Кризис
Шрифт:
— Твой капитан сглотнул наживку.
Макензи Джеймс выслушал эту информацию со своим обычным непроницаемым видом. Но потом откинулся на спинку кресла и осклабился с видом пресыщенного хищника.
Он с удовольствием хрустнул изуродованными пальцами и проговорил:
— А ты ожидал другого? После того, что мы устроили ему на станции Калис?..
Гибсен также устало отвалился на спинку кресла и задумчиво опустил веки с длинными изогнутыми ресницами. Он не стал высказывать вслух своей мысли: чем больше дразнишь человека, одержимого навязчивой идеей, тем
Офицер связи Беккет ударила себя по колену увесистым кулаком и мрачно пробасила:
— Вы психически нездоровый человек и представляете опасность для всей команды.
Дженсен выслушал тираду не моргнув глазом и как можно более внятно произнес:
— Еще одна попытка рассуждать подобным, образом — и вы разжалованы.
Спокойствие Дженсена делало его неуязвимым. Беккет оглянулась на двух других офицеров, притихших за своими консолями, и принялась набирать поправки на пульте… Секунду спустя мелодичный звон возвестил о выходе из четвертого измерения.
— Скачок прерван, — пробормотал пилот.
Все присутствующие склонились над своими пультами.
Через несколько секунд бортинженер сообщил о перебоях в питании главной трансмиссии.
— Утечка топлива. Отчего — определить невозможно. Но о следующем пространственном скачке и речи быть не может.
Даже Дженсен не удержался и издал шумный вздох. И тут же Беккет сообщила новость похуже: увлекшись погоней за «Мэрити», они очутились перед наступающей армадой.
— Чьи корабли? — осипшим голосом спросил Дженсен.
Лейтенант быстро провел опознавательную операцию и с неожиданной твердостью доложил:
— Синдикат, сэр. Проекции курсовых векторов направлены в сторону Халии…
Он набрал в легкие воздуха, чтобы сообщить данные о составе флота и количестве кораблей, но Дженсен перебил:
— Где «Мэрити»?
— Сэр? — На этот раз голос лейтенанта дрогнул. Он был еще слишком молод и неопытен, чтобы вступать в дискуссии со старшими по званию. — Н-но ведь мы должны срочно сообщить Командованию Флота. Защита Халии важнее одного пиратского судна, не так ли?
— Присутствие здесь Мак Джеймса ясно говорит о его связи с неприятелем, — терпеливо разъяснил Дженсен. — Быстро найдите мне «Мэрити»! Забыли об утечке топлива? Это значит, что мы беззащитны и пираты могут взять нас голыми руками. ВОТ ЧТО СЕЙЧАС ВАЖНЕЕ ВСЕГО!
Беккет со злостью ткнула пальцами в свой пульт. Экран замигал, и на нем возникло непомерно увеличенное изображение потертого ржавого борта с едва различимым номером. Цифры, обозначающие дату схода судна со стапелей, давно стерлись.
— Она у нас под боком, — с издевкой прокомментировала Беккет. — Как раз там, где у нас ни одной пушки. И двигатели ориентации накрылись, так что не развернешься. Думаете, не повезло? Нет, просто их капитан не дурак. Это ловушка, и мы в нее аккуратно угодили.
Она не умолчала и о том, что и так было очевидно — «Килдэйр» уже давно находился в пределах действия пеленгаторов наступающих кораблей
Но не успели они осмыслить эту перспективу, как включилась закодированная линия связи, и в динамиках загремел голос, от которого по телу Дженсена пробежали мурашки:
— Капитан, вот что я скажу. Если ты и твоя команда хотите остаться в живых, у вас есть только один вариант…
Этот хриплый тембр Дженсен узнал бы среди сотен других — он принадлежал Макензи Джеймсу.
— …И я вам настоятельно рекомендую сдать корабль немедленно и без дополнительных условий.
На скулах Дженсена заиграли желваки. Ему показалось, что время остановилось. Капитанская рубка и все находящиеся в ней предстали перед, ним, словно на снимке искусного фотографа: серые стены, пробегающие по ним разноцветные всполохи, диковинная игра света и тени на окаменевших лицах команды. Каждое лицо хранило свое выражение: на физиономии пилота застыло удивление, Беккет презрительно поджала губы и выпятила свою лошадиную челюсть еще дальше вперед; однако зеленый лейтенант был Дженсену омерзительнее всех — в его глазах затаился неудержимый страх, мольба и безграничная вера в способность командира сотворить чудо.
Боль от сломанных ребер снова прокатилась по всему телу Дженсена, перемешавшись с животной ненавистью, от которой сворачивало кишки… Он облизнул побелевшие губы.
— Не слышу ответа, — сказал Макензи Джеймс. — Надо бы поторопиться с решением, парень.
— Черт… тебя… раздери… — процедил Дженсен. Но прежде он отключил канал связи, и Мак Джеймс не слышал его слов.
Беккет молчала. Лейтенант был близок к панике: его святое чувство обожания командира рушилось на глазах. Только пилот нашел в себе силы заговорить:
— Мне кажется, пират блефует. У него ведь тоже никакой защиты, а синдикатовский флот — вот он, рядом.
«Это даже не наивно, а просто глупо», — со злостью подумал Дженсен. Макензи никогда не прятался по углам. И если он здесь, значит, продал секреты Флота Синдикату. Его «Мэрити» явно не собирались трогать. К тому же пират занят полезным делом — захватывает скоростное судно неприятеля. Сгорая от жажды мести, Дженсен принял единственно возможное решение:
— Я готов сдать судно «Килдэйр» и всю его команду капитану «Мэрити». Без дополнительных условий.
Муки унижения не помешали Дженсену услышать сдавленные всхлипывания лейтенанта и почувствовать на себе испепеляюще-презрительный взгляд офицера связи Беккет.
Когда дело доходило до демонтажа систем управления, руки Гибсена обретали прямо-таки обезьянью ловкость. Его тонкие ловкие пальцы запросто доставали до самых укромных штекерных гнезд, и процедура, вызывавшая у любого другого техника поток проклятий, не доставляла ему никаких хлопот.
Гибсен посвистывал, целиком погруженный в свои мысли.