Кроу - 2
Шрифт:
Сумрачный гном стал еще более сумрачным. Он нацедил в любимую кружку остатки пива, горестно отхлебнул, возвел очи вверх с надеждою – не начался ли дождь с градом? Ведь он прогонит рыжую – наверное.
Лори разломила луковицу пополам, содрала лишнюю шелуху, вновь принялась жевать, не забыв оторвать от куриной ляжки шматок мяса.
Кроу дохлебывал пиво, глядя теперь вниз – быть может случится землетрясение страшное? И возникнет трещина глубокая, широкая и поглотит жестокую поедательницу ни в чем неповинных куриц, давным-давно
Рыжеволосая выдохнула, зажмурилась и откусила четверть стручка горького перца. Часто-часто задышала, покраснела как луговой мак, поспешно вгрызлась в курицу, закусила помидором и куском пышного деревенского хлеба.
Кроу невольно сглотнул слюну и перевел горестный взгляд наполненный надеждой на стоящих рядом стражей. Вдруг они прогонят наглую убийцу помидоров прочь? Стражи поспешно отвернулись и нарочито громко начали обсуждать проблемы с урожаем прыгучих мандаринов в далекой Пигвелее. Проблемы мол с мандаринами – новый сорт чересчур прыгуч, садоводы никак не могут совладать с плодами. Кроу тяжко вздохнул, окончательно понурился, с хлюпаньем допил пиво и отставил кружку.
Лори неспешно наслаждалась прохладным квасом из запотевшего глиняного кувшина.
Кроу с безутешным видом огляделся вокруг – ну кто-нибудь? Стражи потихоньку утопали прочь. Игроки потрусили за ними, трусливо крича о том, что им пора на охоту. Рыбы спрятались обратно в пруд. Орел Крис засунул голову под крыло. Кашемор нырнул под холм, утащив за собой брата. Остальные работники поспешили за ними. Вскоре на участке не осталось никого, разве что ме-е-е-дленно уползала прочь большая улитка, что-то бормоча себе под нос. Гному показалось, что улитка бормотала «в это лучше не лезть»…. Или же: «тебе пришел полный….».
Лори с хрустом вырвала вторую ногу у курицы.
– Ну? – осведомилась воительница, ткнув вырванной конечностью в гнома Кроу – Так и будем молчать, пока я не доем жареного петуха? Кстати, хозяин его зарезал, потому что птичка не хотела кукарекать…
Если бы Кроу обладал особым божественным взором и еще раз взглянул бы на небо, он узрел бы удивительную картину – метрах в сорока над ним в воздухе катался угорающий от смеха ангел. Он молотил золоченным сандалиями, бился мигающим нимбом об облачко, затыкал обеими руками себе рот. Наверное, еще никогда суровая местность не видела столь искреннего и безудержного ангельского веселья.
Чертовы хитрованы шулера и музыканты успели смыться. И оставили бедному гному наполовину разваленный плот и довольно-таки злую девушку, медленно доедающую жареного петуха.
– Уважаемая, вы не могли бы убрать курицу с забора – трагичным голосом произнес Кроу – А то пятна остаются.
– Это петух, а петуху на заборе самое место – отрезала рыжая, явно обрадовавшись тому факту, что Кроу нарушил молчание.
– Хм…. Уважаемая, быть может, вы хотите что-то купить?
– Угу.
– Ты не меняешься – вздохнул тяжко гном – Тебе лишь бы похоронить кого-нибудь и пару ромашек возложить. Это давно уже вышло из моды – бросать в могилу закутанный в простыню труп утыканный гвоздями. Хоть бы на гроб потратилась. На дубовый.
– Фиг тебе – рыжая вскинула голову, в ее глазах чертиками плясали слившиеся воедино радость и злость – Так и знала! Давно поняла, когда твои новые друзья рассказали уйму интересного про твои словечки, оговорки, способы боевых действий и эту столь знакомую мне вялую нерешительность ушибленного хомяка.
– Но-но-но! Попрошу без оскорблений.
– А как еще назвать твою страсть к длительной подготовке? На плот глянь! Это же не плот! Это бревенчатый бронированный крейсер с орудиями и медотсеком! Блин…. А я все гадала….
– Привет – Кроу исподлобья взглянул на девушку – Привет, Кроха. Я рад, что ты проснулась. А ведь врачи ничего не обещали….
– Хочу тебя обнять – рыжая сердито утерла левый глаз тыльной стороной ладони – Пусти в гости.
– Извини. Частная собственность – замотал головой гном – Нельзя!
– Да я разок. Обниму чуток, может даже поцелую. В щечку.
– Ну…. Если только чуток и если только в щечку.
– Угу. Можно?
– Я должен подумать. Дай мне три дня. Хотя нет – мне нужна где-то неделя.
Рыжая шмыгнула носом, молча встала, перепрыгнула через забор и сразу же угодила в крепкие объятия Кроу. Так они и застыли обнявшись. Просто обнявшись, в полной неподвижности. И так простояли минут пять. А затем, утирающая слезы Лори пробубнила:
– Привет, Цап. Нас уделали, да? Совсем-совсем уделали.
– Ну, не совсем – прошептал Кроу, бережно гладя девушку по волосам – Не совсем. Ведь мы еще живы и скоро отрастим длинные когти и острые зубы.
– Было так больно, когда проснулась. Так больно. А тебя не было рядом!
– Прости, Кроха. Прости. Мне сказали, что шансов почти нет. А простое ожидание свело бы меня с ума. Поэтому я решил действовать. Но как же я рад, что ты проснулась. Сейчас тебе больно?
– Не-а. Сейчас нет.
– Ну и славно. Вальдира лечит. Угостишь меня квасом и жареным петухом?
– Нет. Дай дубину и десять гвоздей….
Витающий над обнявшейся парой ангел медленно таял в воздухе, с едва заметной хитринкой улыбаясь. А может быть с некоторым удовлетворением – будто он приложил к случившемуся свою ангельскую руку. С легким хрустальным звоном ангел исчез, а в прудик опустилось две яркие искорки, легшие под водой на лист водоросли и оказавшиеся маленькими золотыми икринками.
Глубокой ночью в гробнице было тихо….
Ну, почти тихо. Тихий шум доносился от разложенного поверх каменного пола толстого одеяла.