Крыши
Шрифт:
Внизу машин было немного, особенно тех, что поворачивали к Тауэр-Бридж. Их пассажиры, наверное, мечтали о доме после целого вечера предпраздничного веселья. Роза не ощущала никакой радости из-за приближающегося Рождества. Она растирала себе плечи и смотрела, как Спайс перезаряжает для нее пистолет с тросом.
— Вероятно, это глупый вопрос, но нет ли здесь места, где можно было бы помыть руки? — спросила она. Спайс показала рукой на нечто, похожее на выкрашенную кремовой краской трубу.
— Вон
Роза поблагодарила и устало побрела в указанном направлении, не снимая с плеча сумку. Роберт долго смотрел ей вслед, а потом повернулся к Спайс.
— Скажи, — попросил он, усаживаясь на краю крыши и спуская вниз ноги. — Залиан очень не хочет объяснять, что это за беда, в которую вы попали. У вас всегда было так?
— Ну конечно же нет. — Спайс положила рядом пистолет и тоже села на краю крыши. — Никакой беды раньше не было... Было что-то, привязывающее нас друг к другу... наверное, воспоминания о прошлом. Натаниэлу это тоже нравилось. Он хотел, чтобы все было, как раньше. Он говорит, что ненавидит общество, которое выбрасывает человека на свалку, если он ему не годится. Он живет в придуманном мире, но мне кажется, что нам нужны фантазеры и мечтатели. Не так уж много их осталось внизу.
Она легла на крышу, подложив руку под голову, и Роберту пришло на ум, что она здорово рискует свалиться вниз.
— Понимаешь, внизу, если ты не работаешь, все считают тебя лентяйкой. Натаниэл говорит, что легче обвинить человека, чем систему, с которой человек не уживается.
В ее голосе Роберт услышал восхищение Залианом. Она помахала рукой людям, усевшимся на другой стороне крыши покурить и поболтать.
— Представь, что все смогли бы найти там работу. Не думаю, что нам понравилось бы всю жизнь увеличивать прибыли кока-колы или убеждать китайцев покупать цыплят от Макнаггет. Что-то должно быть в жизни еще, кроме желания отхватить свой кусок.
— Ладно. Тогда почему вы ничего не делаете, чтобы помочь обществу? — спросил Роберт и застегнул комбинезон на груди, почувствовав прохладу.
— Мы достаточно делаем для общества, но не через его системы. Слишком медленно, слишком много канцелярщины, слишком мало денег. Кто хочет отдавать лишнее обществу? Да люди скорее будут работать в архивах, чем помогать старикам. Такова природа человека.
Спайс приподнялась на локте, чтобы прикурить сигарету, и осветила себе лицо неярким пламенем вспыхнувшей спички.
— Как же вы тут проводите время? — спросил Роберт. — Не могу понять, что вы тут делаете.
Спайс улыбнулась ему.
— Правильно, ты
— Кажется, тебя не очень волнует, если ты все это потеряешь?
— Ты хочешь знать? Нам говорят, что жизнь на крышах всегда была замечательно организована. А теперь все системы надо чинить и менять, да и с каждым днем здесь становится все грязнее. На многих новых зданиях установлены камеры наблюдения. Дело времени. Рано или поздно система развалится, и нас обнаружат. Техника до нас доберется. И мы кончим в тюрьме. По крайней мере, теперь мы выходим из игры, не уронив нашего знамени.
Она поглядела вдаль, на пустые общественные здания. Ветер легонько шевелил ей волосы.
— Но я все равно останусь тут до конца. Лучше мне упасть с крыши, чем умереть дома, уставясь в видео. Шесть лет я здесь и шесть лет смотрю, как все разваливается. Те, кто мог бы восстановить систему, соблазнились другой жизнью. Натаниэл — хороший человек. Он делает для нас все, что может. Но он проиграл.
Она докурила сигарету и швырнула ее вниз. Роберт подался вперед поглядеть, как крошечная красная звездочка спиралью летит к земле, а Спайс уставилась в черные тучи, собравшиеся над их головами.
Роза была поражена. Внутри “трубы” было несколько помещений: душ, туалетные комнаты, операционный зал с компьютерами, а также кухня и склад с разными приспособлениями для лазания по крышам и оружием. Вода в душе оказалась горячей, потому что подогревалась благодаря присоединению к горячим трубам биржи. Через несколько минут она почувствовала себя словно родившейся заново. Удивленно она приблизилась к белому пушистому полотенцу, которое держал в руках Залиан.
— Ладно, я закрываю глаза, — сказал он и открыл один глаз. Роза выхватила у него полотенце и завернулась в него.
— Давай я по крайней мере вытру тебе спину. — Его светлые глаза сверкали весельем. — Что ты думаешь о нашем временном пристанище?
— Удивительно, во что ты можешь превратить забытую собственность. — Роза позволила Залиану вытереть ей спину. — А зачем компьютеры?
— Они у нас подсоединены к бирже, — сказал он, удивившись ее вопросу. — Газ для кухни из той же системы. Это Ли придумал. Надеюсь, ты рада, что ему удалось бежать? Он цел и невредим.
— Я рада, — искренне подтвердила Роза. — А Симон?