Криптономикон
Шрифт:
Дениц: Молодцом, Бишоф! Вам еще медаль! Не волнуйтесь из-за «Энигмы», она — блеск.
Бишоф: Атаковал конвой, потопил три торговых судна, танкер и эсминец.
Дениц: Превосходно! Вам еще медаль!
Бишоф: Просто ради азарта вернулся и уничтожил то, что оставалось от конвоя. Тут появился эсминец и три дня бросал на нас глубинные бомбы. Мы полумертвые, сидим в собственном дерьме, как крысы, которые провалились в нужник и медленно тонут. Мозги гниют от
Дениц: Вы — герой рейха! Самому фюреру сообщили о Ваших блестящих успехах! Не будете ли так добры направиться на юг и потопить конвой на таких-то координатах? P.S. Пожалуйста, сократите длину радиограмм.
Бишоф: Вообще-то я не отказался бы от отпуска, но разумеется, о чем речь.
Бишоф (неделю спустя): Потопил Вам половину конвоя. Пришлось всплыть и обстрелять чертов эсминец из палубного орудия. Они не ожидали от нас такого самоубийственного маневра, в результате мы разнесли их на куски. Пора в отпуск.
Дениц: Вы теперь официально величайший командир-подводник всех времен. Возвращайтесь в Лорьян для заслуженного отдыха.
Бишоф: Вообще-то я собирался отдохнуть в Карибском море. В Лорьяне в это время года холодно и сыро.
Дениц: От Вас нет сообщений уже два дня. Пожалуйста, выйдите на связь.
Бишоф: Нашел прелестную укромную бухточку с белым песчаным пляжем. Предпочитаю не сообщать координаты, поскольку больше не верю в «Энигму». Рыбалка отличная. Загораю. Чувствую себя немного лучше. Команда весьма признательна.
Дениц: Гюнтер, я многое готов Вам спустить, но даже Верховный главнокомандующий должен отвечать за своих подчиненных. Пожалуйста, бросьте дурить и возвращайтесь.
U-691 : Оберлейтенант-цур-зее Карл Бек, зам. командира U-691. С прискорбием сообщаю, что капитан-лейтенант Бишоф нездоров. Испрашиваю приказы. P.S. Он не знает, что я посылаю эту радиограмму.
Дениц: Примите командование. Возвращайтесь, но не в Лорьян, а в Вильгельмсхафен. Позаботьтесь о Гюнтере.
Бек : Капитан-лейтенант Бишоф отказывается сдавать командование.
Дениц: Введите ему снотворное и доставьте сюда, его не накажут.
Бек : Спасибо от меня и от команды. Мы на ходу, но горючего мало.
Дениц: Рандеву с U-414 [61] на таких-то координатах.
В комнату заходят еще люди: дряхлый раввин, доктор Алан Матисон Тьюринг, крупный мужчина в твидовом пиджаке, которого Уотерхауз смутно помнит как оксфордского дона, и несколько человек из флотской разведки, вечно околачивающихся в четвертом корпусе. Чаттан призывает собрание к порядку и представляет одного из молодых людей. Тот встает и докладывает ситуацию:
61
«корова»
— U-691,
— Как много эти люди знают? — спрашивает дон. Видно, что он изо всех сил пытается протрезветь.
Чаттан отвечает:
— Если Роот и Шафто расскажут все, что знают, немцы смогут сделать вывод, что мы прилагаем значительные усилия к сокрытию исключительно ценного источника разведданных.
— О дьявол, — бормочет дон.
Торопливо входит исключительно тощий и долговязый блондин в штатском — редактор отдела кроссвордов в одной из лондонских газет, а ныне — сотрудник Блетчли-парка. Теперь в комнате присутствуют больше половины людей из списка «Ультра-Мега».
Молодой аналитик продолжает:
— В 21.00 Вильгельмсхафен ответил радиограммой, в которой приказывалось немедленно допросить пленных. В 1.50 Бек сообщил, что, по его мнению, пленные принадлежат к некоему особому подразделению флотской разведки.
Пока он говорит, сидящим раздают только что отпечатанные машинописные экземпляры свежих расшифровок. Редактор отдела кроссвордов изучает листки, сильно наморщив лоб.
— Простите, может быть, об этом говорили до моего прихода — произносит он, — но откуда вообще в этой истории взялось тринидадское торговое судно?
Чаттан взглядом затыкает Уотерхаузу рот и отвечает:
— Не скажу. — (Все смеются, как будто он только что удачно сострил на светском рауте.) — Однако адмирал Дениц, читая радиограммы, вероятно, тоже пребывает в недоумении. Мы бы предпочли, чтобы в этом состоянии он и остался.
— Дано: Первое, он знает, что потоплено торговое судно, — подает голос Тьюринг и загибает палец. — Второе: он знает, что несколько часов спустя там же оказалась британская субмарина, и она тоже потоплена. Три: он знает, что из воды вытащили двух наших людей и что они, вероятно, относятся к разведке. На мой взгляд, это довольно широкая категория. Однако из этих двух кратких сообщений он не сможет вывести, с какого из кораблей — торгового или подлодки — наши люди.
— Ну, это очевидно, разве нет? — говорит Кроссворд. — Они с подлодки.
Чаттан отвечает чеширской улыбкой.
— Ой! — восклицает Кроссворд. У всех глаза лезут на лоб.
— По мере того как Бек шлет новые радиограммы, увеличивается вероятность того, что Дениц узнает что-то для нас нежелательное, — говорит Чаттан. — Вероятность станет практически стопроцентной, когда U-691 доберется до Вильгельмсхафена.
— Поправка! — кричит раввин. Все вздрагивают. Наступает долгая тишина, пока старик медленно привстает, держась за стол трясущимися руками. — Существенно не то, шлет ли Бек радиограммы! Существенно, верит ли им Дениц!