Крыша
Шрифт:
Билли(поняв смысл). А, вот как! (Пауза.) А что такое «относящийся»?
Пол(помогая жестом). Которая имеет отношение.
Билли(задумчиво). «Относящийся». Симпатичное слово. (Записывает его).
Пол. Так, теперь «манифест».
Билли. Не понимаю.
Пол. А почему в словаре
Билли. Смотрела, честно. Все равно непонятно.
Пол. Так, слушай — когда я говорю «манифест», я подразумеваю политическое обращение, в котором излагаются условия, идеалы, принципы… и надежды, на которых основаны Соединенные Штаты.
Билли. Значит, по-твоему, он желтеет?
Пол. Ну да. По-моему, главные его принципы не соблюдаются и — забываются.
Билли. И это плохо?
Пол. И это плохо.
Билли(крепко задумывается. По ее лицу это явно заметно. Снова обращается к журналу, читает). «Даже… поверхностное?.. (смотрит на Пола, тот кивает) изучение состояния современного общества в рамках терминов древнегреческой философии, которые определяют целое как состоящее из отдельных частей, немедленно приводит к заключению, что каждый человек — это гражданин, и каждый гражданин — это человек».
Пол. Ну?..
Билли(в изнеможении). Я все слова в словаре посмотрела!
Пол(пододвигаясь к ней). Слушай, тысячи лет назад один греческий философ (делает паузу, чтобы Билли успевала за мыслью)… сказал, что общество будет справедливым, если справедливостью проникнется каждый его гражданин.
Билли(снова задумывается, с благородным видом). Есть смысл.
Пол. Хорошо. Так я утверждаю, что, бросив взгляд на современную Америку, нужно внимательно присмотреться к гражданам, ее населяющим. К одному за другим.
Билли. Ну и?..
Пол. Вот и все.
Билли(указывая на статью). Именно так?
Пол. Ну да.
Билли. А что ты так прямо и не сказал?
Пол(обходит стол, направляясь к центру сцены). Слишком заумно получилось, да? (Поворачивается к ней.) Попробую переделать. Напишу проще. (Садится на подлокотник дивана. Звучит скрипичная версия «Девушки с волосами цвета льна» К. Дебюсси).
Билли. А помнишь, ты мне дал книгу про Наполеона?
Пол. Нет, а что?
Билли. Роберта Инджерсолла?
Пол. А, да.
Билли.
Пол. Да она простая.
Билли. Да не такая уж. Он пишет, как подходит к могиле, смотрит на нее…
Пол. Угу.
Билли. И потом в конце говорит себе, что лучше быть счастливым фермером.
Пол(цитируя, тихим голосом). «…и сказал я себе, что лучше быть крестьянином-французом и ходить в деревянных башмаках. Я бы лучше жил в хижине, и чтоб с двери ее свисала виноградная лоза, а виноград наливался соком под нежными лучами осеннего солнца». (Продолжая, встает к правой стороне письменного стола, ближе к центру.) «Я б лучше был бедным крестьянином, а моя любимая женушка сидела б рядом и вязала при вечерних сумерках… а детки сидели бы у меня на коленях, обнимая меня… я бы лучше был именно таким человеком и сошел бы туда, где царит вечная тишина и благодать, чем быть воплощением имперского безличного насилия и убийства, каким и был так называемый Великий Бонапарт».
Билли(благоговея). И ты это наизусть помнишь? (Пока Пол усаживается справа от письменного стола, проигрыватель разражается резкими звуками джаз-оркестра. Оба сильно вздрагивают. После Дебюсси звучит оркестр Томми Дорси, исполняющий мелодию «Ну, не теряйся» («Well Get it»). Оркестр звучит во всю мощь. Билли бросается к проигрывателю и выключает его. Возвращается к столу, виновато смотрит на Пола.) Иногда. Для разнообразия!
Пол(смеется). Да не напрягайся так. Билли, прошу тебя. Ты же главный смысл упускаешь.
Билли. Вот такая я: мне всё нравится. Может, и еще что-то понравится.
Пол. Образование — дело не одного дня. Цель учебы, чтобы расширить кругозор.
Билли(серьезно). По-твоему, я его расширяю?
Пол. Разумеется.
Билли. Рада слышать. (Садится за стол и возвращается к начатому разговору). Итак, он бы хотел быть довольным жизнью крестьянином, а не Наполеоном. Ну, а кто б не хотел?
Пол. Ну, Гарри, например.
Билли. А с чего ты взял?
Пол. Сама спроси.
Билли(передернув плечами). Да он, наверное, знать не знает, кто такой Наполеон.
Пол. И что еще хуже, он, наверное, не знает, что такое «крестьянин».
Билли. Ненавидишь его всей душой?
Пол. Кого, Гарри?
Билли. Угу.
Пол. Нет.