Крылья
Шрифт:
Звонок в дверь. Он успел сосчитать только до трех, пока дверь не открылась. Значит, она его очень сильно ждала, буквально сторожила под дверью… Как же приятно! Его сердце подпрыгнуло от радости, но тут же замерло, на мгновение перестав биться.
Одного лишь взгляда на нее хватило, чтобы понять – сегодня плохой день. Его Ангел несчастна. И он очень ей нужен, потому она так и ждала его, долго и отчаянно… По ее испуганным, затравленным глазам все сразу было ясно.
– Родная моя, что случилось? – встревожено спросил он, едва успев перешагнуть порог
– Да нет, нет, ничего, мелочи…. Ты проходи, - отозвалась она, нервно теребя пальцами выбившуюся из хвостика прядь волос.
Он насторожился. Когда она вот так пыталась вести себя непринужденно и спокойно, хотя во всем облике сквозило что-то темное, мрачное, тревожное, он всегда сразу видел контраст, резкое несоответствие между тем, как она выглядела и как пыталась выглядеть. Вот и сейчас он сразу заметил, что все было далеко не в порядке, что это были далеко не мелочи, а что-то крайне серьезное. Молча, он разулся и сходил помыть руки. Когда он вышел из ванной, она уже заваривала чай на кухне.
Медведь сел за стол.
– Ну, рассказывай.
– Да тут особенно и не о чем рассказывать… - Однако на нее было больно смотреть. Такой потерянной он ее давно не видел.
– И все же?
– Ну, я утром проснулась… часов в девять. Рано для меня, правда? Сама не ожидала, а день в итоге был такой длинный, что я даже не знала, куда девать время…
– Так, давай ближе к делу. Что именно тебя беспокоит?
Она нахмурилась и слегка надула щеки, думая, как сформулировать свою мысль. Конечно, она весь день репетировала эту речь, прикидывала, как именно описать ему свои ощущения, но теперь все слова растерялись. В итоге она просто подошла к нему, повернулась спиной и отдернула воротник футболки.
– Вот.
– Что – вот?
– Ну ты разве не видишь? Красное пятно на спине?
– Подойди поближе, - Медведь притянул ее к себе за талию. – Нет, так не вижу.
– Ну тогда встань! – она явно нервничала. На нее довольно часто накатывало такое состояние, и потому он уже знал, как себя вести, чтобы не спровоцировать бурю – необходимо потакать и во всем слушаться.
Он встал, но все равно ничего не видел.
– Ну что же ты, слепой??? Точно тебе говорю, оно там!
Так, она начала сбиваться на истерику… Плохо дело, надо было быстро что-то сказать, чтобы она успокоилась. Он начал нежно массировать ей плечи.
– Солнышко, ну значит, что бы там ни было, оно уже прошло. Не о чем волноваться, - утешал он, все глубже разминая ее мышцы.
– Да ты ведь просто невнимательно… Ой! Вот, вот именно там! – Она резко изогнулась, слово ее в спину кто-то ударил ножом.
Так, значит, он просто не там искал. Гораздо ниже, чем можно разглядеть, всего-навсего оттянув воротник в сторону.
– Снимай футболку.
– Ох, ты невозможен! Я к тебе с серьезной проблемой обращаюсь, а ты ведешь себя, как…
– Как врач. Давай, это обычный осмотр.
Стаскивая футболку, она что-то бормотала себе под нос. Ткань и волосы слишком сильно
– Ну, что там? – потребовала она ответа, не успев еще и вынуть руки из рукавов полуснятой футболки. Голову же она повернула к нему, словно пытаясь вместе с ним изучить свою спину.
– Встань ровно, не вертись. Мне нужно внимательно посмотреть.
– Пффф, как же ты долго…
– Слушай, я правда вижу «красное пятно». Но если ты хочешь, чтобы я еще и сказал тебе, чтоэто, то прошу тебя, дай мне поработать.
На белоснежной спине Ангела была припухлость. Пока он не мог точно определить причину…
– Давно это у тебя?
– Болеть только сегодня начало, когда пошла в душ… А так не знаю, я же не видела.
– Ну думаю, я бы заметил, если что… Я ведь твою обнаженную спину вижу чаще тебя, наверное...
– Хах, ты попытался сострить. Опять эти твои намеки!
– Нет, я серьезно. Думаю, я бы увидел. Так что появилось это совсем недавно.
– Ты главное скажи – это может быть рак?
– Что?? Да кто тебе такое в голову вбил, родная? Так ты поэтому такая, да? Глупости, Ангел мой, глупости, поверь мне, - он развернул ее к себе лицом и крепко сжал ее плечи, заставляя смотреть прямо ему в глаза. – Поверь мне, тут ничего такого нет. И вид не тот, и слишком быстро появилось… Тут что-то другое, и наверняка, совсем незначительное. Вообще похоже просто на воспаление… - Он снова развернул ее спиной к себе. – Думаю, ночью кто-то укусил. Ты же знаешь, какие у нас теперь стали ядовитые комары.
– Да, но оно же не чешется. Оно болит.
– Тогда может, нарыв. Не бойся, через пару дней я тебе точно скажу, что это, а пока подождем и посмотрим, как оно себя проявит. Но я уверен, что ничего страшного тут нет. Через эти пару дней все, скорее всего, уже и само собой пройдет.
– Ну ладно… Раз ты так считаешь, то все нормально. – Она казалась успокоившейся, когда натягивала футболку обратно, но глаза все равно были какими-то грустными. – Будешь ужинать?
– Конечно.
3
Она снова не могла уснуть. Стоило лишь сомкнуть глаза, как перед ней представала темнота, черная пропасть хотела проглотить ее без остатка, а она все падала и падала прямо в пасть этому чудовищу, и ничто не могло остановить или хотя бы просто замедлить ее полет. Хотя какой там полет… Полет – это когда ты поднимаешься, паришь, имеешь крылья, можешь ими взмахнуть… Но у нее здесь не было крыльев, и она лишь падала и падала, а скорость все росла и росла… И раз за разом она открывала глаза, потому что не хотела видеть, что ждет ее на дне пропасти, не хотела чувствовать удара о жесткое, усыпанное острыми камнями дно, не хотела знать, откуда она падает и кто ее столкнул…