Крым
Шрифт:
Пошта глубоко вздохнул.
Ну что за день такой, копать-колотить? Бывает же так: ни одной хорошей новости, зато плохих – навалом. Зубочистки в Симферополе нет. Казаков – тоже нет. Значит, придется тащить Олесю до дома, до хаты. Пошта сдержанно поблагодарил Кира и отправился в отель.
Переночевать в нормальных условиях, закупиться провизией и прочим, а назавтра – в путь.
– А ваша супруга ушла, – обаятельно улыбнулась администратор. – Просила вам передать, что вернется к вечеру.
У Пошты непроизвольно вырвалось даже не любимое «копать-колотить», а выражение покрепче. Ну сказано же
И все бы ничего, Симферополь – относительно безопасное место, вряд ли дочка есаула отправится в злачные места, скорее, по бутикам решит пробежаться. Но в свете последних новостей казакам не стоит на улицах появляться. Тем более – виновнице переполоха.
– И куда она ушла?
– О, она обедала, когда скоморох единственного симферопольского цирка шапито решил сделать объявление для господ отдыхающих и пригласить всех на представление. Ваша супруга так обрадовалась развлечению, что ушла практически сразу!
– Ясно-понятно, – хмуро ответил Пошта. – И где этот ваш цирк?
– На улице Розы Люксембург, в сквере. Напротив бывшей психиатрической больницы.
– Ну, спасибочки. А представление уже идет?
– Должно начаться через десять минут.
Мечта собраться и отоспаться не покидала Пошту. Сейчас он быстренько дойдет до цирка, схватит Олесю за шкирку и притащит в гостиницу. И завтра же, – завтра же! – отвезет строптивую девицу к отцу, сдаст это чудо природы с рук на руки и займется тем, чем должен, – поисками Зубочистки с перфокартой.
Поблагодарив администратора, Пошта вышел на улицу.
К вечеру Симферополь наполнился праздно шатающимся народом. Люди прогуливались парочками и компаниями, из кафешек доносились звуки музыки.
Цирк Пошта заметил издалека. В этой части города старые здания развалились, и их разобрали. Так, психиатрическая больница, располагавшаяся до Катаклизма в одноэтажных развалюхах времен Очакова и покоренья Крыма, перестала существовать. Оно, наверное, и к лучшему: адекватностью современное общество не отличалось, весь остров стал большим дурдомом. Взять хотя бы Зубочистку: вот зафига ему надо было идти из Балаклавы в Инкерман, ехать на поезде, возвращаться в Севастополь, чтобы потом двинуться в Симферополь? Почему он не ограбил Пошту сразу? Почему, в конце концов, не пошел в столицу из Инкермана? К чему вообще эти метания? Объяснение было одно, самое простое и логичное: Зубочистка – псих. И псих паникующий. Умный человек действует по плану, в крайнем случае – по обстоятельствам, дурак же мечется, не представляя себе ни плана путешествия, ни конечной цели.
Как тут не вспомнить капитана Воронина с его биполярным расстройством, безбашенного матроса Воловика и прочих, прочих?.. Олесю, например. Или покойного Огнева…
В самом дурном расположении духа Пошта приблизился к разноцветному, слегка выцвевшему шатру цирка. Из громкоговорителей неслась визгливая, навязчивая мелодия.
– Дамы и господа! – музыка прервалась голосом с профессиональными интонациями зазывалы. Кажется, в качестве конферансье выступал один из навязчивых зазывал с рыночной площади. – Наше представление начинается! Спешите видеть! Женщина – синяя борода! Мужчина-геккон, облизывает глаза, дамы пищат от восторга! Уникальная коллекция мутантов из собрания господина Лоренцо, что в переводе с аборигенного означает «черный голос»! И многое другое!
У
Пошта крутил головой, силясь высмотреть Олесю. Да-а, задачка.
Он решил обходить ряд за рядом. Наверняка Олеся, пришедшая сюда задолго до начала представления, где-то в первых рядах, значит, начинать стоит от сцены.
Представление, громкое, бестолковое и вонючее, Пошта игнорировал, всматриваясь в зрителей. Он нарезал круг за кругом, но Олеси не было.
– Молодой человек, присаживайтесь!
Бородатая бабуся – видимо, распорядитель – подергала его за рукав.
– Я девушку свою ищу.
– Потом найдете, не мешайте артистам.
– Может, вы ее видели? Высокая красивая блондинка… – Он помялся и уточнил, потому что с Олеси сталось бы представиться и начать качать права. – Олеся, дочь есаула Тапилины.
Бабуся ахнула:
– Видела, а как же, видела. Дамочка на входе скандал устроила, хотела за кулисы. Администратор ее и увел – все-таки высокопоставленная дамочка, нам с казаками ссориться – плохо. Она в вагончике Лоренцо. Это вам выйти, на задний двор, а там вагончик администрации – он во все цвета радуги окрашен, не ошибетесь.
Ругая Олесю последними словами, Пошта отправился к неведомому Лоренцо.
Вагончик администрации действительно найти было несложно: размалеванный во все цвета видимого спектра, он стоял в дальнем углу двора, подальше от шума и гама шапито, а над вагончиком развивался флаг – тоже радужный, с непонятной аббревиатурой ЛГБТ.
Пошта поднялся по скрипучей лесенке в три ступеньки, постучал в хлипкую дверь.
– Занято! – отозвался ворчливый голос. – Зайдите позже!
Пошта настойчиво забарабанил в дверь.
– Да что ж это за моб вашу ять?! – рассвирепел ворчун.
Дверь распахнулась, а за ней, к удивлению Пошты, не оказалось никого.
– Чего надо? – спросил голос откуда-то снизу.
Пошта опустил взгляд. Перед ним стоял лилипут – не мутант-карлик с Чатыр-Дага, а самый обыкновенный, докатаклизменного образца лилипут, или маленький человек, как их принято было называть. Ростом около метра, с широкими плечами, мускулистыми руками чуть ли не до колен, кривоватыми ножками и большой, как у нормального человека, головой, увенчанной копной соломенных волос и украшенной вислыми, соломенного же цвета усищами. Одет лилипут был в одну простыню, обмотанную вокруг чресел, в одной руке он держал початую бутылку пива, а в другой – дымящуюся сигару.
– Чего надо? – повторил он сердито. Пошта явно оторвал его от чего-то интересного.
«Что-то интересное» розово и голо возилось в вагончике на постели, кутаясь в простыню. Уж не Олеся ли? Да нет вроде бы…
– Ты Лоренцо? – уточнил Пошта.
– Ну?! – прорычал карлик.
– Дело есть. Я – Пошта, листоноша.
Лилипут нахмурился, сделал шаг назад и сказал:
– Проходи.
Пошта вошел в вагончик, а администратор цирка рявкнул на копошащихся в постели девок:
– А ну, кыш отсюда! Быстро, а не то заставлю слоногрызу клетку чистить!