Крылья
Шрифт:
Увидев, кто мне звонит, принимаю вызов, ожидая услышать претензии в свой адрес как разлучницы,или же, наоборот, просьбу о помощи, чтобы вразумить этого упертого осла, который не видит сейчас перед сoбой ничего, кроме президентского кресла. Но я впадаю в полнейший шок, когда Луиза начинает меня уговаривать согласиться на предложение Рикардо и не подводить его в такой ответственный момент. Воистину: нет никого глупее влюбленной женщины!
Обрываю звонок, не дослушав и не попрощавшись. Обложили со всех сторон. Осталось
Сижу, барабаню пальцами по столешнице и раздумываю, как же мне выпутываться из этого дерьма, когда на рабочий компьютер приходит видеозвонок. Вот же настырный!
Понимая, что бегать бесполезно, принимаю вызов.
Рикардо выглядит, как всегда, безупречно. Пoдумать только, а на днях его, должно быть, впервые в жизни душил галстук. «Что, – думаю мстительно, – тяжеловато было делать мне предложение?».
– Здравствуй, Миранда! – торжественно произносит будущий (как я надеюсь, а то он сведет нас всех с ума) президент Лондора.
– Как видишь, я в добром здравии. Спасибо, что поинтересовалась.
Да уж, тот вечер выдался веселый: после того, как я ненароком опрокинула чашку горячегo кофе прямиком на гениталии Рикардо, пришлось вызывать его личного врача, а потом ждать, пока тот окажет первую помощь своему вредному пациенту, не перестающему попеременно то громко страдать,то проклинать мою криворукость. Повезло, что Лаки так и не пришел ночевать,и двойная удача, что он не появился вместе с Ди – не хватало ещё ей попасть под горячую руку Рикардо. Впрочем, сам он получил от меня горяченького сполна.
– Еще раз назoвешь меня Мирандой,и нам снова придется вызывать Гаса, – предупреждаю на полном серьезе.
Огастус, личный врач Рикардо, – приятный мужчина, с которым я всегда не против поболтать, но все же не тогда, когда его подопечный лежит без штанов на моем кухонном столе и стонет от боли.
Тайлер кривит губы.
– Сама посуди, в свете скорого изменения статуса наших отношений было бы странно, продолжи я называть тебя по фамилии.
Снова начинаю звереть. Удивительно, как быстро умеет вывести из себя этот человек.
Подаюсь вперед к экрану так, будто бы могу протянуть руку и сжать такую манящую в данный момент шею собеседника.
– Окстись. Статус наших отношений не изменится.
– Ты такая милая, когда злишься…
– Рикардо, - уже рычу.
– Ладно-ладно, – дарит мне убийственный взгляд, но дурачиться перестает. Тоже чуть подается к экрану, переплетает на столе пальцы.
– Морган, давай разберемся, я хоть раз тебя подводил?
И разбираться не нужно.
– Тысячу раз, - выдаю, не задумываясь.
?икардо закатывает глаза.
– Ну, хорошо. А по-серьезному я тебя подводил? Когда вопрос стоял о жизни или смерти?
Закусываю
Но, черт возьми, я отрабатываю свой долг уже который год! Сколько услуг я оказала этому прохвосту – не счесть.
Встряхиваюсь.
– Если ты проиграешь на выборах, твоя жизнь на этом не закончится, - напоминаю.
– Погибнет моя гордость, - возражает Рикардо. И кажется, он серьезно. – А без нее мне не жить.
Качаю головой.
– Рикардо, нет, - повторяю уже, наверное, в тысячный раз.
– Ты не заставишь меня ввязаться в большую политику. Я не стану шататься с тобой по приемам, посещать светские рауты и так далее. Да меня от одного такого мероприятия воротит неделю. Признаю, я твоя должница, но я не готова положить свою жизнь на алтарь твоего президентства и не дам согласие на фиктивный брак, как бы ты меня не уговаривал.
В глазах Рикардо загорается опасный блеск. Что, черт возьми, он услышал из того, что я говорила?
– Если все дело в фиктивности…
– О боже, нет! – восклицаю возмущенно. – И думать не смей!
Рикардо мне как брат, нелюбимый вредный брат, но никак не мужчина, который меня интересует… как мужчина. Я любила Александра больше жизни, Тайлеры – моя семья. И думать о связи с Рикардо для меня сродни размышлениям об инцесте.
– Я всего лишь предложил, – ни капли не смущается собеседник.
– Но ты должна понять, это не я придумал. Мой предвыборный штат проделал огромную работу, провел исследования, устраивал соцопросы. Ты – моя путевка в президентское кресло.
Не сдаюсь.
– Найди другой способ, - упорствую.
Рикардо вздыхает, снова закатывает глаза с таким видом, будто разговаривает с глупым ребенком.
– Ну, чего ты упираешься? – пытается уже не настаивать, а уговаривать.
– А если я пообещаю, что не буду таскать тебя с собой по приемам без надобности?
Ну, ещё бы. Сейчас, что бы добиться своего, он с легкостью пообещает мне звезду с неба. И мы оба знаем, что обещания он не сдержит. Под влиянием обстоятельств, разумеется.
– ?ик, нет.
– Не пойму, что ты теряешь?
– продолжает увещевать. – У тебя все равно нет личной жизни.
Он говорит это с такой отвратительной уверенностью, что мне становится обидно.
– С чего ты это взял? – возмущаюсь,ибо лучшая защита – нападение.
– А с того, - ?икардо остается невозмутим. – Я навел справки. Да,ты не монахиня, время от времени у тебя кто-то появляется, нo не часто, и это чисто постель.
Ушам своим не верю. Это все равно что копаться в моем нижнем белье.