознаватель и сыщик из департамента полисмагов, лев в ипостаси человека Улар Дженерис. Одет в гражданский серый костюм. Это светило юриспруденции располагал к себе редкой красотой. Палевые локоны переходили на концах в чёрный цвет волос. Огромные выразительные глаза кошачьего жёлто-коричневого цвета приковывали, будто гипнотизируя. Средних размеров нос со спокойными крыльями, бесстрастное лицо, как у истинного аристократа, кем он, впрочем, и являлся.

Дайра тоже обратила внимание на наблюдение со стороны преподавателя по правопорядку, с её губ сорвалось недовольное:

– Одет с иголочки, сразу видно потаскуна.

Подруга изумилась:

– Да ладно! У него же целый гарем! Ещё и по борделям шастает?

Эльфийка поправила:

– Не гарем, а прайд. У львов прайды,– и просвещала далее,– И этот мужчина, должно быть, обладает гипнозом. Стоит женщине взглянуть в его глаза, как она сразу же в него влюбляется. А этот избалованный лев всех бросает. У него, видите ли, и так гарем огромный. И я не знаю на счёт борделей, но наши ведьмочки жаловались на его беспредел.

– У, рожа наглая…Хотя, сдаётся мне, читает он наш трёп по губам.

– Ну и пусть знает, что мы про него говорим!– взвилась Дайра,– Я лично осуждаю бабников.

Подруга далее негодовала:

– Да, понавезли нас, ведьм, с соседних держав для обучения, своих-то нет, и соблазняют, не абы кто, а сами блюстители закона!

Ника опять посмотрела на льва-оборотня из педагогов и тяжко вздохнула: «Мне никогда не видать такого красавца. Ни соблазнительной мордашки нет, ни достатка в семье…»

А вслух уточнила у эльфийки:

– Твой отец господин Ферниш примет ли такого гостя или даже зятя, как беглый овен?

– Если его не проймут мои слёзы, то он мне не родитель,– категорично удостоверила блондинка.

Она на правах лидера в их тандеме подхватила человечку под руку и решительно зашагала в сторону ворот.

Представитель юстиции высших чинов долго смотрел вслед этой парочке, пока те шли к магмобилю эльфийки, не замечая приставучих адепток с разных курсов и факультетов.

С вечера девчата закинули через прутья тюремной камеры

к принцу овнов записку, в которую завернули беруши для ушей. Ночью сами заткнули уши глиняным кляпом и в чёрной одежде подошли вплотную к стене тюрьмы, которая почти упиралась в прибрежные волны. Включили сонную песнь сирены. Дайра забросила крюк, что повис на прутьях.

Знакомая сирена уплыла с концом верёвки в море и завязала конец на хвост подозванного кашалота. Кит отплыл подальше, и решётка без труда слетела из опоры стен. Сирена поднырнула, чтоб избавить кашалота от пут.

В кромешной тьме в проёме окна показалось лицо принца Сайреса Винкора, обрамлённое белыми волосами до плеч. Рога каралькой закручивались вокруг острого уха. Ника хмыкнула про себя: «Какой-то эльфийский барашек». Овен спрыгнул на прибрежный песок. Дайра знаком показала, чтоб он бежал за ней. Немного пробежали по прибою, чтоб затерялись следы и запах. Магмобиль девчата не брали, чтоб никто не опознал машину и не сличил номера.

В переулке между каменными домами, белый цвет коих из-за темноты казался серым, девчонки и овен избавились от заглушек в ушах. Перезнакомились.

Эльфийка поставила перед фактом:

– Если заключим брак в круглосуточном храме, то Вы, Ваше Высочество, автоматически превратитесь в гражданина державы эльфов, и притязания со стороны львов мой отец-адвокат разрешит в Вашу пользу.

– А можно мне выбрать в жёны вот эту девушку с тёмными волосами?– вдруг уточнил Сайрес,– Для меня она, как хрупкая, нежная камелия из хрусталя. Экзотичная и неповторимая.

Ника потрясённо уставилась в лицо беглого принца. В отсветах от освещения из окошек этот парень казался очень привлекательным. Сквозь рваньё некогда дорогой одежды просвечивали литые мускулы. Беспредельное и властное обаяние этого мужчины подчинило девушку безоговорочно. Безропотно, покоряясь влекущей мечтами любви, она внимала едва знакомому, но такому желанному существу, соглашаясь со всеми его доводами в душе, словно он – Бог, и потому не может ошибаться.

Но вслух она поддержала подругу:

– Я всего лишь человек. И подданная этой страны. Такое было условие для обучения в академии: принять гражданство…

В храме Ника не сводила глаз с лучащейся счастьем Дайры и угрюмого Сайреса. После того, как жрец прочитал молитву, овен отказался по местной традиции смешивать песок в единый сосуд, заранее отказываясь от вечного брака, видимо, намериваясь позже этот союз разорвать. Он просто снял один из парных браслетов и надел на руку эльфийке.

2 глава «Бережёт ли простых граждан полиция?»

Дома Ника плакала, кляня несправедливость жизни, и под утро, наконец, уснула. Снилось, будто она сидит в лодочке, которую уносит в море всё дальше от земли, а вокруг неё ютятся у ног львята. А подлые птицы гадят ей на голову!

Она замахала во сне руками, а также и наяву, якобы отпугивая чаек. Проснулась. Открыла глаза. И обмерла от страха, когда в раскрытое окно заскочил огромный лев.

Минута – и перед ней Улар Дженерис. В призванной магией мерцающей одежде.