Крылья
Шрифт:
– Так и быть, Джон, – сказала она. – Я дам интервью.
– Замечательно, – отозвался Мардер, улыбаясь и потирая руки. – Я знал, что ты пойдешь навстречу. «Ньюслайн» назначила съемку на завтра, на четыре часа дня. Я хочу, чтобы ты переговорила с консультантом по связям с общественностью, с человеком, которого мы пригласили со стороны, и…
– Джон, – сказала Кейси. – Я сама решу, как мне действовать.
– Но это очень умная женщина, и…
– Извини, Джон, – ответила Кейси. – У меня нет времени.
– Она может оказаться полезной,
– У меня много дел, – отрезала Кейси и вышла из кабинета.
Кейси не давала обещания повторять то, что велел говорить Мардер; она лишь обещала дать интервью. У нее оставалось менее суток, чтобы добиться решительного прогресса в расследовании. Она была не настолько наивна, чтобы надеяться в столь короткий срок докопаться до причин аварии. Она лишь рассчитывала отыскать какую-нибудь зацепку, о которой можно поведать журналистам.
У нее оставалось слишком много непроверенных версий и разрозненных улик. Возможная неисправность фиксатора. Неполадки в системе датчиков приближения. Она по-прежнему ждала результатов опроса второго пилота, лежавшего в ванкуверской клинике. Пленка с кадрами инцидента, которую она оставила в центре обработки видеоизображений. Запись переговоров в пилотской кабине, которую переводила Эллен Фонг. Факт выпуска предкрылков, которые тут же были втянуты обратно – что бы это значило?
Ей предстояло выяснить еще очень многое.
– Я знаю, что тебе очень нужны эти данные, – сказал Роб Вонг, разворачиваясь вместе с креслом. – Поверь, я отлично тебя понимаю. – Он сидел в дисплейной комнате перед экранами, заполненными всевозможными символами. – Но что я могу поделать?
– Роб, – заговорила Кейси. – Предкрылки действительно были выпущены. Я обязана выяснить, почему так случилось и что еще происходило на борту. Это невозможно выяснить без данных РПД.
– Коли так, – отозвался Роб, – тебе придется посмотреть в лицо фактам. Мы восстанавливаем сто двадцать часов записи. Первые девяносто семь безупречны. На последних двадцати трех сбита синхронизация.
– Меня интересуют только три последних часа записи.
– Понимаю, – сказал Вонг. – Но для восстановления этих трех часов мы должны отыскать момент, когда в шине данных возникли сбои, и только потом двигаться вперед. Мы вынуждены обработать все двадцать три часа. На восстановление каждого блока уходит две минуты.
– Что ты хочешь сказать? – Кейси нахмурилась, подсчитывая в уме.
– Две минуты на каждый блок – это шестьдесят пять недель работы.
– Но ведь это больше года!
– При условии, что мы будем трудиться двадцать четыре часа в сутки. На самом же деле полное восстановление записи регистратора займет три года.
– Роб, она нужна мне немедленно!
– Это невозможно, Кейси. Придется тебе обойтись без записи полетных данных. Мне очень жаль, Кейси. Так уж получилось.
Кейси
– Эллен Фонг на месте?
– Она сегодня не приехала. Работала на дому.
– У вас есть ее телефон?
– Разумеется. Но вы не застанете ее дома. Они с мужем отправились на прием, организованный каким-то благотворительным обществом.
– Передайте ей, что я звонила, – попросила Кейси.
Она позвонила в глендейлский Центр обработки видеоинформации – там анализировали ее видеокассету. Она спросила Скотта Хармона.
– Скотта не будет до конца дня. Он приедет на работу завтра утром.
Она позвонила Стиву Ниенто, сервисному представителю в Ванкувере. Ответила секретарша:
– Стиву пришлось уехать пораньше. Но, насколько мне известно, он сам собирался звонить вам. Сказал, что у него плохие новости.
Кейси вздохнула. Она уже отчаялась услышать что-нибудь хорошее.
– Вы можете связаться с ним?
– Только завтра.
– Передайте ему, что я звонила.
Запищал сотовый телефон.
– Господи, этому Бенсону стоило бы поучиться любезности, – сказал Ричман. – Какая муха его укусила? Я испугался, что он меня поколотит.
– Где ты находишься?
– В конторе. Хотите, приеду к вам?
– Не надо, – ответила Кейси. – Уже седьмой час. На сегодня твоя работа закончена.
– Но…
– Увидимся завтра, Боб.
Она дала отбой.
Покидая ангар номер 5, Кейси увидела бригаду электриков, которые готовили Пятьсот сорок пятый к циклическим испытаниям электрооборудования, что должны были длиться всю ночь до утра. Самолет был приподнят на три метра и покоился на массивных голубых конструкциях, подпиравших его крылья, а также носовой и кормовой отсеки фюзеляжа. Под брюхом машины приблизительно в шести метрах от пола была натянута страховочная сеть. Все люки салона и дверцы люков обслуживания были распахнуты; рабочие, стоявшие на сети, подключали кабели, соединявшие контактные коробки лайнера с главным блоком циклического тестирования – шестифутовым кубом, установленным в центре ангара чуть в стороне от самолета.
Циклический тест электрооборудования, или ЦТЭ, заключался в следующем. Испытательная аппаратура посылала короткие импульсы в каждый уголок электросети самолета, проверяя один за другим каждый компонент – верхнее освещение салона и ночники, лампочки индикаторов на панели управления и систему зажигания двигателей, механизмы выпуска шасси. Каждый цикл занимал два часа. За ночь предстояло сделать десяток-другой циклов.
Проходя мимо главного блока, Кейси увидела Тедди Роули. Он приветствовал Кейси взмахом руки, но не подошел к ней. Тедди был занят; судя по всему, он пронюхал о том, что через три дня состоятся летные испытания, и хотел убедиться, что циклический тест проведен должным образом.