Крутые парни

Стелла Чарли

– Ты его крышуешь? – спросил Пинто.

Манджино потер пальцами виски.

– Да. Потому-то мне и надо с ним повидаться, – объяснил он.

– Сколько раз я ему уже звонил? Три, верно?

– Да, не меньше трех.

– И всякий раз к телефону подходит его жена и говорит: Витторио спит, она не станет его будить.

– Ну да, как и велел ей отвечать муженек.

– Когда она вышла из дому – минут пятнадцать назад, так?

– Да, не меньше. Но не жди, что он сам подойдет к телефону.

– Значит, опять у нас ничего не получилось.

– А

мне в лом тратить столько времени понапрасну, – бросил Манджино. – И голова что-то побаливает.

– Ну, тогда пошли они все! – Пинто затолкал бумажку с адресом в карман брюк и зашагал к припаркованной неподалеку машине.

Толстуха запихивала в один из контейнеров коробку из-под пиццы. Манджино, которого раздражали ее шлепанцы, скорчил гримасу. Он огляделся по сторонам, убедился, что никто его не видит, и выкинул смятый стаканчик из-под кофе на тротуар. Они с Пинто сели в черный «бьюик-лесабр» и тут же чуть-чуть опустили стекла.

– Тебя подвезти? – спросил Пинто у Манджино. – Где у тебя встреча с клиентом?

– В отеле «Бруклин-Инн». Иногда, если у клиента не хватает денег, он присылает мне одну из своих девок, чтобы возместить долг.

Пинто улыбнулся.

– Неплохая замена, – согласился он. – Красота какая! К хорошему привыкаешь быстро.

– Да, – кивнул Манджино. – Развлекаться с девками куда как приятнее, чем шляться по улицам под дождем.

Увидев, что черная машина трогается с места, детектив Джон Денафриа опустил жалюзи в спальне на втором этаже. Он следил за Пинто и Манджино из квартиры Витторио Тангорры. Денафриа нельзя было назвать здоровяком: и рост, и вес у него были средними. Однако он мог похвастать внушительными мускулами и недавним пуэрториканским загаром. Черные волосы он зачесывал назад и носил короткие усики.

Сидевший здесь же в кресле старик взмахнул рукой.

– Кто они? – спросил он, показывая на окно. Витторио Тангорре недавно исполнилось шестьдесят три года. Он был хрупкого телосложения, с редеющими седыми волосами. Говорил он с еще заметным итальянским акцентом.

Денафриа отвернулся от окна и вытащил из кармана блокнот.

– Громилы, – сказал он. – Особенно тот, что покрупнее. Они часто здесь околачиваются?

– Эти двое сегодня явились впервые, – ответил старик. – Раньше Ларри приходил сам еще с одним типом. В прошлом месяце они побывали у меня два раза. Последний раз были две недели назад.

Денафриа что-то черкнул в блокноте.

– В тот раз Ларри вас избил? – уточнил он, отрываясь от своих записей.

– Отшлепал, как мальчишку, – признался старик. – А потом швырнул на тротуар. Перед моим же домом.

Денафриа оглядел комнату, в которой они сидели. Мебель была в основном старая, но хорошо сохранившаяся. Подушки кресла, в котором сидел Витторио Тангорра, обернуты толстой целлофановой пленкой.

– И они угрожали вашей жене? – спросил Денафриа. – Ларри угрожал ей?

Старик показал на стоящий на тумбочке телефонный аппарат.

– По телефону, – ответил он. –

Раз в неделю. Звонят через каждые два дня.

Денафриа сделал пометку в блокноте.

– Где сейчас ваша жена? В церкви?

– Да, – кивнул старик. – Пошла помолиться.

– А что та женщина, Лусия Гонсалес?

– Я совершил большую ошибку.

– Понимаю. Где ее можно найти?

– Она живет в Джерси. Она кубинка.

Денафриа облизнул губы.

– Вы ведь брали деньги в долг для нее?

Старик потер лоб.

– Я совершил большую ошибку, – повторил он. – Я отдал ей и почти все собственные деньги. – Он досадливо махнул рукой.

– Нужно, чтобы вы поговорили с Ларри по телефону, – сказал Денафриа. – Я подключу к вашему аппарату записывающее устройство, диктофон. Заставьте Ларри поговорить о деле по телефону. Вы меня понимаете?

– У меня нет денег, – сокрушался старик. – Нет, нет…

– А Ларри нанял громилу-тяжеловеса, чтобы вытряхнуть из вас долг, – напомнил Денафриа. – Видели, какой здоровяк ошивался напротив вашего дома? Такой не посмотрит на ваш возраст.

Старик поднял голову:

– Вы его знаете?

– Джимми Качок, – сказал Денафриа.

– Джимми – кто?

– Он из мафии, – пояснил Денафриа. – Сейчас я подключу к вашему телефону диктофон, а вы вызовите Ларри на разговор, ясно?

Старик пожал плечами:

– Конечно. Что мне еще остается делать?

Денафриа нахмурился.

– Верно. Вот именно.

2

Чуть позже Джимми Манджино сидел в кабинете управляющего отелем «Бруклин-Инн» вместе с Юджином Транкаттой. Они смотрели самодельный порнофильм.

Кабинет довольно просторный; вдоль стены громоздились, один за другим, три письменных стола; у противоположной стены были сложены складные стулья. За столами притулился еще и диванчик. Транкатта сидел за последним столом в ряду и курил самокрутку с марихуаной. В проходе, справа от стола, помещалась тумбочка с телевизором. Манджино смотрел фильм, лежа на диване.

Транкатта, высокий, лопоухий, наслаждался зрелищем и постоянно чесал за ушами.

– А она ничего, – похвалил Манджино, глядя, как актриса, невысокая женщина с длинными черными волосами, делает минет юнцу в форменной футболке.

– Ее зовут Дженис Готтлиб, – ответил Транкатта. – Ей тридцать восемь лет. Живет где-то в Саффолке. Точнее, в Холтсвилле. Недалеко от Налоговой службы. Работает в школьной столовой подавальщицей. Днем – типичная мамаша, а по выходным – звезда домашнего порно. Знаешь, Джимми, на такие самодельные порнофильмы огромный спрос.

– Но не настолько огромный, раз ты мне постоянно недоплачиваешь, – заметил Манджино.

Транкатта только отмахнулся.

– Прошу тебя, не надо. Тебе нравится приходить сюда, потому что я бесплатно даю тебе девок. Ты уже два года пользуешься их услугами. Мы с тобой ведем дела уже два года, и у меня сложилось впечатление, что тебе даже нравится, когда я вот так возмещаю недостачу.