Кресение
Шрифт:
Очевидно, что речь идет об очень сложных понятиях, даже о клубках понятий. К примеру, нами воспринято очень большое и сложное явление – ссора с близким человеком. Мы ходим с ним и переживаем и переживаем его. Что это значит? Это значит, что мы не в состоянии сразу правильно оценить действия и намерения всех участников, поэтому мы заставляем
Переживание оказывается бесконечной битвой за оценки. Без них мы не знаем, что делать, поскольку теряем мировоззрение. В рамках образа мира мировоззрение определяет, ради чего мы будем жить. А оценки оказываются теми вершинами, с которых мы судим о мире и правильности своего движения. Но об этом я буду рассказывать впоследствии подробнее.
Пока только о переживании события. Очевидно, что внутри него существует две или три части: само событие и моя вина, и, возможно, правота другого человека. Если мы увидим свою вину, то извинимся. Если увидим правоту другого, то простим его. Но для этого нам надо их осознать, то есть понять и создать отдельный от всего события образ своей вины и его правоты.
Что произойдет с нами в этот миг, когда мы осознаем свою вину? Нам станет стыдно. А когда осознаем его правоту? Обида уйдет и придет благодарность. Но даже если мы осознаем всего лишь то, что человек действительно враг и его просто надо выкидывать из жизни, нам все равно станет легче, придет освобождение от переживаний и очищение от метаний и лишних образов.
Задача решена, мировоззрение восстановилось, все служебное стало ненужно, сознание высвобождается для работы с новыми образами для достижения наших жизненных целей, хранящихся мировоззрением.
Получается, что для очищения нужно понимание. Что это такое? Даже если мы не в состоянии дать определение сразу, ясно, что это выяснение причин и целей, заставлявших
Если это так, то полное выявление движущих сил, составляющих ядро образа любой душевной тяжести, должно давать имя того, что ощущается камнем на душе. Именно этому и служит душевная беседа. В ней мы не обвиняем и не кусаем в ответ на причиненную боль. В ответ мы просто выясняем все, что составило наше переживание и заставило какой-то образ ощущаться тяжестью или камнем на душе.
В душевной беседе мы просто пытаемся понять другого и делаем смутное ясным. В душевной беседе мы всего лишь говорим, говорим, говорим, искренне заглядывая в свою душу…
Глава 8. Имя душевного камня
Древние, умевшие общаться с духами, оставили нам подсказку: чтобы победить духа, нужно узнать его имя. Как ни странно, но то же самое говорили мазыки про очищение пары или сознания.
Хочешь очиститься, хочешь снять камень с души, найди его имя.
Как это сделать?
Если вы научились гудеть, то есть заставлять звучать собственное тело и внешние по отношению к нему вещи и существа, ничего не стоит научиться звучать собственными обидами, болями, заботами. Для этого достаточно просто сесть, погрузив взор в самого себя, и позволить себе тихо-тихо постанывать.
Если вы вдумаетесь, то с очевидностью поймете, что искусство стона, которым мы все владеем как бы помимо собственной воли, не учась, дано нам для облегчения страданий. Оно есть способ, которым мы пережигаем боль, скорее даже, которым пережигает ее само тело, – ведь мы стонем даже во сне, когда душа путешествует вне тела.
Стон – это способность и искусство. Его можно осваивать и совершенствовать. Он, как и вскрик при внезапной боли, дан нам для выживания.
Конец ознакомительного фрагмента.