Шрифт:
Пролог.
Ян отстал от Светобора, замер, услышав шорохи справа – с той стороны, где был хлев. Сонный перестук копыт, после – еле слышное хлопанье крыльев. «Маленькая птица или большой мотыль», – попытался определить по звуку юный следопыт. Он развернулся всем корпусом к строению и, ступая на всю стопу медленно с перекатом, чтобы не издать лишнего звука, если пнет какой-нибудь камешек, сделал несколько шагов вперед. Звуки, насторожившие его, не повторялись. Ночной воздух, густой и теплый, словно только что снятая сметана, звенел лишь
Светобор ушел, похоже, далеко. Не слышно его шагов. За ним идти или проверить? Чудище кровь сосет у коров и буйволопотамов. На людей не кидалось. Значит, или оно меньше человека, или слабее. Ян в своих рассуждениях не учел, что сам был еще мал и мог представлять угрозу разве что для цыпленка. Мальчик смело шагнул в кромешную темноту хлева.
…– Очнись! Очнись, малец! – лицо Светобора в ярком свете от посоха склонилось над ним, морщины на лице старца прорезались сильнее, будто борозды на древесной коре. Ян открыл глаза и тут же зажмурился, от неожиданности ему показалось, что свет зеленых глазищ ведуна ослеплял ярче посоха.
– Вставай, вставай быстрее! – торопливо стал поднимать его старец, хватая то за руку, то за плечо.
Ян поднялся, шатаясь, почувствовал сильную усталость, тянущую его обратно к земле, нахмурился.
– Как же ты один пошел? Меня бы позвал! – сетовал ведун, осматривая Яна со всех сторон, водя посохом и руками вокруг головы.
– Ты впереди был, далеко. – Объяснил мальчик, постепенно приходя в себя.
– Пойдем отсюда, – скомандовал старец, закончив свои нашептывания и обмахивания над Яном, – хватит на сегодня.
– А как же чудище?!
– Сбежало! Удрать успело, – развел руками Светобор, – Я как тебя потерял, пошел обратной дорогой, только по шорохам и твоему мычанию безвольному определил, где ты. Мне тебя спасти надо было. А нечисть успею поймать.
– Оно летает. – разочарованно шмыгнул носом Ян.
– Может и летает. Не успел увидеть, – пожал плечами старец, – У тебя сил нет, силы оно подсосало. Зря я тебя взял с собой.
– Не зря! – в голове Яна все кружилось, но он старался держаться прямо, – Я тебе помогу!
– Хватит с тебя помощи. Домой пойдешь. – решительно отрезал Светобор и сделал круг в воздухе посохом. Портал засиял радужным тоннелем, – Ныряй!
– Нет. Надо найти нежить! – заупрямился Ян. Светобор помолчал, захлопнул взмахом посоха портал и вокруг снова воцарилась кромешная тьма ночи. Ян заморгал, чтобы глаза быстрее привыкли к темноте.
– С чего ты взял, что это именно нежить? – послышался рядом хриплый голос Светобора.
– Ну не человек же! И не животное. И не добрый дух: добрых люди знают, а этот скрывается.
– Верно. И хорошо скрывается. Так что я его не могу найти, – согласился старец, обходя Яна кругом и рисуя по земле посохом круг, – За границы не выходи! – а сам ушел снова в хлев.
Вдалеке, из леса за овсяным полем, проснулась кукушка. На ее одинокий клич ответил стук дятла. Слабый ветерок
– Действительно, летает. Никаких следов земле. У теленка на шее тонкой струйкой кровь сочится, а сам спит сном дурным. Я рану залечил, а он так и не проснулся. Можно бы на овода подумать, да он так не усыпляет и силы жизненные не крадет.
– Так кто же это? – нахмурился Ян.
Светобор прошел вперед в направлении жилых домов:
– Среди людей прячется, видать. Двоедушника надо искать.
– Как это – двоедушника? – мальчик впервые слышал о таком.
– Редко, очень редко такое случается. Вынашивает женщина ребятенка своего, да где-нибудь с иной силой повстречается: на похоронах упадет или заблудится в лесу по злой забаве лешего. И вот испуг ее, ослабленность духа человеческого притянет в ее нутро вторую душу, только нечеловеческую уже.
– И что тогда? – Ян округлил глаза со страха и ускорил шаг, чтобы идти ближе к старцу, – Как ребенок жить будет дальше?
– Да нормально будет жить. Днем-то он обычный человек. А вот ночью – тут уж как повезет. Бывают смирные сущности, а бывают зловредные. По домам надо пройтись. Время к рассвету бежит, как раз вычислим, кто из деревенских по ночам буйствует.
Деревня Кувшиновка была небольшая – всего десять домов, общий хлев для крупной скотины, да три кукурника. Острый серп полумесяца так и не выглянул из-за туч. Небо медленно стало линять и кучевые облака стали проступать четче. День обещал быть дождливым.
На стук в двери люди отвечали не сразу, открывали с опаской, запускали в дом с недоверием. Светобор – высокий седой старец с прямой широкой спиной, с заплетенной в косу бородой, в красных кожаных сапогах с серой опушкой и чудным деревянным посохом – шепотом объяснялся с хозяевами, и те шли поочередно будить всю семью, включая и стариков, и малышню. Последние просыпались неохотно, канючили, хватались за мамкины юбки. Но просыпались все. Садились в ряд и ждали. А ведун медленно обходил избу по углам, осматривал всех жильцов и молча шел на следующий двор. За ним словно хвостик увивался мальчишка лет десяти с небольшим, в светло-зеленой рубашке, шитой по фасоны среднекрылых, с маленькими (не больше кулушиных) белыми крыльями за спиной.
В восьмом по счету доме нашли, что искали: все семейные проснулись, кроме старшего сына. Четырнадцатилетний долговязый веснушчатый мальчуган спал на лавке у окна беспробудным сном, раскинув руки в стороны так, что одна до пола свисала. Рот был полуоткрыт, издавал еле слышный свист, голова паренька была запрокинута лицом строго наверх.
– Всегда так спит. Не добудишься с утра, позже всех встает, а вечером раньше всех засыпает. Но работящий он, послушный, – прошептала мать Светобору, заметив особый интерес к сыну.