Кровь
Шрифт:
Мгновение Рин стояла и обрабатывала только что полученную информацию, потом, запинаясь и сбиваясь с интонаций, выпалила:
– Да ты чем думаешь вообще?! Серьезно?!
– Так ты хочешь научиться? – повторил он вопрос, заданный раньше.
– Да! – ответила Рин.
Она с трудом удерживала нить разговора, поэтому ответила на автомате, исходя из ночных помыслов, но сохранив агрессивную интонацию.
– Тогда я предлагаю заключить сделку. Ты разрешаешь мне общаться с тобой, а я учу тебя всему, что знаю сам, – закончил он и протянул руку для рукопожатия. – Кстати, меня зовут Эрик.
Рин закрыла глаза рукой, словно пытаясь снять невидимую пелену, затуманивающую
Рин успокоилась и, взяв себя в руки, спустилась с крыльца.
Несколько секунд она стояла прямо напротив этого странного человека и смотрела на него, пытаясь разобраться до конца в происходящем. Внезапно парень слегка улыбнулся, и в его взгляде, кроме уверенности, появилась какая-то чистая доброта.
– Договорились, – быстро сказала Рин, пожав ему руку. – Только не думай, что я все простила. Просто я не прочь бесплатно поставить удар.
– Ты беспокоишься о деньгах? – Эрик окинул взглядом «усадьбу».
– А откуда они, по-твоему, берутся? От чрезмерного расточительства? – отмахнулась она и продолжила разъяснять условия: – В любом случае я хочу для начала узнать хотя бы, кто ты такой, и еще раз все обдумать. Считай рукопожатие началом переговоров. Окончательное решение я еще не вынесла.
Эрик рассмеялся.
Тренироваться они начали через месяц – примерно столько времени им понадобилось, чтобы стать друзьями и Рин могла доверять Эрику. А Эрик к тому моменту уже безвозвратно влюбился в гордую и принципиальную девушку. Появление ответных чувств не заставило себя долго ждать…
…Рин все еще была под водой, и у нее кончился воздух. Она быстро вынырнула и выбралась на берег, где упала на колени и локти. Прокашлялась.
В таком положении она пробыла еще минуту, боясь пошевелиться. Ее взгляд был направлен на правую руку, увязшую в рыхлой мокрой земле. Прямо на запястье располагалась красного цвета отметина. Кровавым тату на коже проступал символ в виде акулы. Но Рин смотрела как будто бы сквозь свою руку, в пустоту.
– Мертв, – шепотом произнесла она.
Трим напряженно раскачивался на стуле, удерживаясь носками ботинок за рабочий стол. Плевать – он один в собственном кабинете. Ему было удобней думать, когда он совершал какое-то монотонное движение. Разум впервые за несколько дней отвлекся от мыслей о деле «силы грехов». Сейчас Трим обдумывал информацию, полученную от Алексея. Последние двадцать лет Демократическая Империя Рая избегала открытых столкновений как с силами Домов Ада, так и другими влиятельными врагами. Святая Инквизиция Старого Рая и правительство Нового Рая сходились во мнении, что стабильная внешнеполитическая ситуация весьма выгодна на данный момент. «Интересно, чем руководствовался Архангел, принимая решение развязать войну?»
Комнатка была маленькой – невысокое звание владельца – и очень яркой из-за отсутствия хороших светозащитных стекол или хотя бы дешевых жалюзи. Ангелы любили затемнять помещения на верхних уровнях Нового Рая, ибо слепящий свет от огненной массы, нависшей в небе над городом, проникал в каждый закоулок. Трима не смущал яркий свет. Посетители к нему не приходили, поэтому тратить деньги на
Раздумья были прерваны звонком, раздавшимся из встроенного в ухо динамика.
– Младший следователь Трим слушает.
– Это я, Лира, – раздался из трубки строгий женский голос.
Лира, давняя подруга Трима, работала в транспортировочном центре, занимавшемся открытием и поддержанием порталов в другие миры.
– Тут снова вспышка по твоему делу.
– Ты уверена?! – Заданный им вопрос был риторическим.
– Да. Только что звонили из энергетического. Можешь залететь к нам, я подготовлю портал и справки по миру Y(–163), в котором замечен выброс.
– Хорошо, вылетаю, – сказал Трим и, бросив трубку, вышел из кабинета.
«Слишком быстро». Походка Трима, обычно спокойная и размеренная, сейчас была чуть сбивчивой и торопливой, он сильно нервничал. «В один день два выброса. События развиваются по худшему из возможных вариантов. Даже скорее – худшему из невозможных».
Как все сотрудники УРС, Трим носил форму серого цвета с желтыми узорами. Каждому госучреждению Нового Рая были присвоены два цвета, но фасон и стиль любой служащий мог выбирать сам, разумеется, в пределах приемлемых норм приличия. Трим не пытался выделяться, да и не хотел тратиться на портного или трансморфера [6] , поэтому носил простые серые штаны с желтыми лампасами и стандартный для УРС тканевый плащ-куртку со специальными вырезами под крылья. Петлица со званием была прикреплена к внешней стороне воротника.
6
Трансморификация – изменение формы объекта.
«Семь дней погоды не сделают… Ладно, придется разбираться самому, по старинке». Трим уже начал рисовать в голове возможные последствия вспышки. Его сильно настораживал временной интервал между случаями, ведь если теперь это будет происходить по десять раз за день, дела примут весьма скверный оборот.
Транспортировочный центр располагался на центральном уровне Нового Рая недалеко от здания УРС. Трим подошел к первому замеченному им открытому окну на своем этаже и выпрыгнул – не хотелось тратить время на выход через парадный вход и полет четко по воздушным путям. Ветер ударил в лицо – привычное и приятное ощущение.
Не распуская крыльев, он пикировал вдоль множества зданий. Вот всего лишь в ста метрах от него крыша… Трим молниеносно распустил крылья и, перенаправив энергию движения, взмыл вверх. Пролетев несколько переулков, он встроился в воздушный путь, набрав нужный разгон, отделился от потока и вновь убрал крылья. Рассчитав расстояние до цели и свою скорость, Трим нырнул в узкий проулок, в котором не было места, чтобы расправить крылья. Инерция полета кончалась, и он начинал терять высоту, а до конца переулка оставалось еще довольно далеко. Трим резко перевернулся в воздухе и, несмотря на немалую скорость, смог наступить ногой на небольшую вывеску. Оттолкнувшись от нее изо всех сил, с легкостью преодолел оставшийся до конца переулка путь и вылетел на основную улицу прямо перед зданием транспортировочного центра. Там он вновь расправил крылья, на этот раз медленно и изящно, выпрямившись во весь рост, чтобы замедлить полет, мягко приземлился у входа в здание и громко выдохнул. Как же он любил скорость и ощущение свободного падения!..