Кровавое эхо
Шрифт:
– Почему ты так хочешь ей верить?
– Потому что у нее не было с собой денег.
– В чем состоит твоя версия?
– Помнишь цитату из Бальзака? И Маркузе?
Элис кивнула.
– У меня есть еще одна для тебя, – сказал Ричер. – Слова, которые однажды написал Бен Франклин.
– Ты что, ходячая энциклопедия?
– Просто я помню то, что читаю. И то, что сказал Бобби Грир о броненосцах.
Элис бросила на него пристальный взгляд и пробормотала:
– Ты сумасшедший.
– Это всего лишь версия, ее необходимо проверить. Но мы можем это сделать.
– Как?
– Нужно
Она ничего не ответила.
– Пойдем отметимся у Уокера, – сказал Ричер.
Они по жаре зашагали к зданию суда. Поднялся небольшой ветер с юга. Ветер нес влагу и тревогу. Уокер сидел один в своем кабинете и выглядел очень усталым. На столе валялись телефонные справочники и бумаги.
– Ну, все завертелось, – сказал он. – Самое крупное дело из всех, что нам доводилось видеть. ФБР и полиция штата, повсюду выставлены посты на дорогах, в воздух подняты вертолеты, мобилизовано более ста пятидесяти человек. Однако надвигается буря, которая может нам сильно помешать.
– Ричер думает, что они прячутся в мотеле, – сказала Элис.
Уокер мрачно кивнул:
– В таком случае мы их найдем. Когда начинается такая охота, им не ускользнуть.
– Мы вам нужны? – осведомился Ричер.
– Думаю, нет. Пусть работают профессионалы. Я отправляюсь домой, чтобы хоть несколько часов поспать.
Ричер оглядел кабинет. Дверь, пол, окна, письменный стол, шкафчики картотеки.
– Пожалуй, мы поступим так же, – сказал Ричер. – Мы поедем к Элис. Звоните нам туда, если мы понадобимся. Или если будут какие-то новости, хорошо?
Уокер кивнул.
– Обязательно, – сказал он.
– Мы вновь будем действовать как ФБР, – сказала женщина. – Это настоящая глупость.
– Все? – спросил водитель. – А ребенок?
Женщина немного помолчала. Она должна была уходить, ведь без стрелка обойтись нельзя. А если придется разбивать команду на две части, ей хотелось иметь рядом высокого парня, а не водителя.
– Ты останешься с ребенком, – сказала она.
– Отмена уровня? – спросил водитель.
Такова была стандартная процедура для тех случаев, когда команда разделялась. Женщина всегда устанавливала отмену уровня. Что означало: ждать наступления определенного времени, а потом, если команда не собиралась вновь, следовало немедленно покинуть место действия, при этом каждый действовал самостоятельно.
– Четыре часа, понятно? – сказала женщина. – И прибери здесь.
Она не спускала с него глаз еще секунду, чтобы убедиться, что он правильно ее понял. Потом присела и открыла молнию на большой сумке.
– А теперь пойдем и закончим дело, – сказала она.
Они проделали те же самые приготовления, что и в случае с Алом Юджином, только теперь все получилось гораздо быстрее, поскольку «форд-краун» был припаркован на стоянке мотеля, а не спрятан в нескольких милях. На парковке стояло всего несколько машин, а людей здесь и вовсе не было, однако полного ощущения безопасности не возникло. Они сняли колпаки с колес и положили в багажник. Потом прикрепили антенны к заднему
– Четыре часа, и не забудь прибрать, – повторила она.
Водитель кивнул и закрыл за ней дверь. Он посмотрел на девочку, лежавшую в постели. «Не забыть прибрать» означало «ничего не оставлять в мотеле, в особенности живых свидетелей».
Ричер взял «хеклер-и-кох», карты Техаса и пакет «Федерал экспресс» из «фольксвагена» и отнес их в дом Элис. Он прошел через гостиную прямо на кухню. Здесь было тихо и прохладно. И сухо. Кондиционер трудился изо всех сил. «Интересно, какие счета приходится оплачивать Элис?» – вдруг подумал Ричер.
– А где весы? – спросил он.
Элис подошла к шкафчику, присела на корточки и открыла нижний ящик, затем двумя руками подняла кухонные весы и поставила на стойку. Они оказались довольно большими. Весы были сделаны недавно, но выглядели старыми – стиль ретро. Большая круглая шкала напоминала спидометр старомодного седана. Стрелка была красной, по кругу шли крупные цифры. Рядом с именем производителя было написано: «НЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ В ТОРГОВЛЕ».
– Они точные? – спросил Ричер.
Элис пожала плечами.
– Думаю, да. Жаркое с орехами получается превосходно.
Хромированная чаша лежала на рычаге, который располагался над шкалой. Ричер надавил на чашу, и стрелка переместилась на один фунт, а когда он убрал палец, вернулась на ноль. Ричер вытащил магазин из «хеклер-и-коха» и положил пустой пистолет на весы. Раздался негромкий металлический стук. Стрелка переместилась и показала вес два фунта и шесть унций. Не самое легкое оружие. «Почти правильно», – подумал Ричер. Память услужливо подсказала, что по каталогу такой пистолет без магазина должен весить около сорока трех унций.
Ричер засунул обойму обратно и принялся открывать дверцы шкафчиков, пока не нашел продукты. Он вытащил запечатанный пакет с сахарным песком. Пакет был ярко-желтого цвета с надписью «5 фунтов» на боку.
– Что ты делаешь? – спросила Элис.
– Взвешиваю, – ответил он.
Ричер поставил пакет с сахаром на весы. Стрелка остановилась ровно на 5 фунтах. Он положил сахар обратно на полку и взял упаковку с чищеными орехами. Стрелка указала на 2 фунта. На пакете было написано: «2 фунта».
– Годится, – сказал он.
Сложив карты, Ричер положил их на весы. Они весили один фунт и три унции. Он снял карты и вернул орехи – по-прежнему 2 фунта. Он убрал орехи на полку и взвесил пакет «Федерал экспресс». Один фунт и одна унция. Добавил карты – получилось два фунта и четыре унции. Положил сверху пистолет – и стрелка замерла на пяти фунтах и трех унциях. При желании он мог бы вычислить массу пуль.
– Ладно, пойдем, – сказал он. – Однако нам понадобится бензин. Предстоит долгая поездка. Тебе лучше избавиться от этого платья. У тебя есть что-нибудь более практичное?