Крушитель
Шрифт:
— Обещаю, — легко подтвердил я, — У нас в планах запустить глобальный тренд, так что понадобится каждая симпатичная мордашка, говорящая на японском.
— Но за Мией я пойду с тобой, — неожиданно заключила с удивленным видом Мана, — Я… ревную?
— Тогда собираемся, — заключил я, решив не углубляться в самокопание супруги, — Рио, дай адрес.
— Слышишь! — возмутился тот, — Я впервые у друга в гостях! Тебя не было четыре месяца! Где мой сок?! Где телевизор?! Давайте хоть аниме посмотрим, как в старые-добрые! Где твоя благодарность за информацию?!
— Бюджет, выделенный мне под рекрутинг, равен десяти
— Как вы долго собираетесь! — тут же подскочил Коджима-младший, — Идемте быстрее! Я с вами!
Да, мой друг психопат, которого деньги ни грамма не интересуют, как и многое другое, но он наследник Коджима, который совсем недавно начал работать полноценно. Успешность в семейном бизнесе Рио интересует еще как. Всё-таки, о чем мечтают все анимешники после того, как насмотрятся аниме? О голых ляжках пляшущих на сцене айдолов. Коджима хочет быть повелителем этих ляжек, Мана.
— Вот что ты вечно наговариваешь на мои невинные хобби? — бурчал Рио, вцепившийся в поручень вагона электрички, — Создаешь у Маны превратное мнение. Ревнуешь, что ли?
— Забочусь о моральном здоровье нации, — объяснял я под едва заметное со стороны хихиканье жены, — Ты представляешь себе, сколько подростков и молодых людей отказываются от личных отношений в реальной жизни, заменяя их дешевыми аналогами поклонения двухмерным персонажам и айдолам?
— Конечно, представляю, — нагло скалился блондин мне в ответ, — Ты же говоришь про наших основных клиентов! Покупка мерча, диски, постеры! Задроты, друг мой, это наша целевая аудитория! Думаешь, почему наши девки стараются, чтобы об их свиданках с «надевшими черное»… ну или с простыми парнями, никто не знал? Потому что они — для всей своей публики, у них нет личной жизни и зуда в трусах! Они всех себя отдают фанатам! Сладкая сказка для вечных девственников.
— Вы — людоеды.
— Почему «вы»? Мы, друг мой. Во-первых, мы существуем, что уже вводит слабых и уродливых в томление и ревность, а во-вторых — мы используем сложившееся отношение в наших целях. Все, даже Мана.
— Мне всегда говорили, что я слишком большая и… выпуклая для японки, — тихо призналась отрастившая себе коротенькое каре девушка, — Что это почти… уродливо.
— Люди лицемеры, все как один, — ухмылялся Рио, — даже твой дорогой муж. Никто не признает, что ты красивее принятых японских стандартов, хотя любой иностранец из любой точки мира открыто и свободно признает подобное. Наша нация крепка своим единством, но платит за это зашкаливающим уровнем лицемерия.
Вот так, в приятной беседе, показывающей всем троим новые грани зла, мы и достигли конечного пункта нашего путешествия, оказавшись в районе Эдогава. Здесь пришлось поработать и ногами, пока мы не добрались до зоопарка, неподалеку от которого…
— Серьезно? — слегка удивился я, — Они здесь прячутся?
— А ты представляешь себе, что такое — сорванные киносъемки? — хмыкнул сунувший руки в карманы друг, — Это и прямые убытки, и упущенная прибыль. Сама Ханнодзи к этому отношения имеет не так уж и много, но она — до сих пор слон, везущий золото. Беззащитный слон. Некоторые господа, желающие отбить потери, вполне её ищут для «компенсации».
Кто-то ищет, а кто-то
Впрочем, шоу-бизнес всегда был суров.
«Надевшие черное» и их звездные опальные любовницы притаились в хост-клубе среднего пошиба, занимаясь ничем иным, как работой под… прикрытием макияжа. Мускулистых и слегка брутальных молодых людей местный хозяин просто приодел и причесал, тем самым полностью избавив от флера бойцов, а вот девушки, как я сразу определил, войдя в пустой от клиентов зал, макияж на себя нанесли достаточно щедро, чтобы не быть узнанными.
— Добро пожаловать! Что угодно посетителям? — с угодливой улыбкой навстречу выдвинулся встречающий менеджер, прилизанный человек средних лет в смокинге. На меня он смотрел слегка подобострастно, но без особого страха.
— Мы хотим поговорить с одной девушкой, — вывернулся из-за меня Рио, одаряя японца белоснежной улыбкой, — Моё имя Рио Коджима, а вы теперь знаете, кого я имею в виду.
— Она… — спустя почти минуту молчания, выдавил из себя японец, уставившийся на моего друга как тунец на акулу, — Не принимает…
— Покажите ей мою фотографию, тогда примет, — прервал я ритуал запугивания, который кончился бы погромом зала, — Мы подождем здесь. И еще, Менеджер-сан… вы не хотите неприятностей. Попросите своих работников расслабиться и разойтись по своим делам. Иначе пострадают как они, так и всё заведение.
«Сотрудники» начали к нам выдвигаться еще до того, как менеджер произнес свои первые слова приветствия. Вовсе не из желания немедленно начать защищать клуб или девушек, которые как раз попрятались, сколько из совершенно других побуждений. Парней, еле слышащих то, что им говорит напуганный менеджер, интересовало совсем другое.
Я.
Голодный блеск глаз, легкий тремор пальцев, неприкрытая агрессия и жажда боя во взглядах. Они уже давно не дрались. Видимо, лимит схваток друг с другом оказался превышен, и теперь люди находились на грани. Еще немного и они «сломаются».
Плохо. Помочь я им не могу, все шесть человек, сейчас чуть ли не отпихивающих своего благодетеля, тщетно пытающегося с ними говорить, слишком слабы как бойцы.
— Менеджер-сан, вы тратите моё и своё время. Оставьте этих молодых людей и идите к Мие. Я знаю, чего они хотят. Сейчас мы с ними договоримся.
Человек послушался и ушел, бросив на меня умоляющий взгляд. Я же, сделав пару шагов вперед, оказался перед группой из шести молодых мужчин, чуть ли не подростков, уже теряющими над собой контроль.
— Где вы проводите бои?
— Т-там, — судорожно дернул затылком один из них, — И-идём. Идём!
— Ведите.
У клуба оказался весьма внушительный задний двор, которым заведение делилось еще с четырьмя соседями. В данный момент вся эта заасфальтированная роскошь была почти пустой, если не считать пару машин с края, так что вся шестерка, чуть отойдя от нас, тут же жарко заспорила на тему, кто бросает вызов первым.