Крылья

Стил Даниэла

Через несколько минут Ник отошел поболтать с другими летчиками.

Еще полчаса спустя объявили, что Крис получил первый приз за рекордную высоту. Отец был вне себя от гордости и тут же отправился на поиски сына. Уна с девочками пошли за напитками. Бобби остался с Кэсси смотреть выступления других летчиков. Они наблюдали за тем, как маленькие красные, голубые и серебристые самолеты проделывают в воздухе замысловатые трюки — «ленивый штопор», «бешеные восьмерки», «двойные восьмерки» и другие фигуры. Некоторые из них Кэсси видела впервые

и даже никогда не слышала, что можно делать подобное. От волнения у нее дыхание перехватывало. В какой-то момент все в ужасе вскрикнули и затаили дыхание — катастрофа казалась неминуемой. Но в последний момент все обошлось. Кэсси к такому уже привыкла, и все равно каждый раз это необыкновенно волновало.

— О чем ты сейчас думала?

Бобби, оказывается, внимательно наблюдал за ней. В тот момент когда один из самолетов выполнял «наружную петлю», на лице девушки появилось выражение восторга, оно словно осветилось изнутри. Кэсси знала этот трюк.

Его изобрел Джимми Дуллитл еще десять лет назад, и каждый раз этот трюк поражал ее воображение. Летчик завершил выступление эффектным низким обратным пассом в стороне от толпы, так чтобы никого случайно не задеть. Бобби в это время зачарованно наблюдал за Кэсси.

Девушка обернулась к нему с печальной улыбкой.

— Я думала о том, как бы мне хотелось быть там, наверху, и проделывать все эти трюки, — честно ответила она. — Господи, как это здорово!

Да, единственное, чего ей хотелось, — это быть среди них.

— А меня бы там обязательно затошнило, — так же откровенно признался Бобби.

Кэсси улыбнулась:

— Наверное. Даже меня укачивало несколько раз. Это происходит из-за отрицательной гравитации, при потере скорости, перед тем, как снова набираешь высоту. Ощущение такое, как будто желудок сейчас вылетит изо рта. Но ничего, обошлось…

— Не понимаю, как тебе это может нравиться, Кэсс. Меня все это только пугает до чертиков.

— Наверное, у меня это в крови.

Бобби кивнул. Видимо, так и есть. Он все больше тревожился за подругу, но одновременно смотрел на нее с восхищением. В Кэсси день ото дня все больше проявлялась женщина.

Сам он, красивый, светловолосый, выглядел трогательно молодым.

— Как печально то, что произошло с Амелией Эрхарт!

Кэсси кивнула:

— Да, очень. Ник говорит, что все пилоты заранее к такому готовы. Это может произойти с любым. — Она взглянула вверх, в небо. — С ними тоже. Наверное, они считают, что дело того стоит.

— Ничто не стоит того, чтобы рисковать жизнью. За исключением тех случаев, когда это необходимо. На войне, например, или для спасения человека, которого любишь.

Кэсси смотрела на Бобби с печальной улыбкой.

— Вот в этом-то вся проблема. Большинство пилотов готовы рисковать жизнью за одну только возможность подниматься в воздух. Но их никто не понимает.

— Может быть, именно поэтому женщинам и не следует летать, Кэсс.

Она вздохнула:

— Сейчас

ты говоришь, как мой отец.

— Может быть, тебе стоит к нему прислушаться.

Ей захотелось крикнуть «не могу», но она понимала, что Бобби этого говорить нельзя. Только Нику. Он один из всех знает о ней всю правду и полностью ее принимает. Никто из остальных, кто ее окружает, не знает, что она собой представляет на самом деле. И меньше всех ее знает Бобби.

Кэсси увидела Криса, приближавшегося к ним, и побежала навстречу брату. Его лицо светилось торжеством, он с гордостью нес в руке медаль. Отец рядом с ним словно не шел, а летел на крыльях.

— Первая медаль уже в семнадцать лет! — повторял он снова и снова каждому, кто останавливался послушать. — Наш парень!

Пэт раздавал направо и налево банки с пивом, хлопал всех по спине и плечам, не зная, как еще выразить свою радость.

Крис купался в любви и одобрении отца. Кэсси наблюдала за ними, пораженная тем, как страстно хочется отцу, чтобы Крис достиг успехов в воздухе. И в то же время дочь он категорически не хотел допускать к полетам, хотя она летает в десять раз лучше, чем Крис. Пэт ни за что на свете этого не признает.

Более того, даже мысль об этом не придет ему в голову.

Подошел Ник пожать руку Крису, а потом увел его к другим летчикам.

Этого дня Пэт О'Мэлли ждал пятьдесят один год. Ему успех сына представлялся только началом. Он не понимал, что это предел возможностей Криса. Он ожидал большего. Он уже говорил о том, что будет на следующий год. Кэсси могла лишь посочувствовать брату. Она знала, как тот дорожит мнением отца. Чтобы угодить Пэту, Крис пойдет на многое, не важно, чего это будет ему стоить.

Все большое семейство О'Мэлли в этот день пребывало в приподнятом настроении. С праздника они уехали едва ли не последними. Бобби отправился на обед вместе с ними. Ник уже успел отпраздновать событие со своими друзьями-летчиками и к этому времени изрядно захмелел. Он знал, что может себе это позволить, — Крис сам доставит «белланку» в аэропорт О'Мэлли, а его довезут домой на грузовике Пэта.

Уна еще с утра зажарила цыплят. Кроме того, к столу подали кукурузу в початках, салат, печеный картофель, ветчину, пирог с черникой и мороженое. Устроили настоящий праздник. Пэт сам налил Крису полный стакан ирландского виски.

— Выпей, сын. Ты второй ас в нашей семье.

Крис с трудом справился с такой большой порцией виски.

Кэсси с грустью наблюдала за братом. Ее оставили в стороне, хотя это она должна была летать сегодня. Она могла бы удостоиться отцовской похвалы. Неужели это так никогда и не произойдет?.. Неужели все, что ей предстоит, — это повторить судьбу сестер? Очередной ребенок каждый год.., и единственное место в жизни — кухня… Нет, такой удел просто ужасен.

Она любит и мать, и сестер, но лучше умереть, чем прожить такую жизнь, как они.