Крушитель
Шрифт:
— Акира?
— М?
— Это действительно было нужно?
Глупый вопрос.
— Без этого нельзя было обойтись.
— Если тебя сейчас убьют — жаловаться не приходи.
Дальше Рио молчит, его запал прошел. Мы просто идём, а я, в кои-то веки, наслаждаюсь тем, что вижу. Люди, спокойная жизнь, мир. Воздух, не насыщенный радиоактивным пеплом, атмосфера, в которой нет специально выведенных боевых бактерий и вирусов. Цивилизация.
Шесть дней назад всё замерло на краю бездны. Единственное, что удерживало страны — это полное непонимание, в какую сторону воевать. Истерия, которую я сам подтолкнул к полному максимуму, ударив метеоритом по кораблю, спрятанному
Однако «их» уже не было. Кистомеи, «серые», модифицированные эмбрионы в клонирующих городках, — всё это было уже в прошлом. В настоящем была лишь заваренная мной каша, которую требовалось хоть как-то успокоить. Дуть на неё до тех пор, пока не отступит опасность для всей цивилизации. Это было довольно сложно, однако, у меня было очень много помощников.
Каир, Тайвань, ставший совершенно китайским, Канада, которую вынудили признать себя очередным штатом Америки, поглощение Молдавии Румынией, новая волна конфликтов в Африке, революция в Прибалтике. Мы свели невероятно опасную ситуацию к приемлемой, заплатив за это ничтожно малую цену. Разумеется, хаос еще остался, претензии были высказаны, ноты высланы, войска приведены в боевую готовность, а американцы рвали и метали, пытаясь узнать, что случилось с их флотом в Южно-Китайском море, но… это уже регулировалось само. В штатном, хоть и возбужденном режиме. Мир инерционно отвечал на неслучившийся апокалипсис.
Я шёл по Аракаве свободный от обязательств, от врагов и от каких-либо угроз. Так, как должен был ходить всегда… но, когда-то и где-то свернул не туда.
— Если бы Мия знала, что ты жив, то сейчас бы летела сюда сломя голову, чтобы ползать у тебя в ногах и умолять о прощении, — неожиданно говорит Рио.
— С чего бы? — интересуюсь я, только что кивнув двум поздоровавшимися с нами старушкам.
— Сучка не удержалась и решила попировать на твоем еще теплом теле, — хмыкает мой друг, — А я был слишком занят утиранием соплей, чтобы заткнуть ей пасть. В результате первое же интервью с тобой, воскресшим, похоронит её с головой. Она разболтала прессе, что вы были чуть ли не обвенчаны, но… в общем, сам будешь разбираться.
— Глупость нужно наказывать, — отзываюсь я, даже не пытаясь обдумать новость. Ханнодзи не повезло, я пересмотрел свои планы. Никакой публичной активности, никаких игр в царя горы. У нас есть кое-какой капитал, которого вполне хватит для жизни, а мне нужно будет вернуться к своим старым занятиям. Чтобы сделать это — нужно исчезнуть из фокуса общества.
— Стой, — остановившись, говорит мой друг.
— Что? — оборачиваюсь я к нему.
— Дальше сам пойдешь, — злобно ухмыляется Рио, — Думаешь, я не понял, зачем ты вытащил меня сюда, а не заявился прямо домой? Не-ет, дружище, этот бой великий Кирью проиграет в одиночестве. Я видел слишком много аниме, которые заканчиваются именно так!
Гм, меня раскрыли. И предали. Теперь удаляются прогулочным шагом, даже, кажется, посвистывая на ходу.
Почему мне кажется, что это заслужено?
Что же, плана «Б» у меня нет. Придётся идти дальше одному. Это оказывается неожиданно тяжело настолько, что, сделав несколько шагов, я останавливаюсь. Меня одолевают сомнения.
Варианты решения тех затруднений, что образовались на моем жизненном пути, были… разными. Каждый раз, делая выбор, я делал его в пользу скорости, экономии, надежности принятого решения. Каждый раз правильный, особенно с кистомеи. Шаг в будущее, не простое,
Ничтожная цена за будущее, мелкая неприятная необходимость для Шебадда Меритта, но… чрезмерная цена для Акиры Кирью. Жизнь в этом мире из меня сделала воина, поэтому цена, которую легко уплатил маг, теперь давит на каждый мой шаг, приближающий меня к матери и отцу. Я чувствую, что предал их память обо мне.
— «Слабак», — презрительно отзывается внутренний голос, — «Ты начал относиться к своей миссии, как к какому-то тяжкому обязательству, которое нужно поскорее выполнить, чтобы погрузиться в сладкую возню со смертными. Ты жалок, труслив и робок в своем совершенно ненужном самокопании!»
— «Слабак», — спокойно отзываюсь я ему, — «Ты и не пробовал никогда жить. Обретя могущество и цель, ты ограничился ими, спрятался, отделил себя от людей, демонов и богов. Стал Узурпатором Эфира, схватив этот титул, как голодный пес кость, впитал его в себя, стал им. Богам поклоняются, а тебя боялись. Ты жил этим страхом, Шебадд Меритт, ты поставил себя выше всех, чтобы ни в коем случае себя не узнать. Теперь ты смотришь в зеркало — и тебе страшно»
— «Мне? Страшно?»
— «Не я стою на месте. Ты не даешь нам шагнуть»
Если ты увидел противника, то ты узнал о нем многое. Об этом я знал всё, так что достаточно было лишь увидеть его как врага, чтобы победить. Не вина мешала мне идти, а страх того, кто никогда не знал близости. Единственным другом Шебадда Меритта был лишь его слуга, голубокожий и удивительно подлый демон по имени Талтагма, ненавидевший свое имя. Я даже позволил ему его сменить. Он был невероятно горд тем именем, которое выбрал себе. «Дарион Вайз»… в упор не вижу разницы с «Талтагмой».
— «Думай, что хочешь, а я иду домой»
Кроме Каира на мне хватает и других грузов, я все равно шел с ними домой. Человек несет свою ношу, пока может, а я чувствую, что могу. Все было сделано верно, так, как должно. Человечество получит знания и новые пути, грабитель получит жизнь и свою поживу. Мир, который неимоверно далеко отсюда, получит своё будущее. Решения приняты, обратного хода нет. Возможно, я ошибался, возможно действовал поспешно или чрезмерно, возможно, были альтернативы… только думаю, что спасение одного мира для одного человека — более чем достаточно. Брать подработки на еще один — это уже чересчур даже для Шебадда Меритта, Узурпатора Эфира. Он будет небрежен.
Я был небрежен.
Они стояли на улице вдвоем, у машины, которую отец то ли выгнал из гаража, то ли собирался в него поставить. О чем-то вяло спорили. Мать, сложив руки под грудью, сутулилась, что-то бурча, а отец увивался вокруг неё, подлизываясь и уговаривая. Это выглядело неожиданно грустно, оба дорогих мне человека выглядели так… как никогда раньше. Как будто бы на их плечах тоже повисла тяжкая ноша.
Наверное, хорошо, что я вырос таким гигантом. В черном костюме, пусть и трудом найденном в магазине, что подвернулся мне, пока я утрясал дела, связанные с инопланетным наследием, которому требовался новый хозяин, я бросался в глаза на внушительном расстоянии. А зрение у Ацуко Кирью всегда было хорошим, она волей неволей подняла взгляд на медленно приближающееся черное пятно…