Кросс

Паттерсон Джеймс

Ни один из задержанных не произнес ни слова, не сделал даже попытки пошутить, сломать лед. Обоим на вид было лет по тридцать с небольшим, они явно занимались бодибилдингом, и на физиономиях у обоих — наглые ухмылки.

Сэмпсон задал еще несколько вопросов, а потом мы просто замолчали. Просто сидели и смотрели на них.

В конце концов в дверь постучала секретарша и вручила Сэмпсону только что полученные факсы.

Он прочитал их, потом передал мне.

— Вот уж не думал, что мафия так активна в округе Колумбия, — сказал Сэмпсон. — Видимо, я ошибался.

Вы оба — шестерки из мафии. Может, кто-нибудь расскажет, что там произошло в переулке?

Они даже не отреагировали, продолжая все так же самодовольно ухмыляться. Они вели себя так, словно нас здесь не было. Это уже начинало нас бесить.

— Доктор Кросс, может, мы обойдемся без их помощи? Как вы полагаете? — спросил Сэмпсон.

— Можно попробовать. Тут вот написано, что Джон Антонелли по кличке Суслик и Джозеф Лануджелло, он же Перо, работают на дона Маджоне из Нью-Йорка. Это, стало быть, Маджоне-младший, а Маджоне-старший несколько лет назад нанял человека по имени Майкл Салливан, он же Мясник, и дал ему заказ на одного парня в округе Колумбия. Помнишь это дело, Джон?

— Помню. Он кокнул китайского наркодилера. И твоя жена Мария была убита примерно в то же время. Мистер Салливан проходит подозреваемым по этому делу.

— Этот же самый Майкл — Мясник — Салливан подозревается в серийных изнасилованиях в Джорджтауне и в убийстве, связанном с этими изнасилованиями. Это был Салливан? Это его вы зажали в переулке Блюз? — спросил я у боевиков.

Они по-прежнему молчали. И впрямь крутые парни.

Сэмпсон в конце концов встал, потирая щеку:

— Ну, они мне, наверное, больше не нужны, ни Суслик, ни Перо. И что нам с ними делать? Погоди-ка, у меня есть идея! Тебе она понравится, Алекс. — И он хохотнул. — Потом приказал арестованным подняться: — Здесь вам делать больше нечего. Пройдемте со мной, джентльмены.

— Куда? — нарушил наконец молчание Лануджелло. — Вы нам пока еще никаких обвинений не предъявили.

— Пошли. У меня для вас есть сюрприз. — Сэмпсон встал перед ними, я — за их спинами. Им это, кажется, не понравилось. Может, они подумали, что у меня на них зуб в связи с гибелью Марии. И они правы.

Сэмпсон подал знак охраннику, дожидавшемуся в конце коридора, и тот отпер ключом дверь камеры. В «обезьяннике» сидели несколько задержанных, которым еще не предъявили обвинения. Все они, кроме одного, были черными. Джон прошел внутрь.

— Вы останетесь здесь, — сообщил он обоим. — Если передумаете и захотите с нами поговорить, крикните. Если мы с доктором Кроссом будем еще здесь — побеседуем. Если нет — зайдем завтра утром. В этом случае желаю вам спокойной ночи.

Симпсон постучал своим значком о прутья «обезьянника».

— Эти парни подозреваются в причастности к серии изнасилований, — объявил он. — Насиловали черных женщин в районе Саут-Ист. Осторожнее с ними, это крутые ребята. Из Нью-Йорка.

И мы ушли, а охранник с грохотом захлопнул дверь «обезьянника».

Глава 89

Четыре часа

утра. Утро холодное, дождливое, и двое его младших сыновей тихонько плачут на заднем сиденье машины. Плачет и Кэтлин — она сидит впереди. И во всем этом виноват Маджоне-младший и мафия. В неприятностях, которые на них свалились. И Маджоне за это заплатит, дорого заплатит. Салливан уже с нетерпением ждал дня, когда того настигнет возмездие.

В полтретьего ночи он загрузил все семейство в машину и вывез из дома, расположенного в шести милях от Уилинга, штат Западная Виргиния. Это был уже второй их побег за последние две недели. Он обещал ребятам, что они скоро вернутся в Мэриленд, но знал, что это неправда. Они никогда не вернутся в Мэриленд. Салливан уже выставил свой дом на продажу — ему нужны были деньги для побега.

И вот теперь он со всей семьей спасается от смерти. Когда они уезжали из последнего дома, который он назвал «Диким Западом», у него было ощущение, что мафия вот-вот снова выйдет на него, что они уже ждут его за поворотом.

Но он проехал этот поворот, потом следующий и спокойно выбрался из города, целый и невредимый. А скоро они уже слушали «Роллинг Стоунз» и подпевали им, пока Кэтлин не прикрикнула на них и не потребовала прекратить этот действующий на нервы рев. Позавтракали они в придорожной забегаловке «Денниз», потом остановились, чтобы зайти в туалет, и к трем пополудни оказались в местах, где никогда раньше не бывали.

Салливан рассчитывал, что они не оставили за собой никаких следов, по которым за ними могли бы рвануть убийцы из мафии. Никаких хлебных крошек, как было в «Гансе и Гретель». Хорошо также, что ни он, ни его семья никогда не бывали в этих местах. Для них это — совершенно чужая территория. Никаких связей, никаких знакомых.

Он свернул на подъездную дорожку, ведущую к дому в викторианском стиле — с высокой крутой крышей, декоративными башенками и витражными окнами.

— Мне нравится этот домик! — воскликнул Салливан, фальшиво улыбаясь и изображая энтузиазм. — Добро пожаловать во Флориду, ребятки!

— Очень весело, папочка, — заметил с заднего сиденья Майкл-младший. Все трое сидели мрачные и подавленные.

Им и Кэтлин уже надоели его тупые шуточки. Флорида — захудалый городишко, меньше тысячи жителей, расположен высоко в Беркширских горах. Горные пейзажи тут — просто дух захватывают. И на шоссе никаких убийц из мафии. Чего еще желать?

— Просто отлично. Что может быть лучше этого? — повторял Салливан, когда они в очередной раз начали распаковывать вещи.

Но Кэтлин почему-то плакала, когда он демонстрировал ей их новую гостиную с потрясающим видом из окон на высоченную гору Грейлок и реку Хусик. А он врал ей, говоря, что все будет в порядке.

Он знал, что это неправда, и, вероятно, знала это и она. Однажды и его, и семью убьют. Может быть, прямо в этом доме.

Конечно, если он не предпримет кардинальных мер. Причем меры нужно принимать быстро. Только вот что нужно сделать? Как ему остановить мафию, идущую по его следу?