Кречет
Шрифт:
Уже на четвёртый день я питался не бульончиками а нормальной пищей. Причём, достаточно жирной. А попутно меня начали активно нагружать физическими упражнениями. Гимнастический зал, тренажёрный, и конечно же рукопашного боя.
Проходящим реабилитацию запрещены спаринги в полный контакт, а так как человеку сложно контролировать себя в драке, партнёрами у нас были андроиды. Бойцы из них откровенно слабые, всё же машина она и есть машина и с людьми им не сравниться. Но для восстановления формы вполне годится. А там уже буду догонять
Наконец настал тот день когда активность моих нанитов стабилизировали, расплодившиеся излишки вывели из организма, а лично мне выписали пинка под зад. В смысле отпустили с богом. Я облачился в свою форму, пересланную мне хозяином гостиницы службой доставки.
Вот только на выходе меня встречал комендантский патруль, неслабо так меня удививший.
— Рядовой Рязанцев, эсминец «Страшный»? — подойдя ко мне поинтересовался начальник патруля.
— Так точно, товарищ прапорщик, — уставившись на танкиста с нескрываемым удивлением, ответил я.
— Ознакомьтесь, — протянул он мне документ отпечатанный на стандартном композитном листе.
Я быстренько пробежался взглядом по тексту, и вот тут уж мои брови взлетели вверх. Это было постановление следователя военной прокуратуры об отказе в возбуждении уголовного дела по факту моего участия в перестрелке вне службы и боевой обстановки. Действия мои признавались правомерными и даже заслуживающими всяческих похвал. Однако я имел наглость нарушить форму одежды будучи в увольнительной. Иными словами, находился в гражданке, что категорически недопустимо.
Короче мне влепили трое суток гауптвахты, и прокурор это дело подписал. Дурдом! Это что же теперь, видишь, что кому-то нужна твоя помощь, но делаешь вид, что ничего не происходит потому что ты в гражданке? Ох уж мне эти стукнутые на всю голову военные.
Вот так, как есть, в парадке, с Георгиевским крестом на груди меня и препроводили на гауптвахту. Правда, как кавалера высшего солдатского ордена содержали в отдельной камере, на день нары не поднимали и постель не отбирали. Можно было хотя бы поваляться. Ну и позволили воспользоваться репликатором, чтобы переодеться в повседневную форму. За свой счёт разумеется.
Перед выходом с губы пришлось постараться, приводя себя в порядок. Во-первых, в ненадлежащем виде меня отсюда попросту не выпустят, а то глядишь и опять законопатят, крючкотворы гарнизонные. А во-вторых, мне было предписано к одиннадцати часам по местному времени явиться в штаб, пред светлы очи командира третьей эскадры императорского флота Российской империи…
— Что, сынок, обидно? — приколов мне на грудь орден, и пожав руку, спросил вице-адмирал.
Я лишь недоумевающе посмотрел на командира эскадры, не понимая о чём это он. Не может же быть, чтобы…
— Я о губе, сынок. Вижу, что обидно. Но флот это в первую очередь порядок и дисциплина. Без них всё покатится к чёрту. Так что, набедокурил, прими наказание. Совершил подвиг, получи награду.
— Никак нет.
Пусть и обидно, но с другой стороны, он прав. Наградили меня по заслугам, наказали по делу. Хотя о такой мелочи могли бы и забыть. Но вот не забыли.
Помимо всего прочего, мне от адмирала перепали ещё одни сутки увольнительной. С одной стороны, я вроде как уже подзадержался на планете. Но с другой, не вижу причин отказываться от возможности устроить кое-какие свои дела.
Первым делом вновь отправился к репликатору в ближайшем бутике и приобрёл очередной комплект дешёвой одежды. Да, носкостью она не отличается, да и на приличную не тянет, но мне ведь без разницы, что обо мне подумают другие. И уж точно я не собираюсь тащить её на эсминец. Мне только неприятностей с Прапором не хватало.
Устроившись в той же самой гостинице, я переоделся и отправился в налоговую, регистрироваться как брокер. По сети можно лишь отчитаться, получить же лицензию только в личном присутствии и через образец ДНК. Тот факт, что я служу во флоте, не препятствие.
Однако, твои трудности если командир блокирует тебе выход в сеть. Собственно это одна из причин, отчего подобный приработок не пользуется у военных популярностью. А ещё, лицензия неизменно привлекает внимание особистов, которых налоговая оповещает об очередном брокере из служилых. Ну мало ли, вдруг я запродамся, и решу использовать свой личный кабинет как способ получения платы за шпионскую деятельность. Это меня Багет просветил, чтобы я хорошенько подумал, прежде чем за подобное браться.
Со всеми формальностями я покончил в каких-то полчаса. После чего внёс плату за лицензию и пятьдесят тысяч на личный счёт. А вот с операциями пока спешить не стал. Глупо бы было. Получив доступ к котировкам как брокер, следовало изучить рынок ценных бумаг, определить направление в котором буду двигаться. Провести по нему анализ за несколько прошедших лет, дабы определить динамику. Ознакомиться с новостями и международной обстановкой.
Биржа ценных бумаг весьма специфичная штука. С одной стороны пёрнули в системе Дзета Тукана, а вонять начало на старушке Земле, до которой по прямой двадцать восемь световых лет и в несколько раз дальше через пять подпространственных переходов.
В обучающем центре, как и две с половиной недели назад, меня встретила та самая эффектная блондинка. И, к слову, в той же голубой блузке. Прямо дежавю какое-то. И таки да, она меня так же узнала. Не каждый день встречаются молодые люди одетые в дешёвый ширпотреб, но с лёгкостью выкладывающие сотни тысяч за обучение.
— Добрый день, — улыбнулся я ей.
— Здравствуйте, — ответила она мне тем же, пусть и не скрывая своего удивления.
— Я хотел бы приобрести две базы и двукратный буст.