Кровавый Рейд

Приходько Роман Алексеевич

Лысенко стоял посреди коридора, будто стукнутый обухом по голове.

— Воды дайте! — послышалось из-за железной двери.

— Щас, метнулся! — злорадствовал План. — Может тебе ещё лимонаду со льдом притарабанить?

— Давай я принесу! — предложил Сергей.

— Да мне параллельно! Хочешь, неси, — ответил военный и смачно зевнул.

Парень взял пустую пластиковую бутылку, из которой сам утолял жажду, и побежал в умывальники казармы. Там из кранов текла почему-то более прохладная вода, чем на кухне.

Напора как всегда не было.

Тонкая струйка замурлыкала о дно «полторашки», обещая наполнить ёмкость к завтрашнему утру. Лысенко поднял взгляд на зеркало начищенное дневальными и внезапно понял, кого напомнил ему сталкер. Добавить отражению десяток годков, выкрасить в цвет седины короткие волосы и получится настоящий близнец арестанта. Разнились только глаза. Вместо твёрдой уверенности в завтрашнем дне из зеркала смотрела тоска, словно зажатая тисками безысходности непоседа-душа хотела вырваться наружу в виде крика полного отчаянья.

Поток мысленных излияний Сергея охладила вода, полившаяся на руку через край горлышка переполненной бутылки. Вернувшись в пристройку, он отодвинул засов и начал открывать дверь.

Словно укушенный лошадью, заорал План, одновременно хватая оружие. Расшатанные ножки табурета отчаянно заскрипели и начали клониться в сторону от центра тяжести стокилограммовой туши служивого. Сержантские ботинки «вгрызлись» в бетон, пытаясь удержать хозяина в вертикальном положении, что далось им с большим трудом. Вояка вскинул к плечу автомат и снял его с предохранителя.

— Ты чё, козёл педальный, совсем с дуба рухнул?! Он же нас как котят за секунду передавит! Бывалые сталкеры похлеще спецназа будут! А этот походу, не один год Зону топчет.

За время словарного «поноса», которым «разродился» План, он до самой мушки забрызгал слюной свой «АК».

— Так он же связан, — пробормотал Сергей. — И как он убежит из расположения целой роты солдат?

— Брось ему воду, закрой дверь на засов и вали отсюда придурок! — с угрозой в голосе сказал сержант.

— Мне до темноты надо ещё в камере с арестантом и коридоре светильники повесить. Или ты хочешь ночью, здесь без света куковать?

План скользнул глазами по потолку и увидел там лишь три пучка проводов, торчавших из полосы кабельканала.

— Так давай, работай быстрее, а то устроил тут богадельню! — не успокаивался сержант.

— Закрывай за мной дверь, я сначала в камере установлю фонарь, а потом в коридоре хоть один повешу, — Сергей зашёл к арестованному и закрыл за собой дверь. Сразу же лязгнул засов. Послышалось глухое, недовольное бурчание вояки. Возле окна на полу сидел сталкер и с усмешкой смотрел на вошедшего.

— Чё там, струхнул служивый? — спросил он, всё больше улыбаясь.

— Ага! Подгузники меняет, — Серый поставил бутылку у ног пленника.

— Может, ты мне и руки развяжешь? — доверительно осведомился арестант и показал на связанные за спиной руки.

— А ты не укусишь? — пошутил Сергей. Почему-то он не боялся этого человека. В его глазах читалась такая знакомая тоска

и безнадёга, что хоть волком вой. Но было в них ещё что-то, какое-то уверенное спокойствие, как будто их обладатель знал на все сто десять процентов, что его, по сути, безвыходное положение, это всего лишь малюсенькое недоразумение, способное разрешиться без каких-либо особых проблем. И, казалось, такие несовместимые понятия, образовывали симбиоз, который притягивал, гипнотизировал, подчинял и звал за собой.

Двойной узел долго не хотел развязываться, но через минуту, с помощью отвёртки, ремень поддался и упал на пол. Сталкер неуклюже схватил затёкшими руками бутылку и, открутив пробку, жадными глотками «приговорил» почти половину воды. Вместо спасибо, он спросил:

— А что это ты такой добрый к смертнику? Или первым хочешь узнать место схрона? — подозрительно скосил глаза пленник.

— До твоего добра я вряд ли доберусь, даже имея кучу оружия, — тяжело вздохнул Серый. — По словам прапора, не каждый может выжить в Зоне. Так что, мне твои богатства без пользы и проблемы не решат.

— А ты чего, смертельно болен, что ли? — поинтересовался сталкер, опять прикладываясь к бутылке.

— Да нет, меня менты разыскивают, и здесь, и дома, — опять вздохнул Сергей.

— Вот дурак-человек, да с деньгами можно куда угодно свалить. Хоть на Гавайи, хоть на Кипр…

— Где ж их взять-то столько? Банк приступом штурмонуть?! — в сердцах воскликнул Лысенко.

— Помоги мне бежать, и айда со мной в Зону. Я тебе заплачу, помогу сделать новые документы. А если хочешь, подскажу, как срубить большую кучу бабла и свалить отсюда в тёплые края, — без остановки, в полголоса искушал арестант.

— Хм. Я что, по-твоему, похож на лошка или пациента психбольницы? Как в Зоне можно сделать чистые документы, да ещё заработать мешок денег?! — возмущался Серый. — Может, ты мне про Монолит хочешь сказочку задвинуть? Знаю я эту басню, Сивоконь на ночь рассказывал, — разочарованно махнул рукой Сергей и принялся за светильник.

— Может и сказка, но я совсем не это имел ввиду. Есть другой вариант. Ну, раз ты такой Фома неверующий, то поступай, как знаешь!

Они встретились взглядами. Повисла немая пауза. Из-за двери потянуло запахом марихуаны, видно охранник пытается снять стресс.

— А подробней можно? — больше в плане поддержания разговора, чем ради интереса спросил Сергей.

— Нужно! — пленник усмехнулся. — Знаю я одного торговца, который по своим каналам уже не раз справлял чистые документы. Главное — быстро и без жалоб на качество. А по поводу деньжат — есть на примете местечко, где мы с напарником видели неплохую полянку с артефактами. Не струсишь — можем взять с собой в рейд. Конечно, это не прогулка по парку, но разок стоит рискнуть. Хабар разделим поровну — даю слово. Поверь — такие предложения на дороге не валяются. Тысяч десять-пятнадцать «зелени» за одну ходку — неплохой стимул размять мышцы. Тем более если есть нужда…