Крым
Шрифт:
– Бежим! – проорал Пошта прямо в ухо оглушенному Буйену. – Скорее!
И они побежали: подрывник впереди, Пошта с Буйеном следом, потом Профессор – за ним Пошта приглядывал краем глаза, чтобы тот не отстал, – потом четверо машинистов, а замыкали колонну беглецов Дергунчик и второй стрелок, прикрывающие отход.
От тюрьмы до железнодорожного депо путь лежал неблизкий, через всю Тортугу. Вопреки ожиданиям Пошты, особого сопротивления со стороны местных они не встретили. Улицы сплошь и рядом попадались пустынные,
– Что происходит? – спросил Пошта у Профессора. – Куда все подевались? Неужели Рыжехвост нас кинул?
– Не имею ни малейшего представления! – на бегу пожал плечами Кайсанбек Аланович.
И тогда Пошта снизил скорость и подождал, пока его нагонит арьергард отряда – Дергунчик и тот второй стрелок, чье имя листоноша забыл, а кличку придумывать не стал.
– Где все? – спросил Пошта Дергунчика. Тот ощерил зубы в довольной ухмылке:
– Сейчас увидишь!
Дергунчик не соврал. Дорога к депо вывела их на центральную площадь Тортуги – место, где из бывшей мэрии Король Олаф устроил свою королевскую резиденцию.
И вот тут-то и кипел бой. Вернее, шла бойня: бойцы Рыжехвоста, которых можно было отличить по притороченным к кожаным штанам лисьим хвостам, обстреливали дворец из крупнокалиберных пулеметов, превращая празднично украшенное здание в решето. Кто-то начал швырять бутылки с «коктейлем Молотова», и вскоре дворец радостно заполыхал. Изнутри робко отстреливалась дворцовая стража. Самого Олафа и его новоиспеченной супруги нигде не было видно – то ли погибли в бою, то ли сбежали через какой-нибудь тайный ход.
Листоноша побледнел и в отчаинье сжал кулами. «Вот оно что, – подумал он. – Вот почему Рыжехвост так легко согласился нам помочь. Наша диверсия идеально легла на его план. Два инцидента в разных концах города – возле тюрьмы и железнодорожного депо, плюс праздничная суматоха, минус трезвые бойцы короля Олафа равняется… дворцовый переворот! Прекрасно. Подковерные интриги в царстве воров и убийц. Борьба за право называться самым главным подонком в этом болоте.
И он, Пошта из клана листонош, послужил разменной монетой в этой борьбе.
Поняв, что он бессилен что-либо изменить, Пошта отвернулся от полыхающего здания.
– Пошли, – поторопил он Буйена и Профессора, глядящих словно зачарованные на бойню в королевском дворце. – У нас еще много дел.
Интриган Рыжехвост не обманул в одном – его люди действительно освободили Летучий Поезд – тот стоял, прекрасный в своем величии, возле депо, а вокруг валялись трупы бойцов Олафа. Депо было наполовину разрушено, раненым бойцам Рыжехвоста оказывали помощь местные знахари и парамедики.
– Поезд! – расцвел в улыбке Буйен. – Здравствуй, мой родной! Целехонек! Сейчас поедем, мой хороший…
При виде родного эшелона он полностью оправился от последствий контузии и радостно бросился
– Э! – сказал Дергунчик. – Команды не было вас отпускать! Рыжехвост велел ждать!
– Ты что, дурак? – удивился Пошта. – Куда ж мы без Рыжехвоста поедем? Мы сейчас состав на площадь пригоним, к дворцу, пусть новый король порадуется. Давай, запрыгивай!
Дергунчик, недоверчиво хмурясь, залез в вагон, а подрывник и второй стрелок остались на перроне.
Буйен наконец-то справился с управлением, и Летучий Поезд, расправив крылья солнечных батарей и зашипев гидравликой, тронулся с места.
– Восхитительно! – произнес Профессор, любовно оглаживая поручни вагона. – Какое элегантное решение! Сухопутный поезд, не требующий рельсов! Да еще и на солнечной энергии! Гениально! Торжество инженерной мысли! А еще говорят, что после Катаклизма человечество обречено на деградацию!
Плод гениальной инженерной мысли Буйена постепенно набирал скорость, и Дергунчик занервничал:
– Чего-то мы кудой-то не тудой едем! – забормотал он. – А ну, поворачивай!
– Как это не тудой? Тудой! – успокоил его Пошта. – Сам посмотри!
Дергунчик послушно обернулся. Пошта врезал ему в затылок – безрезультатно, стрелок только охнул, и тогда Пошта схватил ремень пулемета, висевшего на шее Дергунчика и затянул петлю. Дергунчик забился в припадке, пару раз конвульсивно вздрогнул – и потерял сознание. Приглядевшись, Листоноша выпихнул тело из вагона так, чтобы бессознательный бандит мягко приземлился в огромную кучу мусора.
– Что вы делаете?! – удивился Профессор.
– Что Олаф, что Рыжехвост – местные мне одинаково омерзительны, – пояснил свой поступок Пошта. – Не собираюсь работать ни на одного, ни на другого. Надо вырываться из Тортуги.
– Согласен, – кивнул Профессор.
Вырываться пришлось с боем – переворот переворотом, а внешние рубежи бандитского города охранялись по-прежнему крепко. Правда, охрана эта была рассчитана на нападение извне, а не на прорыв изнутри – да и оружия на Летучем Поезде хватало. Пошта сел за турель автоматического миномета, Буйен и Профессор – за спаренный пулемет ШКАС каждый.
Пошта открыл огонь первым. Мины из миномета летят не по прямой траектории, как пули или ракеты, а по настильной – рассчитать угол при стрельбе из едущего поезда задача не из простых, но листоноша справился классическим методом «вилки» – сначала стреляешь целенаправленно на недолет, потом – на перелет, потом начинаешь сужать диапазон.
Когда мины стали падать возле КПП Тортуги, и фонтаны земли накрывали ворота, охрана ворот ответила огнем – и тут в дело вступили пулеметы Буйена и Профессора (последний оказался весьма неплохим стрелком). Подавив всякое сопротивление и подорвав крепления ворот прямым попаданием из миномета, Летучий Поезд пошел на таран.