Кровь эльфов
Шрифт:
Эльф слегка улыбнулся.
– Об этом суди сам, - ответил он.
– Впрочем, не забывай о моем предупреждении - ты не должен ничего предпринимать. Иначе...
– Маг провел пальцем по горлу.
– Не говоря уже о девушке. Возможно, собственной жизнью ты рискнешь. Однако ты ведь понимаешь, что мы можем сделать с Кристен -
Серрину хотелось возненавидеть этого сияющего эльфа, но он чувствовал лишь усталость и отвращение.
– Да, и не забудь про тролля. Дух Найэля исцелил его. Если он узнает правду - что вы уничтожили лишь жалкого врага, а вашего спасителя, - тут эльф усмехнулся, - ждет малоприятный конец, он будет очень расстроен. Ты ведь не сделаешь этого, не так ли? Найэль был прав. Сейчас у тебя действительно есть шанс с этой женщиной. Если ты его не упустишь, то все поймешь. Со временем.
Эльф сделал несколько шагов вперед, вышел на свет и коснулся головы Серрина. Он ничего не почувствовал, только посмотрел на него снизу вверх. Эльф был красив жуткой, неземной, двуполой красотой, золотые волосы собраны на затылке, фиолетовые бездонные глаза, руки с длинными пальцами и почти прозрачной кожей.
– Уведите его, - Эльф исчез, оставив в комнате двоих убийц, которые завязали Серрину глаза и вывели его по ступенькам к машине.
* * *
Он рылся в поисках запасного ключа, который дал ему Майкл. Было уже почти пять часов утра, и Серрин чувствовал себя выжатым как лимон, абсолютно пустым. Он знал правду о Лютере, но настоящая правда была скрыта за многими и многими обманами. "У меня нет ничего, - думал он, - все пепел и прах. И я даже не вправе говорить об этом. В том числе и ради Тома".
Он осторожно открыл дверь, его рука стала шарить в поисках выключателя.
Яркая желтая линия под одной из дверей превратилась в конус света, когда на пороге появилась Кристен.
Серрин вдруг снова ощутил прикосновение эльфа - и в тот же миг оказался совсем в ином месте, по другую сторону Атлантики. Его отбросило на столетия назад, в то самое мгновение, когда он узнал, что девушка, проданная отцом ненавистному и жестокому мерзавцу, потеряна для него навсегда. Боль пронзила его существо. Ему пришлось ухватиться за дверь, чтобы не упасть.
А потом Серрин снова стал самим собой. Он стоял и не сводил с Кристен глаз.
"А теперь я готов отказаться от того, ради чего когда-то мог бы убить. Да будь они все прокляты: Лютер, Магеллан, тот, кто заставил меня копаться во всем этом дерьме... Все эти не соединяющиеся концы; я так и не нашел человека со шрамом, возможно, он превратился в еще один безымянный труп где-нибудь в Швандорфе. Мне никогда об этом не узнать. И хватит уже метаться из одного места в другое, задерживаясь не больше чем на неделю, месяц или сезон, а потом бросать в один и тот же чемодан одни и те же вещи - все только для того, чтобы бежать дальше без малейшего смысла и цели. Да, я в два раза ее старше. Я эльф, а она человек. Ну и что? Из этого просто следует, что мы будем стареть одновременно".
Серрин откинул голову назад и расхохотался над этой прозаической мыслью. А потом удивился: ведь он подумал о будущем - раньше такого с ним никогда не случалось. Никогда.
Кристен сделала несколько неуверенных шагов, и вот она уже побежала к нему через океаны и столетия, через многие и многие времена, а он широко открыл объятия и нашел ее, нашел, наконец нашел.