Крылья химеры
Шрифт:
Я пораженно застыла. Это я-то не умею слушать?
– Как я уже сказал, - спокойно продолжил адепт, - как ученик одного из членов Совета, я имею право присутствовать на совещаниях в качестве секретаря. Сегодня утром по всем небесам разлетелась новость о том, что пропал один из лучших хранителей.
– Аристарх!
– выпалила я.
Мирослав мрачно кивнул.
– Он самый. Спустя какое-то время прилетел Варлаам с просьбой собрать Совет Мудрых. Он утверждал, ссылаясь на свою книгу, что Аристарх жив, но Седьмое Небо, несмотря на это,
– Я в курсе пророчества, - снова встряла я.
– Вообще-то он не имел права, - вскинул брови Мирослав.
– Он должен был отдать тебе назначение, и все.
– Я имела ввиду, что Варлаам рассказал о связи моей подопечной с каким-то пророчеством, но что именно это за пророчество он не объяснил, - поспешно добавила я.
– Кстати, может, ты расскажешь?
Мирослав развел руками.
– Я не видел сам текст. Знаю лишь, что Совет Мудрых сутками пытается его расшифровать. Они и на совещание собрались с большой неохотой.
– А я вообще ничего не понимаю, может, объясните?
– жалобно протянул Глеб.
– Какое пророчество? Вы вообще о чем?
Ни Мирослав, ни я не обратили на юношу ни малейшего внимания.
– И чему тогда посвящен твой спич?
– Я же не знал, что Варлаам почти все тебе рассказал, - раздраженно бросил Мирослав.
– Всего лишь хотел предупредить, чтобы вы оба были осторожнее с девчонкой. Вокруг нее сгущается зло. Я говорю об этом при тебе, Глеб, потому что ты мой друг и имеешь отношение к семье девушки. Но информация, как вы понимаете, не должна покинуть этих стен.
Мы послушно закивали. Как-то очень много секретов я узнала всего за один день. Главное не забыть, кому и что пообещала не рассказывать.
Я резко поднялась. Мне просто необходимо было побыть одной.
– Где у вас тут ближайший сад? От всех этих разговоров у меня разыгрался зверский аппетит.
– Около южной стены растут несколько апельсиновых деревьев. Выйдешь из комнаты и двигайся прямо по коридору, никуда не сворачивая, - пояснил Мирослав.
Я почти выбежала из его кельи и, следуя указаниям, отправилась по коридору. Мысли в голове крутились отнюдь не веселые.
«Зачем я потащилась сюда?» - в который раз за последние полчаса подумалось мне. Надо было пересидеть неделю отстранения в своей ивовой роще, в компании интересной книги.
Коридор вывел меня в галерею, наполненную светом, который струился из больших готических окон. Я остановилась около одного из них. Почему Варлаам рассказал мне о пророчестве? Хотел о чем-то предупредить? Но о чем? Почему пришло назначение к подопечному еще живого хранителя? Почему Варлаам был против моей кандидатуры? Ответов явно было меньше, чем вопросов.
Шедший мне навстречу совсем юный адепт приветливо улыбнулся. Я улыбнулась в ответ. Внезапно глаза юноши закатились, и он привалился к стене.
– Эй, тебе
– я подскочила к нему и тронула за плечо. Парнишка оказался очень костлявым. Бедняга, он что, питается одними книжными знаниями?
Юноша неожиданно выпрямился, схватил меня за руку и открыл глаза. Зрачки отсутствовали, а сами глаза приобрели цвет молока. Я взвизгнула и лихорадочно заозиралась. Как назло, только что забитый ангелами коридор оказался пуст.
– Твое место не здесь, - забормотал парнишка.
– Конечно, не здесь. Я хранитель с Первого Неба и отправлюсь туда прямо сейчас, вот только отцеплю твои руки от своих. И вообще это неприлично, вот так хватать незнакомых хранительниц. Я все понимаю, скучно, наверное, пялиться сутками в книги, но и распускать руки тоже никуда не годится, - пыхтела я, по одному пытаясь отогнуть пальцы психа. Удавалось плохо. Он вцепился в меня, словно клещ, и продолжал бубнить какую-то чушь.
– Ты не свет и не тьма, но все ответы найдешь во тьме.
– Какие еще ответы? У меня и вопросов-то никаких нет! Хотя, если подумать, один все-таки есть: почему у меня крылья не такие, как у других хранителей?
– Страшная судьба, испытания, но финал будет зависеть от твоего выбора, - продолжал бормотать адепт. Видимо, отвечать на вопросы он не собирался.
– Так, ну все! Хватит! Ты нашел странный способ познакомиться!
– Я оттолкнула паренька со всей силы, нас мотнуло к стене, и юноша приложился головой прямехонько к каменной кладке. Его взгляд стал осмысленным и, хвала небу, радужки вернулись на место. Паренек поспешно спрятал руки за спину и, сильно покраснев, смущенно пробормотал:
– Это опять произошло, да?
– Если ты про распускание рук, то да, произошло. Советую почитать книги по самоконтролю. Наверняка такие есть в вашей библиотеке, - проворчала я.
– Я пророк, но пока не научился управлять своими видениями, - пояснил юноша, потирая ушибленную голову.
– Они настигают меня спонтанно. Я сильно напугал тебя?
– Самую малость, - покривила я душой.
– А что я говорил? Ты запомнила?
– жадно спросил он.
– Обычно мои видения сбываются, я стараюсь их записывать.
– Я мало что запомнила, пытаясь вырваться. Хоть ты и тощий, но ужасно цепкий. Наверное, синяки останутся.
Парнишка снова покраснел.
– Прости.
Мне стало его жаль.
– Ты говорил о чем-то хорошем. Что меня ждет дальняя дорога, которая принесет мне много радости, - выпалила я, одновременно подумав, будет ли ложь ради поддержки считаться чем-то вроде благотворительности и не аукнется ли мне это благодеяние выпавшими перьями.
Парнишка заулыбался.
– Это же замечательно. Значит, ты не зря оказалась здесь именно в эту минуту. Теперь ты знаешь, что впереди тебя ожидает радость, - захлебывающимся от восторга голосом выдал он.
– Приятно было познакомиться, а мне пора. После видений мне нужен отдых, они отнимают много сил.