Кристальный матриархат
Шрифт:
Annotation
Продолжение приключений Головастика. В этом романе Александр встретится с Угодником, временно повзрослеет для посещения миров второго круга, отыщет «беду».
Вас ожидает множество весёлых и поучительных приключений в мирах безраздельного матриархата, в которых главный герой поработает не только аферистом, воспитателем младшего поколения посредников, но ещё и ангелом, секретным агентом КСБ, космонавтом, путешественником, бунтовщиком Сашкой Крестом – возмутителем
Сага о Головастике. Кристальный матриархат
Глава 1. Выжившие букашки
Глава 2. Стихийное исцеление
Глава 3. Работают профессиональные аферисты!
Глава 4. Добровольно разбитое сердце
Глава 5. Семейное дело
Глава 6. Хулиганская роль
Глава 7. Третий день беды
Глава 8. Вороная процессия
Глава 9. Здравствуй, зрелость
Глава 10. Бедовые миры
Глава 11. Ангельские хлопоты
Глава 12. Ликвидация, или победа над бедами
Глава 13. Мужские хлопоты
Глава 14. Проводы Угодника и одиннадцатого близнеца
Глава 15. Начало кристаллизации
Глава 16. Закубанье
Глава 17. Юго-западные слёзы
Глава 18. Ливадийская подмога
Глава 19. Инспектор по колдовству и магии
Глава 20. День Димкиной клятвы
Глава 21. Страшная месть
Глава 22. Голландская цинга
Глава 23. Разоблачение секретного агента
Глава 24. Ночь вещих снов
Глава 25. Кубанские перекрёстки
Глава 26. С Новым ходом!
Глава 27. Рекордные откровения
Глава 28. Неправильное раздвоение личности
Глава 29. Здравствуй, четвертинка!
Сага о Головастике. Кристальный матриархат
Глава 1. Выжившие букашки
Эй, девчушки, бравы солдатушки!
Где же ваши ружья?
— Я живой! — громко кричит кто-то рядом со мной, и я открываю глаза.
Школьный класс. За окном стадион с зелёной травкой. Я за своей партой, но сижу почему-то один. Братья и сёстры тоже расселись поодиночке и о чём-то сосредоточенно думают, а на партах у нас разноцветные камушки, веточки, ягодки, склянки со всякой ерундой.
«Экзамен, что ли?» — пытаюсь сообразить, что же творится вокруг.
— Все готовы? — строго спрашивает учительница и поворачивается от окна к нам, ученикам, лицом.
«Мама?» — чуть ли не вскрикиваю, но никакого удивления не чувствую.
— Я живой… — снова слышится мне, но уже откуда-то издалека.
— Кто начнёт? — продолжает мама урок и не обращает внимания на вопли.
— По
— Значит, Александр, — говорит мама, и я понимаю, что речь зашла обо мне.
— А что сразу я? Пусть Тазик первым отвечает, — недовольно бурчу со своего места.
— Хорошо, — соглашается мама, а потом заявляет: — Оба марш к доске! Сейчас одну оценку на двоих вам разделю. Чтобы ссориться неповадно было.
— Сволочь ты, Шкафик, — чуть ли не рычит на меня братец и встаёт из-за соседней парты.
Мы подходим к доске. Брат берёт с учительского стола пёстрый камешек, крепко сжимает его в кулаке и протягивает руку мне.
— Хватайся, — сердито цедит он сквозь зубы.
Я берусь рукой за его кулак, и мы начинаем, будто вырывать этот камень друг у друга. Причём, так стараемся, так дёргаем руками, так крепко их сжимаем, что, кажется, кулаки наши срослись в один кулачище с тем камнем внутри.
— Я живой, — в очередной раз доносится из коридора, и я с силой выдёргиваю руку из нашей с братом схватки.
Разжимаю кулак и вижу точно такой же камешек, как и у брата в руках. Опять ничему не удивляюсь, а мама продолжает играть роль строгой учительницы.
— Так у вас никто не выживет. Но ладно. По тройке вам поставлю, — говорит она и грустно вздыхает.
— Не нужна мне тройка, — возмущается Тазик. — Можно на дополнительный вопрос ответить?
— Веру изучил? — с надеждой спрашивает его мама.
— Которая с головастиком? — уточняет он и брезгливо морщится.
— Какая разница с кем или с чем? — возмущается мама-учительница.
— Тройки хватит, — бубнит под нос братец и идёт садиться на место.
Я остаюсь стоять у доски. Жду чего-то от мамы или от себя.
«Такого бреда в жизни не видел, — оцениваю происходящее и ухмыляюсь, а потом думаю о раздваивании камешка. — Где я такое видел? Но мама-учительница – это даже для морока чересчур».
— Домашнее задание выучил? — строго спрашивает меня мама.
— Выучил, — неуверенно лепечу ответ.
— Демонстрируй, — приказывает она и протягивает мне две стекляшки с водой, в одной из которых плавает тот самый головастик, напугавший Тазика.
Я беру стекляшки у мамы из рук, ставлю одну с головастиком на полочку рядом с классной доской, а вторую несу на свою парту. Сажусь за неё и начинаю издали гипнотизировать стекляшку с головастиком у доски.
Долго смотрю на воду, на заметавшегося головастика, но ничего не происходит.
«Что делаю? Воду взглядом кипячу? Вон как эта букашка задёргалась. Того гляди, выпрыгнет из склянки и покончит со своей никчемной жизнью», — успеваю подумать, как вдруг головастик и в самом деле замертво всплывает кверху пузом в своём хрустальном прудике.