Крылья

Стил Даниэла

Пэт смотрел на друга печальными глазами. Он только что потерял сына… Однако за последние годы он многому научился, и кое-чему — от Кэсси.

— Меня это тоже не радует. Но она достаточно взрослый человек, чтобы решать за себя. Ник, плохо ли, хорошо ли. Я не имею права ей запрещать.

— Да что это с тобой стало!

— Я постарел. И кажется, поумнел. Думаю, тебе стоит прислушаться к моим словам. То ты говоришь ей, что она должна жить независимо от тебя, что ты не можешь на ней жениться, потому что слишком стар или еще не знаю почему, то начинаешь указывать, что ей делать. Даже если вы и поженитесь

в конце концов, она ведь может не позволить тебе решать за нее. Это совсем новое поколение женщин. Даже я это понял наконец. Какое счастье, что я в свое время женился именно на Уне, а не на одной из таких… С ними нелегко, с этими современными девицами.

— Я тебе не верю. Не может быть, чтобы ты на самом деле так думал. Она тебя уговорила. Она тебя подкупила.

— Нет. Она еще даже не сказала мне, какое приняла решение. В любом случае это будет ее решение, Ник. Не твое и не мое. Я не собираюсь ни удерживать, ни останавливать ее. И тебе не советую.

— А если она погибнет?

— Я никогда себе не прощу. И все-таки я должен позволить ей поступить так, как она захочет. — На глазах его выступили слезы. Кэсси подошла к отцу и поцеловала его. Ник не отрываясь смотрел на нее.

— И что же ты решила? Полетишь?

Оба затаили дыхание. Кэсси кивнула. Ник, казалось, был готов разрыдаться.

— Да. Но я еще не сказала Десмонду.

— Тогда понятно, почему он вчера звонил! — Ник даже застонал от бессильной ярости. Неужели она действительно собирается это сделать?! Он сам учил ее летать. Он знал, что она способна на многое. Но не на такое. Не сейчас.., а может быть, и никогда.

— Десмонд просто поинтересовался, как я себя чувствую… как папа.

— Ах как трогательно с его стороны! — Внезапно ему пришла в голову новая мысль:

— Значит, это пойдет у него следующим номером, так?

— Что именно?

И Кэсси, и Пэт вопросительно смотрели на него. Ник больше не мог сдерживаться:

— Новая шумиха. Новая реклама. В прошлом году он ведь не случайно повел тебя в ресторан и пригласил танцевать: хотел, чтобы вас сфотографировали вместе. Это подогрело интерес публики. Теперь ему надо идти дальше, намного дальше, чтобы этот интерес не угасал. Спорим, он предложит тебе выйти за него замуж.

Ник себя не помнил от гнева. Кэсси смотрела на него с негодованием, а ее отец — с изумлением. Он никогда еще не видел старого друга в таком состоянии.

Приступ бешеной ревности, вот что это такое, догадался Пэт. Его это немало позабавило.

— Что за чушь! — выговорила наконец Кэсси.

Пэт попытался образумить друга:

— Если ты заявляешь, что ни за что не женишься на ней, потом уезжаешь и не пишешь ей ни строчки, чего ты ждешь от девушки? Может, ей уйти в монастырь и остаться девственницей на всю жизнь? Она имеет право распоряжаться своей жизнью. Ник. Если не с тобой, значит, с кем-нибудь другим. А этот Десмонд Уильямс, на мой взгляд, вполне приличный человек, какими бы мотивами он ни руководствовался, затевая кругосветный перелет. Ну и что из того, что он делает себе рекламу? Он же торгует самолетами. Ему приходится любыми способами привлекать к ним внимание публики. И если хорошенькая девушка, которая к тому же оказалась отличным пилотом, этому способствует, что ж, тем лучше И если ты не намерен на ней

жениться, а он захочет, что я могу сказать? И что ты можешь сказать?

Кэсси с трудом сдержала улыбку. Никогда в жизни она не слышала, чтобы отец говорил подобные вещи. И он прав! Ник, однако, не мог заставить себя признать это.

— Он ее не любит, Пэт… А я ее люблю.

— Так женись на ней.

Пэт встал и вышел из кабинета, оставив их наедине. Он знал, что им это очень нужно. Однако час спустя они все еще спорили, так и не придя к согласию. Ник обвинял Кэсси то в наивности, то в том, что она намеренно завлекает Десмонда.

Девушка, в свою очередь, упрекала его в инфантильности. К концу дня оба изнемогли от бесконечных споров и взаимных упреков. На следующее утро Нику предстояло лететь в Нью-Йорк. Они проговорили почти всю ночь, но так ни до чего и не договорились. Ник продолжал напоминать ей о своем возрасте, снова и снова повторяя, что ни за что не женится на такой молоденькой девушке, что не хочет портить ей жизнь.

— Ну так оставь меня в покое! — выкрикнула в отчаянии Кэсси и ушла спать.

Утром они все еще сердились друг на друга.

— Я запрещаю тебе этот кругосветный перелет! — крикнул Ник, перед тем как сесть в самолет.

Кэсси умоляла его быть благоразумным и не ставить ультиматумов.

— Давай забудем об этом на время. Это же будет только через год. А ты все равно улетаешь в Англию.

— Не важно, куда я улетаю. Хоть на Луну. Я запрещаю тебе подписывать этот контракт!

— Прекрати, Ник. Ты не имеешь на это никакого права.

— Не прекращу, пока ты не откажешься, черт побери!

— Ну так вот, я не откажусь. Я подпишу контракт! — Она почти кричала. Рыжие волосы развевались на ветру.

Ник схватил ее, притянул к себе:

— Не подпишешь!

Он яростно поцеловал ее в губы, а она так же яростно пыталась вырваться.

— Подпишу!

— Заткнись!

— Я люблю тебя.

— Тогда не делай этого.

— О Господи!

Он снова поцеловал ее. Но спор их так ничем и не разрешился. Ник поднялся в воздух. Кэсси, плача, стояла на взлетной полосе. Однако через пять минут она как буря ворвалась в кабинет отца:

— Он сведет меня с ума!

— Боюсь, что рано или поздно вы подеретесь и убьете друг друга. Удивляюсь, как этого до сих пор не случилось. Оба упрямые как ослы. Жаль, если вы все-таки не поженитесь. Вы друг друга стоите. Один из вас обязательно доведет другого до умопомрачения. — Пэт немного помолчал, серьезно глядя на дочь. — Как ты думаешь. Ник прав насчет Уильямса? Может быть, этот парень действительно собирается предложить тебе выйти за него замуж ради рекламы кругосветного перелета?

— Нет, не думаю. Этот человек больше всего боится связать себя с кем-нибудь. У него уже было два неудачных брака.

Я думаю, если он когда-нибудь и женится снова, то лишь по любви.

— Надеюсь, что ты права. Скажи, Кэсс, он оказывает тебе какие-нибудь особые знаки внимания? Кроме того, что прилетел на похороны Криса. Это ведь тоже было очень любезно с его стороны…

— Да нет. Мы только друзья. Ник сам не знает, что говорит.

— Когда-нибудь он и меня доконает. Я помню, как мы с ним ссорились в молодости. Самый упрямый сукин сын, какого я когда-либо знал.