Крипта

Грант Эдгар

На завершение работы с биржей по его атаке уйдет пару недель. А вот потом он плотно займется вскрытой им схемой манипулирования курсом криптовалют и теми, кто на ней наживается.

Здесь вариантов было несколько. Самый простой - выложить информацию о мошеннической схеме в Интернет и, когда поднимется волна, засветить данные по трем клиентам, которые, скорее всего, и являются бенефициарами аферы на "его" бирже. Тогда с большой долей вероятности их криптосчета будут заблокированы, а по ним самим начнет работать Интерпол. Вычислят или нет - неважно. Главное, что они не смогут воспользоваться своими средствами. Более сложный вариант - взлом счетов через фишинг* (*Способ интернет-мошенничества

с целью получения данных) пароля. Процесс наверняка будет долгим и непростым, потому что работать придется против профессионалов и на взлом их систем понадобится много усилий. Но у Лекса была хакерская программа, разработанная нейросетью в Дубне, которая вместе с современным железом значительно увеличивала шансы на успех. Результат здесь тоже не гарантирован, потому что неизвестно, куда дальше могла пойти крипта с этих счетов. Но в случае неудачи всегда можно было перейти к первому варианту.

Еще можно было рискнуть и связаться с мошенниками напрямую. Лекс не был специалистом по шантажу, и посоветоваться на эту тему было не с кем. Но и тут, если все хорошо обдумать, можно было бы без особого риска опустить на серьезные деньги биржевых криптомошенников.

В общем, раскрытая им схема была многообещающей. Леха уже представил, как он запустит информацию в даркнет, а оттуда она вырвется на просторы Интернета. Вот будет скандал! Надо только все хорошо обдумать и предупредить "мастеров", чтобы те знали, что такую стремную инфу раскопал именно он.

Довольный собой, Лекс потянулся в кресле и, решив, что с работой на сегодня надо заканчивать, набрал Миху, чтобы спланировать вечерний поход по клубам.

Минск

Дело казалось вполне прозаичным, и Маркевич поначалу не понимал, почему его передали в Следственный комитет. Все выглядело, как обычная передозировка наркотиков. Молоденькая девчонка, нагулявшись по клубам, решила ширнуться* (*Жарг. употребить наркотики), перебрала с дозой или перепутала что-то и ввела себе дурь, которую надо не колоть, а нюхать. Ее жалко, конечно, но такие случаи не были редкостью даже в относительно спокойном в плане наркотиков Минске. Это дело вполне можно было оставить районным ментам. Но начальство, многозначительно покивав, поручило взять этот случай на особый контроль.

Старший следователь Маркевич почитал доклад об осмотре места, предварительное заключение судмедэксперта, короткую справку по фиксации передвижения девушки, предоставленную мобильным оператором, протоколы опроса родителей и подруг. Потом просмотрел снимки с камер наблюдения, установленных в ее дворе и подъезде. Картина складывалась вполне логичная. Машенька решила погулять с кем-то из своих парней, так чтобы ей не мешали подруги. Сообщила им, что уезжает в Литву, попросила не беспокоить, а сама зависла со своим лавером* (*Любовником (от англ. lover) на какой-нибудь съемной квартире. Ну а там алкоголь, наркота, ну и случилась передозировка. Этого друга они, конечно, найдут, и он ответит по всей строгости, но Машеньку будет уже не вернуть. А жаль. Девчонка была очень мила.

– Семеныч, экспертиза готова по передозу* (*Передоз - передозировка), - услышал он голос одного из подчиненных по интеркому.

– И что там? Герыч* (*Жарг. героин)?
– немного рассеяно спросил Маркевич, рассматривая на мониторе интимные фотографии девушки из ее личной галереи в соцсети.

– Он самый. Только в ее крови есть еще следы производных тиобарбитуровой кислоты* (*Один из компонентов пентотала - "сыворотки правды").

