Кристалл
Шрифт:
Он помолчал, затем удивленно посмотрел на меня.
– А где подсказка-то?
– Подсказка! – сказала Джейн. – Индекс.
Ничего. Я попробовал вызвать группу поддержки, и тоже безрезультатно.
– Похоже, завис наш компьютер.
– И давно уже, часов шесть… Странно.
Мы устроились на ночлег, развели костер и сменили Джал повязку. Девушка бредила, лишь один раз она открыла глаза, и с жалостью поглядев на Роджера, сказала:
– Ты тоже проклят? Смешно…
Затем она
– Что она тебе сказала, умирая? – поинтересовался я.
– Только одно слово – «передай», – пожал плечами Роджер. – Не знаю, что и кому.
– Непонятно.
Я решил выбросить этот вопрос из головы. Во-первых, это всего лишь игра. А во-вторых – в Аталете сидит штатный маг, он пусть и ломает голову. Затем я расслабился и принялся отдыхать. Это было несложно – место для ночлега было выбрано хоть и случайно, но со вкусом. Деревья здесь стояли редко, и под ними росла невысокая но очень густая трава. Местность немножко повышалась, и это создавало впечатление, что там, наверху, нас ждет что-то интересное. Не потому ли мы так любим горы? Еще под деревьями росли грибы, и я собрал достаточно, чтобы мы объелись за ужином. Жаль, что через ближайшие пару часов меня здесь уже не будет…
Глава 5
Я открыл глаза, и некоторое время лежал, расслабившись, разглядывая переплетение ветвей над моей головой. Высоко в кроне давшего нам приют дуба выводила трели невидимая пичуга, и солнце уже светило вовсю. Скажем, часов девять утра. Затем до меня дошло и я поспешно встал.
Джейн была уже на ногах, и более того, возилась с завтраком. Роджер разминался с мечом чуть поодаль. Джал… без перемен. Почему я все еще здесь?
– Подсказка! – произнес я. Безрезультатно. Мы с Джейн посмотрели друг на друга, и поняли друг друга без слов. Несомненно, она тоже пыталась связаться с администрацией игры, и тоже потерпела поражение. Что давало нам – если предположить, что проблемы начались, когда отказался исчезать труп Питера… Да почти что сутки. Немыслимо. По Кристаллу гуляет порядка десяти тысяч «землян», и если каждый, проснувшись с опозданием на сутки, подаст иск на миллион долларов…
Затем я спросил себя, а что, собственно, произошло вчера с Питером, когда его убили? Ведь если тело не исчезло, то наверное не возникло и новое тело, что в свою очередь означает…
Я нашел неподалеку ручеек, умылся и, вернувшись к нашей стоянке,
Потом мы позавтракали вчерашними грибами и заставили Джал выпить несколько ложек грибного отвара. Я не был специалистом, но этого и не требовалось, чтобы заметить, что ей становилось хуже.
– Я помню, – неуверенно сказал Роджер, – тут была деревня на карте. Можно отнести ее туда.
– А по существу? – поинтересовалась Джейн. Род только пожал плечами.
– Делаем так, – сказал я, поняв, что никто пожалуй не предложит ничего принципиально нового. – Несем лер в деревню, потом доходим до системных ворот в Аталете и задаем трепку этим балбесам из «Вирты».
– Трепку – это не сомневайся, – поддержала меня Джейн. – Но…
– Но пока мы не выяснили, насколько здесь все вышло из-под контроля, надо очень себя беречь. Никаких подвигов, никаких дуэлей… Ничего. Мы больше не демоны, раз нас можно убить. Хотя я надеюсь, что это… не настолько плохо. Вот.
Мы пошли по лесу, и лес стал другим. За каждым кустом мог теперь сидеть гоблин, которому надоело питаться грибами, или верг, или… Да что угодно могло сидеть за этим кустом!
Затем я разозлился, а затем вспомнил Старика. Всю дорогу Старик пытался мне объяснить, что жизнь – не настолько важная штука, чтобы портить себе настроение, размышляя о ее поворотах и ямах. Я подумал, и решил, что отныне буду следовать именно этому принципу. Помогал же он мне, в конце концов, когда Старик заставлял меня не дышать по пять минут, или не спать по четверо суток, или… Да всего и не перечислишь…
Приняв такое решение, я позволил себе расслабиться. Несколько сотен метров – остановка, именно так мы двигались с этими носилками, и Джейн уже не раз намекала, что Джал – это всего лишь набор подпрограмм, и не стоит с нею возиться. Я пока что просто игнорировал ее намеки. Потом Род потребовал, чтобы ему тоже позволяли тащить носилки, и в конце концов они с Джейн поделили один их конец, а я тащил другой. Так мы смогли двигаться почти без перерывов.
К полудню мы переправились через высохший ручей, и помню, я еще подумал, что если пойдет дождь, Джал конец. Затем я представил себе, как мы тащим носилки по мокрой траве и скользкой после дождя глине, и решил, что конец нам всем. Затем мы увидели деревню.
Три покосившихся дома, не столько сложенных, сколько свитых из тонких стволов осины, стояли на поляне, на берегу большого заросшего тиной пруда. На солнце грелась собака, но она решила, что мы недостойны даже облаивания. Затем из крайней развалины вышел старик, и уставился на нас.