Ксеноцид
Шрифт:
— Только что Джейн мне кое-что сообщила, — сказал он. — И мне показалось, что ты должна знать.
— Что же?
— Она испытала корабль без Эндера на борту.
— Как такое возможно? — удивилась Валентина.
— Петер, — объяснил Миро. — Она забрала его в Снаружи и обратно. Ему удается перенести ее aiua, если путешествие происходит именно таким образом.
— Но он…? — Валентина даже не могла высказать своих наибольших опасений.
— Что-то создал? Нет. — Миро усмехнулся…
— Возможно.
— Лично я считаю, что ни одной филоте не захотелось сделаться фрагментом его образца. Уж слишком он маниакальный.
Валентина тихонько рассмеялась.
К ним приблизился епископ. Поскольку Валентина с Миро выходили последними, то сейчас остались сами перед дверью часовни.
— Спасибо тебе за то, что ты принял второе крещение, — сказал Перегрино.
Миро склонил голову.
— Мало кому из людей довелось познать очищение после столь долгой грешной жизни, — ответил он.
— Валентина… мне очень жаль, что я не мог принять твою… именинницу.
— Не беспокойтесь, ваше преосвященство. Я понимаю. И, возможно, даже согласна с вами.
Епископ покачал головой.
— Было бы лучше, если бы они просто…
— Ушли? — подсказал Миро. — Это желание исполнится. Очень скоро Петер улетит; Джейн может пилотировать кораблем, когда он находится на борту. Наверняка это же возможно и в случае Валь.
— Нет, — запротестовала Валентина. — Она не может лететь. Ведь она слишком…
— Молода? — Миро рассмеялся. — Оба они родились, располагая всеми знаниями Эндера. Несмотря на молодое тело, ее трудно назвать ребенком.
— Если бы они родились, им не приходилось бы уходить, — заметил епископ.
— Это не желание вашего преосвященства заставляет их улететь. Петер должен передать на планету Дао созданный Элей вирус, а корабль молодой Валь отправится на поиски планет, пригодных для заселения королевой улья и pequeninos.
— Ты не можешь высылать ее с подобной миссией, — заявила Валентина.
— Я ее не высылаю, — ответил на это Миро. — Я ее забираю. А точнее, это она меня забирает. Она желает лететь. И весь риск принимает на себя. Валентина, с ней все будет в порядке.
Валентина все еще качала головой, но знала, что в конце концов ей придется уступить. Валь сама будет на этом настаивать, хотя и кажется такой молодой. Без нее может отправиться только один корабль, если же на нем полетит Петер, не известно, воспользуется ли он в благородных целях. Если что молодой Валь и будет угрожать, то это не будет хуже, чем риск, который чуть ранее предприняли другие. Как Садовник. Как отец Эстеваньо. Как Стекло.
Pequeninos собрались возле дерева Садовника. Вообще-то, им следовало
Вот почему сейчас Эндер опирался о ствол своего приятеля Человека, которого посадил здесь много лет назад, перенося в третью жизнь. Он, вроде бы, должен был испытывать радость от избавления pequeninos от десколады… но, все время рядом с ним был Петер.
— Слабость восхваляет слабость, — заявил тот. — Садовник проиграл, а они теперь отдают ему честь. Стекло победил, и вот сейчас в одиночестве стоит на экспериментальном поле. А самое глупое во всем этом — это то, что для Садовника вся эта честь не имеет никакого значения, ведь его aiua в этом дереве не присутствует.
— Для Садовника, может, и не имеет, — возразил Эндер. Он не был полностью в этом уверен. — Но для поросят это означает очень многое.
— Ну да. Означает, потому что они слабы.
— Джейн говорит, что забирала тебя в Снаружи.
— Обычная прогулка. Но в следующий раз моей целью будет уже не Лузитания.
— Она говорит, будто ты доставишь вирус на Дао.
— Это первая остановка, — объяснил Петер. — Сюда я уже не вернусь. Можешь на это рассчитывать, старичок.
— Нам нужен корабль.
— У вас имеется миленькая девонька. А эта жукерская сучка может выплевывать корабли дюжинами. Если тебе только удастся наплодить достаточное количество существ, таких как я и Вальзинья, чтобы их пилотировать.
— Я буду только рад, зная, что ты улетаешь навсегда.
— И тебе не интересно, какие у меня планы?
— Нет, — сказал Эндер.
Эндер лгал, и Петеру это было известно.
— Я собираюсь совершить то, на что у тебя не хватило ума и твердости. Я хочу остановить флот.
— Как? Волшебным образом появишься на их флагмане?
— Если даже случится самое паршивое, я всегда могу воспользоваться СистемойД-р М, прежде чем они сориентируются, что там нахожусь. Только этим мало чего достигнешь. Чтобы остановить флот, я должен остановить Конгресс. А чтобы остановить Конгресс, я обязан взять управление на себя.
Эндер мгновенно понял, что это значит.
— Считаешь, будто снова можешь стать гегемоном? Боже, упаси от этого всех людей!
— А почему бы и нет? Один раз мне удалось, и справлялся. Ты же знаешь… сам книжку написал.
— То был истинный Петер, — возразил ему Эндер. — А не ты — искаженная версия, созданная моей ненавистью и страхом.
Был ли Петер настолько впечатлительным, чтобы после таких горьких слов почувствовать упрек? Эндеру показалось, во всяком случае, на мгновение, что на лице Петера проявилась… что? Боль? Или просто злость?