Кризис
Шрифт:
Япония первой среди современных неевропейских стран попыталась сравняться с европейскими государствами и заморскими «неоевропейскими» обществами (США, Канада, Австралия и Новая Зеландия) по уровню жизни, индустриализации и развитию технологий. Сегодняшняя Япония схожа с Европой и «неоевропейским» миром не только экономически и технологически, но и во многих политических и социальных аспектах, будь то парламентская демократия, высокая грамотность населения, западный стиль одежды и западная музыка (наряду с традиционной японской). Но в других отношениях, прежде всего социальных и культурных, Япония до сих пор радикально отличается от всех европейских обществ, гораздо сильнее, чем любое европейское общество отличается от прочих европейских обществ. В этом нет ничего удивительного. Неевропейские признаки, впрочем, вполне ожидаемы, поскольку Япония находится в 8000 милях от Европы и ощущала на протяжении своей истории немалое влияние соседей с материковой Азии (в особенности Китая и Кореи).
До 1542
До реставрации Мэйдзи фактическим правителем Японии являлся наследственный военный диктатор, носивший титул сёгуна, а император правил номинально, не обладая реальной властью. С 1639 по 1853 год сёгуны всячески ограничивали контакты японцев с иностранцами, тем самым как бы сохраняя верность длительной японской традиции самоизоляции, возникшей вследствие островной географии. Эта история может показаться удивительной, если посмотреть на карту мира и сопоставить положение Японии с положением Британских островов.
На первый взгляд эти два архипелага выглядят географическими эквивалентами друг друга. Они расположены, соответственно, у восточного и западного побережий Евразии. (Просто взгляните на карту, чтобы убедиться.) Япония и Британия, если не придираться к точным цифрам, схожи по площади и лежат рядом с материком, так что мы, казалось бы, вправе ожидать аналогичных историй взаимодействия с континентом. Но на самом деле с Рождества Христова Британские острова четырежды успешно завоевывались континентальными силами – а Япония никогда. С другой стороны, британцы воевали на континенте в каждом столетии после норманнского завоевания 1066 года, тогда как материковая Азия не видела японских войск до конца XIX столетия, не считая двух коротких периодов [42] . Уже в бронзовом веке, более 3000 лет назад, Британские острова активно торговали с материковой Европой; шахты в Корнуолле были основным источником олова для европейской бронзы. Всего пару столетий назад Великобритания являлась ведущей торговой державой мира, а японская внешняя торговля оставалась, по сути, ничтожной. Почему же столь явные различия так откровенно опровергают наши ожидания?
42
Имеются в виду неудачные экспедиции в Корею в ходе так называемой Имдинской войны (1592–1598).
Объяснение этих противоречий подразумевает в том числе географические факторы. Пускай Япония и Британия видятся похожими по площади и изолированности от континента, Япония на самом деле лежит в пять раз дальше от материка (110 миль против 22 миль у британцев), занимает на 50 % больше площади, и почвы там гораздо плодороднее. Потому население Японских островов сегодня более чем в два раза превосходит британское, и в Японии выше объемы производства сельскохозяйственных продуктов питания, древесины и морепродуктов. Пока развитие современной промышленности не потребовало импорта нефти и металлов, Япония оставалась в значительной степени самодостаточной, обеспечивала себя необходимыми ресурсами и мало нуждалась во внешней торговле – в отличие от Британии. Таковы географические основания для самоизоляции, свойственной большей части японской истории, а после 1639 года им стали уделять повышенное внимание.
