Кротовский, вы сдурели
Шрифт:
— Значит, слушай меня, Кротовский, и запоминай. Город Кустовой является центром сразу нескольких вотчин. Правит в нем собрание владетелей.
— И как они меж собой договариваться умудряются?
— Очень просто. Раз в четыре года избирают правителя, которому для вида подчиняются… но имей ввиду, только для вида. А так каждый сидит в своем наделе и творит, что хочет. Единственно, правитель в самом Кустовом что-то более-менее решает. Только что он там нарешает за четыре года?
— Наверно, немного.
— Вот именно. Немного. А через четыре
— А что же от меня тогда требуется, ваше величество? Я-то там никто.
— Пока никто, — поправляет меня государь, — Дело в том, что я являюсь одним из тех владетелей. Уездный владетель Кречевский, так моя должность называется.
— Как-то неправильно это, ваше величество. Государя всея Руси обзывать владетелем отдельного уезда.
— Так на это у них и расчет, — соглашается царь, — Что не к лицу мне такая должность. А потому я к ним и не лезу. А они, засранцы, знаешь что вытворяют?
— Пока не знаю, ваше величество.
— Каждые четыре года шлют мне вызов на выборное собрание. Вот полюбуйся.
Государь пододвигает ко мне бумагу. Читаю:
—…сим официальным посланием приглашаем уездного владетеля Кречевского на выборы правителя Кустовой народной республики, кои пройдут там-то и тогда-то… о как, — поражаюсь, — У них еще и республика. Канээр фактически.
— Наглеют, что тут скажешь, наглеют. Знают, что не до них мне сейчас. У меня ж, Кротовский, сам понимаешь. Вон какая огромная страна под крылом. И со всех сторон стервятники лезут. Каждый хочет кусок урвать: от шведов до японцев… — государь задумчиво надул щеки, а потом вдруг брякнул, —…в общем так, я дарую тебе свой титул владетеля.
— Как даруете… а разве можно титулы дарить?
— В твоем случае можно, — с нажимом заявил государь, — Твой прадед уже имел близкий титул, а потомок имеет право на наследование, да и ты моими стараниями… граф Лучковский.
— А я еще и граф Лучковский?
— Ну что тебе не нравится, — заухмылялся царь, — Не могу ж я тебя графом Кречевским делать. Тебе это не по рангу. А так, послушай как звучит: Кротовский граф Лучковский. Очень удобно будет на тебя стихотворные пасквили сочинять.
— Ну спасибо вам, ваше величество…
— Да ты морду-то не криви. О тебе дураке забочусь. Завистников у тебя только прибавляться будет. А так посмеются над тобой и отстанут.
— А-а, верно, ваше величество, на осмеянного и злобу таить расхочется. Вы правы. Быть мне Кротовским графом Лучковским… только я все равно пока не понял.
— Что ты еще не понял? — нахмурился царь.
— Ну вот я так запросто заявлюсь в Кустовой и скажу там, что я теперь равноправный владетель… вместе с остальными девятью?
— Восемью, — поправил царь, — Девять — это считая тебя… а чего тут такого? Они только рады будут. У них, можно сказать, гора с плеч свалится, когда узнают, что сам Кречет от владычества отказался.
— Ох.
— Поохай мне еще тут. И вот что, погуляй
Кто б сомневался, что царь про цех не забудет. Опять контрольный пакет под себя загребет. Хотя… на этот раз это будет хотя бы оправдано. Станки как-никак на его деньги были куплены.
Торчать в примной мне расхотелось, поэтому попросил у важного чина разрешения выйти наружу. Караульный отвел меня в какой-то внутренний дворик с видом на красную зубчатую кремлевскую стену, где оставил с наказом ждать… мол, когда все бумаги будут готовы, меня оповестят. Ну… ждать, так ждать.
Прохаживаюсь по дворику, озираюсь по сторонам с любопытством, как китайский турист, забывший в гостинице фотоаппарат… как никак в Кремль попал, а селфи не сделать. Радость и досада в одном флаконе. Радость от того, что в немилость к царю не попал и даже отхватил в подарок титул… досада от того, что титул, честно сказать, довольно сомнительный. Чесслово, я бы предпочел обойтись без этого владычества.
Внимание привлек прилично одетый господин, возящийся с кустами роз, потрясающей красоты. В Кремле конечно нельзя ничему удивляться, но когда видишь в качестве садовника редкого мага крови третьего уровня, волей-неволей удивишься. Маг крови, видимо почувствовал мой взгляд и обернулся.
— Э… поосторожней, у вас над ухом комарик летает, — он показал над каким именно ухом.
Что-то в его взгляде мне показалось странным, будто заботится маг не обо мне, а именно о комарике. Вопреки привычке, не прихлопнул комара, а аккуратно отогнал от себя ладошкой, чем вызвал по всей видимости в кровавом маге симпатию.
— Виноградов Гаврила Петрович, — он отмыл руку в фонтане, тщательно обтер платком и протянул мне ее для пожатия, — Числюсь в наследниках княжеского рода, но статус еще не подтвержден тотемом.
— Очень приятно. Кротовский Сергей Николаевич, — пожимаю руку, — Не знал, что царь наш батюшка заставляет княжичей садовничать.
— А… это… — Виноградов отмахнулся, — Император тут не при чем. Это для принцессы.
— Ах, для принцессы. Тогда конечно. Тогда другое дело.
Все это, конечно, выглядит чертовски странно. Маг крови с фамилией Виноградов! Да еще «числится». Так-то тоже про себя могу сказать, что «числюсь» графом, ибо я попаданец. Мне невольно вспомнился некий Мангустов, которого встретил в приемной Орлова. Не удивлюсь, если и этот такой же княжич, как я граф…
Княжич тоже смотрит на меня как-то пристально. Неужели подозревает? Но нет. Он спросил, не тот ли я Кротовский, что производит сигналки. С облегчением ответил, что тот самый. Виноградов вручил мне визитку, озвучив желание приобрести крупную партию.
Не стал спрашивать, на кой черт ему большая партия сигналок. Может розы охранять. Он вернулся к своему занятию с цветами, а я наблюдал за ним, пока за мной не пришел караульный. И пока мы с караульным не скрылись в помещении, возле меня неотступно кружил комар.