Кривые зеркала

Лунин Артем

– А кто он?
– принцесса яростно обернулась к Сергею.
– Он ведь совершенно определённо не-человек!..

Да что с ней такое опять?!.

– Ну... пожалуй, можно назвать его инструментом...
– осторожно сказал Сергей. Кабина лифта, куда можно было завести автомобиль, вдруг показалась тесной.
– Да, именно так. Инструмент, вещь, умеющая думать.

Сергей рулил сам, разговаривать не хотелось. Ну её, эту принцессу, с её перепадами настроения. Как

будто у неё... гм, почему нет?.. это всё объяснило бы. Он постарался припомнить, как с этим делом обстоит у эльфиек. Сейчас-то она человек и просто не привыкла... Ладно, к женщинам в такие дни следует относиться философски, словно к стихийному бедствию, если уж нет возможности держаться подальше.

До аэропорта прошёл в неприязненном молчании. Тихо шептала радиоволна.

Аэропорт находился далеко за городом, к нему вела широченная автострада и ветка наземного метро. Сергей въехал под эстакаду, изучая подступы к стоянкам. Всё было забито.

– Вы не возражаете, если мы выйдем раньше и немного пройдёмся пешком?
– спросил. Эльфийка апатично кивнула. Сергей при первой же возможности перестроился и прижался к обочине. Они вышли, прихватив сумки, Сергей запустил на автопилоте программу, возвращающую домой. "Урал" зажёг предупреждающие огни и умчался, они не торопясь пошли вдоль обочины. До аэропорта было километра два. В воздухе стоял непрерывный гул. Дул резкий пахнущий озоном ветер.

Они прошли через контроль и вошли в гигантское здание аэровокзала.

– Вот вам ещё одно отличное место, чтобы изучать людей, - реплика получилась горькой и язвительной. Ассоль отвернулась, поджала губы и, кажется, действительно принялась изучать. На лице её застыло выражение болезненной брезгливости.

Огромные массы людей куда-то спешили, смешивались, разделялись на слои, на потоки. Всё это вертелось, гомонило, эскалаторы ползли, гремели сцепленные вагонетки погрузчиков. То и дело после громкой ноты из-под потолка вещал невнятный голос, объявляя очередной рейс, отбытие, прибытие или задержку, и тут же начинали гомонить сотни "мыльниц", настроенных на оповещение.

Он подошёл к автомату и подтвердил электронные билеты, регистратор напечатал бумажные и гулким голосом пожелал приятного полёта. Сергей повернулся к Ассоль, собираясь отпустить какую-то шуточку насчёт автоматов, роботов и искусственного интеллекта, и тут понял, что надменной принцессе явно нехорошо.

– Что с вами?

Ассоль старательно пыхтела упражнения дыхательной гимнастики, отвечать не собиралась.

– Вывести вас на воздух?

Девушка замотала головой.

– Сейчас... пройдёт... наверное.

– Да что с вами?

– Я расстроена, - почти внятно заявила Ассоль.
– Тем, что мы снова на "вы".

Сергей выдохнул сквозь зубы.

– Простите... прости. Я забыл.

Принцесса бледно улыбнулась.

– Действительно, слишком много людей. Но я привыкну, - расправила плечи, подняла подбородок.
– Скоро наш рейс?

– Через час.

Этот час они просидели в одном из кафе залов ожидания. Принцесса немного повеселела,

но с затаённым ужасом поглядывала через стеклянные стены помещения на суету аэропорта. А Сергей думал, что ему делать, если окажется, что она ещё и боится летать.

Прозвучало первое предупреждение. Ассоль обречённо вздохнула и встала. Они спустились вниз, Сергей остановился возле торгового автомата, сунул карточку и нажал несколько клавиш.

– ...Снадобья от укачивания, - пояснил, распихивая по карманам полученные таблетки.

– Вы боитесь летать?
– сочувственно осведомилась принцесса.

– Нет, - буркнул Сергей.
– Боюсь, что вы боитесь.

– Нисколько!.. Ассоль возмутилась сначала, задумалась.
– Впрочем, не знаю. На больших самолётах я никогда не летала. На вертолётах и маленьких пассажирских мне даже нравилось.

– Напоминает полёт на грифоне, знаю... В любом случае, не помешает, - он всё никак не мог справиться с яркими цилиндриками. Принцесса забрала и рассовала по собственным карманам.

– Но лучше, чтобы не понадобилось, - закончила.

Они влились в поток идущих на посадку, предъявили билеты контролю, бросили сумки в пасть конвейера, через десяток шагов забрали их. Конечно, замаскированные "мартышки" сканерами не засекались, сигареты и сигареты. Пассажиры высыпали в посадочную зону, подошёл автобус, пара минут езды через тёмное пространство, и они подкатили к громаде самолёта.

На поле бушевал ветер, трепал волосы и одежду. Сергей и Ассоль оказались в конце очереди, продвигающейся по трапу, девушка потирала ладони и трогала острые кончики ушей.

– Холодно, - пожаловалась, заметив его взгляд. Сергей спрятал улыбку. Греющая уши эльфийка выглядела трогательно и забавно.

– Смеётесь надо мной, - не спросила, уличила.

– Нет, - девушка нахмурилась.
– Ну... самую малость, - признался он.

– Спасибо, - Ассоль уже улыбалась, может быть, она и не человек, но логика у неё абсолютно женская, избави Господь распутывать...

– Нам дали первый класс, чтобы не привлекать внимание, - сообщил он.
– Лететь высшим...

– ...Значило бы привлечь нежелательное внимание, знаю, - Ассоль серьёзно покивала. Они нырнули в железное чрево самолёта, предьявили билеты девушке в голубой короткой юбке, блузке под пилотную форму и пилотке на рыжих кудрях, выслушали пожелание счастливого полёта.

Сергей забросил сумки в багажную сетку, сам сел у окна, Ассоль приземлилась рядом. Третьей оказалась бабушка, наверное, ровесница Ассоли. Сергею пришлось вскакивать и помогать устраивать вверх её кладь.

– Спасибо, внучек, - прошамкала согбенная старушка. Остро глянула на него, на Ассоль, задержав внимание на остреньких покрасневших от холода ушах, неодобрительно поджала сухие губы, Сергей почти услышал - "ох уж ента мода, а вот в наши времена...".

Раздалась звонкая нота и знакомый речитатив "приветствуем вас на борту". Пассажиры устраивались, переключали "мыльницы" в полётный режим, пристёгивались.

Самолёт вырулил на полосу и начал разгон. Дрожь корпуса, мгновенная тяжесть, и земля провалилась вниз.