Европейцы впервые достигли Китая и Японии морским путем – в 1514-м и в 1542 году соответственно. Япония, которая уже немного торговала с Китаем и Кореей, начала устанавливать торговые контакты с представителями четырех европейских стран: португальцами, испанцами, голландцами и англичанами. Причем прямого товарооборота между Японией и Европой не велось, торговля происходила в факториях на китайском побережье и в других странах Юго-Восточной Азии. Европейское влияние, тем не менее, распространилось на многие сферы японского общества, от оружия до религии. Когда первые португальские путешественники добрались до Японии в 1542 году и принялись палить в уток из своих примитивных ружей [43] , японцы настолько поразились увиденному, что стали спешно разрабатывать собственное огнестрельное оружие; в результате к 1600 году в Японии было оружия больше, причем лучшего качества, нежели в любой другой стране мира. Первые христианские миссионеры прибыли на острова в 1549 году, а к 1600 году в Японии насчитывалось 300 000 христиан.
43
Речь о мушкетах, которыми были вооружены португальцы.
Но у сёгунов имелись причины опасаться
44
Автор особо подчеркивает данный факт, поскольку битва за Окинаву (апрель-июнь 1945 г.), в ходе которой погибло свыше 95 000 японских и свыше 12 000 американских военнослужащих, является одним из «знаковых» событий в истории США.
Скромная торговля между Голландией и Японией не приносила прибыли с экономической точки зрения. Зато было принципиально важно то, что голландские торговцы являлись для японцев важнейшим источником сведений о Европе. Среди учебных дисциплин в японских частных школах были и так называемые «голландские исследования». На занятиях излагались сведения, почерпнутые от голландцев, по практическим и научным вопросам, прежде всего в области западной медицины, астрономии, картографии, геодезии, оружия и взрывчатых веществ. В составе японского правительства появился астрономический отдел, которому поручили перевод голландских книг по этим предметам на японский язык. Также много информации о внешнем мире (включая Европу) поступало из Китая, из китайских книг и европейских сочинений, переведенных на китайский язык.
Если коротко, до 1853 года контакты Японии с иностранцами были ограниченными и строго контролировались японским правительством.
Япония 1853 года сильно отличалась от сегодняшней Японии, и даже от самой себя в 1900 году. Отчасти подобно средневековой Европе, Япония 1853 года все еще была феодальным иерархическим обществом, разделенным на домены, которыми управляли местные лорды – дайме, чьи полномочия превосходили полномочия средневекового европейского феодала. На вершине власти стоял сёгун (см. источник 3.1) из династии Токугава, которая правила Японией с 1603 года и контролировала четверть рисовых полей страны. Дайме требовалось разрешение сёгуна на женитьбу, на переселение, на возведение или ремонт замка. Еще их обязывали, в урочные годы, привозить свою свиту и селиться в столице сёгуна, не считаясь с расходами. Разумеется, это приводило к росту напряженности в отношениях между сёгуном и дайме, а прочие проблемы Японии при Токугава возникали вследствие растущего разрыва между расходами и доходами, все более частых восстаний, урбанизации и увеличения численности торгового сословия. Но сёгуны Токугава справлялись с этими вызовами и оставались у власти 250 лет, причем в истории островов не было такого момента, когда бы их положение оказывалось под угрозой. Потрясение, которое привело к их свержению, было внешним и пришло с запада.
Истоком для западного давления на Японию послужило западное давление на Китай, где производилось намного больше товаров, желанных для Запада, чем в Японии. Европейские потребители особенно жаждали чая и шелка, но Запад мало что мог предложить взамен, и европейцам приходилось компенсировать этот торговый дефицит поставками в Китай серебра. Чтобы предотвратить собственное «обескровливание», британские торговцы придумали блестящий план: доставлять в Китай дешевый опиум из Индии и продавать его по ценам ниже внутрикитайских. (Нет, эта британская политика вовсе не является выдумкой клеветников-антизападников; так все и было в действительности, и об этом следует помнить, желая понять восприятие Запада современным Китаем.) Китайское правительство отреагировало ожидаемо, признав опиум опасным для здоровья, запретив его ввоз и потребовав от европейских контрабандистов сдать весь товар из трюмов кораблей, что стояли на якоре у берегов Китая. Великобритания заявила, что эта реакция является незаконным ограничением свободы торговли.