– Чего?
– недовольно поморщившись, переспросил

следователь.

– Эксперты говорят, что это типа "сыворотка правды". Когда ее вводят человеку, он дуреет и раскалывается. Вот бы нам такую.

– Да знаю я, что такое "сыворотка правды". Ты лучше скажи, как она оказалась в ее крови?

– Выясняем, Семеныч. Тут вообще много странного. Три дня назад, как раз когда она предупредила подруг, что уезжает в Литву, ее смартфон выпал из сети. Не просто отключился или был заблокирован, а исчез. Мобильный оператор говорит, что с таким сталкивается впервые. По его словам, кем-то была создана виртуальная копия ее "айфона", через которую шел непонятной природы трафик.

– Какая, нахрен, виртуальная копия? Она же просто молоденькая шлюшка. Клубы, парни, лайки, смайлики... Какой у нее может быть еще непонятный трафик?
– в голосе Маркевича слышалось нарастающее раздражение. Простое с виду дело постепенно обрастало очень неприятными деталями.

– Может она и шлюшка, но у меня справка от провайдера. Трафик кодированный. Обмен через иностранный сервер. И это еще не все. Пять дней назад с ее смартфона прошел обмен большого массива данных, и опять же с иностранным сервером. Весь массив тоже был зашифрован. Я попросил наших интернетчиков отследить его маршрут, но те сразу уткнулись в стену, которую без суперкомпьютера не взломать. А еще они говорят, что следы этого трафика очень профессионально путаются в азиатских прокси-серверах.

– Твою ж мать!
– следователь хлопнул ладонью по столу, чувствуя, что выходные летят к чертям.
– Бери свою группу, всех, кто не в поле, и ко мне. Эту Машеньку - в тотальную разработку. По полной программе. Контакты, передвижения, друзья-подруги, клубы, камеры, разговоры. Все: от размера трусиков до микрофлоры желудка. Чувствую, у нас есть всего пара дней, пока дело не отберет КГБ. Так давайте им покажем, на что мы способны. Всё! По коням!

К вечеру старший следователь Маркевич имел довольно полную картину о том, что представляла из себя Машенька. Получалось, что она была вполне обычной девушкой из богатой семьи регионального чиновника, бессмысленно прожигающей молодость по клубам и ресторанам. Копни в Минске любой приличный клуб, таких легко наберется с десяток. Ни по наркоте, но по проституции она не проходила. Блатных контактов тоже не было. И если бы не странные дела с ее смартфонами и наличие странной химии в крови, то и зацепиться вообще было бы не за что. Но старший следователь и его команда знали свое дело и методично, но быстро отрабатывали все пространство, в котором жила жертва.

К утру следующего дня выяснились две интересные детали. Пять дней назад девушка познакомилась с парнями из России и с одним из них провела пару ночей в дорогой гостинице. Первая кодированная передача данных с ее смартфона произошла как раз в это время. Но, по словам подружек, парни вроде были не при делах - нефтяники или газовики из Москвы с бизнесом в Сибири. Да и случилось это в момент, когда Машенька была не с ними, а сидела с подружками в кафе. Те еще рассказали, что ее "айфон" действительно тогда вел себя странно. По данным оператора мобильной связи, как раз в это время смарт выпал из сети и девушка стала использовать простенький мобильник.

Узнав о такой беде, новый русский друг подарил Машеньке "айфон" последней модели, который она сразу и активировала. Старый аппарат был сдан в сервис, где на нем восстановили заводские настройки. Все предыдущие данные при этом были стерты. Спецы из центра экспертизы пытались хоть что-то из него извлечь, но пока безрезультатно. Новый же "айфон" бесследно исчез. Все это выглядело очень странно. Похоже, девушка сама не знала, что происходит с ее аппаратом, ведь, по словам подружек, она не была продвинутым пользователем и не очень хорошо разбиралась даже в базовых функциях своего смартфона.