Кривич
Шрифт:
Уже не заботясь о тишине, не отвлекаясь на посторонние мысли о вечности Кьярваль, спотыкаясь о корневища и кочки, вместе со всеми ринулся к частоколу. Из луженых глоток в один голос вырвался боевой клич данов:
– Тил ор-русту-у! Бар-ра фёлдин!
Да, именно на битву, именно в бой - призывал каждый из них соплеменников. "Бара фёлдин!", "Только силой!" - в виках привыкли брать все, что понравится, все, что под руку попадется. Он один из них. Он воин хирда! Вальхалла - "Палаты погибших в бою воинов", ожидают каждого из них!
Главные ворота усадьбы с петель даже срывать не пришлось, отбросив запорный брус, раскрыли настежь. Пока подчищали округу, через ворота на подворье быстрым шагом вошли Сигурд с Ормом, сопровождаемые двумя ветеранами.
– Поджечь сараи! Вошкаетесь в темноте, как блохи на собаке. Медленно!
– высказал недовольство вождь.
– Орм, ломайте двери длинного дома. Девку за косы тащите сюда!
– Эй, сюда! Да, шевелитесь вы! Вышибай! Вестейн, Кнуд, через окна внутрь лезьте!
– Орм. Малы окна. В броне не пролезть!
– Так, скинь бронь!
– Ага, понял.
Подбежал Сигвальд. Разгоревшийся сарай хорошо освещал поле деятельности викингов. Высохшая за многие годы древесина создала из строения на подворье гигантский факел.
– Орм, там славяне в бане заперлись!
– Женщины среди них имеются?
– задал вопрос Орм.
– Да вроде нет.
– Сжечь!
– распорядился Сигурд, наблюдая за тем, как его люди долбятся в дубовые двери терема.
– Орм, пусть узнают, скольких мы потеряли.
– Сейчас. Дьярви, пробегись по боргену, узнай о потерях.
– Медленно! Медленно!
– сокрушался вождь.
Орм сам сунулся на крыльцо. Поднявшись на него, отбросил щит за спину.
– В сторону! Места мне!
Его тяжелый топор стал с силой врубаться в древесину. Дубовые щепки с неохотой полетели по сторонам.
– И-и, э-эх! И-и э-эх!
Дверь трещала, дырявилась, но еще держала. Самое интересное, что проникшие в окно первого этажа Вестейн и Кнуд, до сих пор не могли изнутри подобраться к входной двери. Что-то им мешало.
– А-а-а!
– раздался рык-вопль.
– Хевдинга убили-и!
Орм поднявший над плечом топор, остановил удар, оглянулся. Перед крыльцом при свете пожаров, на утоптанной земле лежал его друг и вожак. В последней конвульсии тело Сигурда вытянулось и обмякнув, застыло. Бросив соратникам приказ:
–
Он в прыжке через перила оказался у распростертого тела.
– Кто?
– прошипел, обращаясь к растерянным ветеранам.
– Не понятно. Темно!
Действительно, общая суета и темень кругом, не добавляли возможности разобраться. Свои не могли! Кто? Тонкое лезвие стилета, пройдя через отверстие полумаски железного шлема, пробив глазницу, вошло точно в мозг Сигурда, не оставив надежды на жизнь.
– Закрыть ворота! Ищите чужака!
И как гром среди ясного неба послышался голос Кнуда:
– Орм, хоромину изнутри подожгли!
– А-а, Локи с нами решил пошутить! Вышибай двери! А, вы чего встали? Пройтись неводом, найти чужака. Чую, здесь он.
После очередного удара дверь поддалась, и викинги вбежали в горящий терем, но вскоре выбежали из него назад. Поток проникшего внутрь воздуха подбавил жара, заставил языки пламени дотянуться до одежды смельчаков.
– Что?
– негодующе спросил хирдманов в тлеющей одежде.
Вестейн исподлобья глянул на лидера, в ответ произнес:
– Там Хель с факелом в руке, она несет смерть, и эта смерть будет явно не в бою!
Воины отступили от пожарища. Стояли и моча наблюдали, как терем пожирает огонь. Вместе с другими смотрел на огонь Орм. Часто так бывает, что человек слабее обстоятельств. Но любые обстоятельства мог подготовить другой человек. Кто? Ответить Орму мог только Вальгард, их колдун, оставленный Сигурдом в селении, присмотреть за Асбьёрном.
Вальгард не был берсеркером, воином-шаманом, пробуждавшем в себе "животную память", меняя обличье, превращаться в волка, кабана или медведя, чтобы получить сверхчеловеческую силу и нечувствительность к боли. Не был и дюловом - поэтом и пророком, достигавшим вдохновения в шаманском экстазе. Его скорее можно назвать варлоком - колдуном имевшим дело с духами стихий, а посему он мог восприниматься и как хагзисс - ясновидящий, способный к общению с богами и духами. Десяток лет тому назад, Сигурд подобрал колдуна в разграбленном свеями норвежском поселении. Приказал перевязать раны, выходить. Перевез в свой родовой удел. Там он и остался проживать. С тех самых пор хевдинг брал в вики Вальгарда. Пусть теперь отрабатывает свой хлеб, если предупредить об опасности не смог.
– Сколько погибших?
– оглянулся на сопящего у плеча Дьярви.
– Девятеро, включая Сигурда.
– Сколько-о?
– изумился Орм, он то думал, ну один, ну два, а тут, считай не полный десяток при таком детском бое.
– Девять.
– Повторил хирдман.
– Причем только двое в сече, остальных удавили, сломали шею, зарезали, как свиней.
– Да-а! Есть о чем спросить у колдуна.
– Орм напрягшись крикнул в ночь, коверкая слова русской речи.
– Нет, так просто ты от меня не уйдешь. Я тебя достану, даже если ты опустишься в Хель, достану!