Кровавый смог
Шрифт:
– Не думаю, что НАСА будут довольны, когда узнают, что у них украли скафандр, - проговорила она, слегка улыбнувшись в сторону Бруно.
Зеленые глаза Меган были похожи на те, что изображены в журналах, под которыми пишут истории про счастливых женщин. У нее был уверенный, далеко не сонный облик. Темные распущенные волосы взвивались за ней как флаг анархистов. А вместо обычного ожерелья на шее красовался дорогостоящий фотоаппарат. Контуры ее личика воссоздавали лицо с билбордов, рекламирующих мрачных цветов косметику. Темно-красные пухлые губы, ямки у скул, вписывающийся под них маленький
– И как так случилось, что ты живешь именно здесь?
– неудивительным голосом спросил Бруно.
На самом деле он был удивлен. Тот человек, который может испортить абсолютно все, вернулся к своей деятельности, к тому же в самый неподходящий момент. Меган выступала клейкой лентой, а все остальное превратилось в жужжащих мух.
– Бруно, я все тот же журналист, который везде и всегда начеку, - сказала она, поправляя меховой воротник сиреневой куртки.
– Это не я близка к событиям, а они ко мне. Должна признаться, моя персона даже у мужчин не пользуется такой популярностью.
Бруно фыркнул:
– Возбуждаешь криминал. Настоящая женщина.
– Странные у тебя комплименты, - скривилась Меган.
– Странный у тебя дом.
Они стояли у порога самого простенького коттеджа на Кашел Драйв: один этаж, около четырех ста квадратных метров в площе участка и малое количество мебели со светом. Во всяком случае, это первая деталь, на которую Бруно обратил внимание через открытую входную дверь.
– Это что-то вроде моего офиса.
– Меган не спускала глаз с Бруно.
– А так, я все еще живу в столице.
– А тут редактируешь газету?
– Все верно. Да и еще волна бессонницы нахлынула.
– Так вот почему света нигде нет.
– От всего избавилась. Приемлемым являются только настольные лампы.
Бруно понимал, в какую неловкую ситуацию он попал. Два профессионала своего дела столкнулись лбами не при самых лучших обстоятельствах. Обстоятельства. Ему никогда не нравилось это слово, обозначающее команды всем действиям человека. Как кость для собаки, за которую другие псины могут съесть с потрохами.
– Удали фотографию, - попросил он Меган.
Она ехидно улыбнулась, прошлась по своей зеленой лужайке к заднему двору и присела в беседке, которую окружало семь садовых гномов. Бруно нащупал под ногами небольшой фундамент из бетонных блоков, когда подошел к ней. Он не стал садится возле Меган, а лишь выжидал, когда она сделает то, о чем попросил ее Бруно.
– Мой муж построил ее, - сказала Меган, посмотрев на навес - Он выбрал зеленую отделку для того, чтобы скрыть малое количество деревьев. А потом, когда мы здесь ужинали, будущий супруг сделал мне предложение.
– Слушай, у меня нет на это времени.
– Ты объяснишь мне, что здесь происходит, или я должна все выяснить сама?
– Спросила с уже серьезным видом Меган, стуча ногтем по заднему экрану фотокамеры.
– Одна ты справишься куда лучше.
Ее нахмуренное лицо оставалось статичным. Казалось, что перед Бруно находилась ее фотография, а не сама Меган.
– Почему на дороге так много крови?
– возвратилась она, показывая детективу получившийся
– Слушай, у нас тут проблема, - всполошился он.
– Мертвая проблема. Я не могу допустить, чтобы люди узнали об этом раньше, чем работники нашей полиции.
– Я тебя понимаю, как и ты меня, но наши приоритеты могут оказать нам услугу.
Бруно жеманно улыбнулся:
– Хочешь помочь?
– О да.
– Ее глаза заискрились - Я знаю, что убита девушка по имени Дженнифер, как и ты. Но лишь один из нас может догадываться, за что ее лишили жизни. И кто.
Детектив удивился, но потом стал схватывал налету.
– Тебе лучше начать говорить, - посоветовал он грубым тоном.
– Не сейчас. У тебя еще много работы, ровно как и у меня. Просто я хочу, чтобы последствия твоих действий были известны в первую очередь мне.
– Слишком много хочешь.
– Моя газета сейчас под редакцией, - продолжала журналистка, не обращая внимание на установившееся напряжение.
– Ее будут разносить и продавать послезавтра. В ней должна быть статья с той информацией, которая будет интересна людям. Ты мне даешь пряник, а я тебе попытку использовать кнут.
– Нет, - запротестовал Бруно.
– Не на твоих условиях строится моя работа.
– Она скрестила на груди руки.
– Я предоставлю информацию еще раньше, которой не будет даже на конференции. И сразу после, ты выложишь мне все, что тебе известно об этом случае.
Меган показала детективу свои яркие как звезды зубы, растянув их обаятельной улыбкой. Бруно имел дело с такими женщинами. Опыт говорил, что не всегда все может закончиться ему на пользу. Она, вытянув руки, показала ему, что фотография была удалена.
– Слушай, - напоследок решил узнать детектив, - а ты не слышала крики?
– Нет, - тут же ответила журналистка.
– Здесь всегда очень тихо.
Бруно задумался.
– Может, есть что-нибудь еще, чем я могу помочь?
– Она огревала его своими голубыми глазами от холода, что становился все сильнее и сильнее.
– Ищешь повод для новой статьи?
И снова эта улыбка. Бруно начинал волноваться.
6
Когда Бруно вернулся назад в дом и уловил пустое на эмоции лицо Томаса, он понял, что у них ничего нет. Однако робота продолжалась: криминалисты наносили на пол мелкозернистый железный порошок, рисуя им с помощью магнитной кисти в поисках следов обуви. Сам же детектив бесшумно обошел занятых коллег и направился в сторону лестницы, что вела наверх. У подъема он наткнулся на деревянный стеллаж, полки которого были забиты реликвиями католицизма. С одной стороны восседали четырехконечной формы кресты с прибитым к ним Иисусом, чьи босые ноги были сложены вместе и соединены гвоздем; по правой стороне выстраивались "Гефсиманское моление", "Дева Мария с Иисусом" и другие иконы, о которых позабыл Бруно. Он представил, как бабушка Дженнифер каждый раз, как проходила здесь рядом, останавливалась на какое-то время и молилась вместе с прыгающей по телу право рукой. "Навряд ли смерть дочери - это то, о чем она просила Господа", - предположил Бруно, ступая наверх.