Кубанский огонь
Шрифт:
– Ну и что?
– Так, на винтах, кольца крепятся у винтовки, у карабина полагаются защелки, – терпеливо пояснил коллеге питерец. – Это в обход правил. Кто-то переделал оружие. Скорее всего, не на Тульском заводе, там бы не позволили. Переделали в полковой мастерской. Возможно, здесь, в Екатеринодаре. Тогда мы сумеем найти того умельца.
– Едемте к Михаилу Павловичу, он как наказный атаман прикажет казакам помочь дознанию.
Сыщики отправились в Атаманский дворец. Но когда они добрались туда, узнали, что Пришельцева давно разыскивают.
Пришельцев помчался на Сенную, а Лыков потребовал встречи с начальником области. Бабыч принял его немедля, даже совещание прервал. Питерец рассказал о своем открытии с карабинами разбойников и попросил содействия. В городе всего один конный полк, надо начать с проверки его арсеналов.
Генерал тут же стал телефонировать командиру полка, но ничего не добился. Телефонная связь в Екатеринодаре была притчей во языцех. Она то и дело прерывалась, или едва-едва можно было расслышать голос собеседника. Кончилось тем, что атаман послал Лыкова на место в сопровождении своего обер-офицера для поручений есаула Белого.
Арсенал Первого Екатеринодарского кошевого атамана Чепеги полка находился на краю города, за казармами конно-артиллерийской батареи. Сыщика встретил сам командир, полковник Ягодкин. Оказалось, что атаман дозвонился-таки до него и дал нужные указания.
Ягодкин был взвинчен и принял питерца холодно:
– Что за день такой… Вахмистра команды разведчиков задавили, а теперь еще вы. Завтра нельзя поговорить?
Статский советник молча вынул открытый лист и показал офицеру. Тот увидел слова «по Высочайшему повелению» и смутился:
– Прошу прощения, я не знал, что так серьезно.
– Вы полагали, что чиновник особых поручений при министре внутренних дел в пятом классе приехал в город ловить карманников? Дело наиважнейшее, раз сам государь послал меня сюда.
– Все, что зависит от меня, будет сделано!
– Отлично.
Лыков вынул из папки второй листок. Это был ответ на запрос сыскного отделения, не пропадали ли в полку карабины. Алексей Николаевич заехал за ним на Посполитакинскую по пути в казармы.
– Вот письмо, за подписью вашей и полкового адъютанта. Помните его?
– Ах, эта писанина… Сто отношений в день приходится визировать. Хоть факсимиле заводи.
– Посмотрите внимательно.
– Это помню, – протянул назад бумагу Ягодкин. – А что? У нас все оружие на месте. В полку под моей командой порядок, если желаете знать. А тут – четырнадцать карабинов. Ищите в другом месте!
– Прошу предъявить мне оружейные комнаты и арсенал.
– Хм… Сию минуту, господин статский советник. Я вызову дежурного и оружейного мастера. Они все покажут.
Вскоре сыщик уже осматривал пирамиды в казармах. Обошел все шесть сотен, учебную и разведывательную команды – везде оружие
– Карабины, что использовали разбойники, были необычными. У них ложевые кольца поставлены на винты.
Тот переменился в лице:
– На винты? Вместо защелок?
– Да. Что-то знакомое?
Оружейник молча повернулся к сыщику спиной и побежал в дальний угол двора. Там под охраной часового притулился большой турлучный сарай.
Дежурный по полку приказал начальнику караула пропустить туда статского.
– У нас здесь ружья и огнеприпасы для запасных эскадронов на случай мобилизации, – пояснил он питерцу. – Сюда никто и не лазит. Так, раз в год пересчитываем.
Лыков уже догадался, что он сейчас увидит. И не ошибся. Внутри оружейник держался за голову и матерился. Во взводной пирамиде не хватало четырнадцати карабинов. Алексей Николаевич взял один из оставшихся и осмотрел. Кольца к ремню у него тоже были поставлены на винты.
– Кто и когда последний раз сюда заходил? – спросил сыщик у дежурного. Тот лишь развел руками.
Через полчаса в кабинете Ягодкина Лыков получил ответ на свой вопрос. Полковой адъютант Кобзистый, тот, что сочинил ответ в сыскную полицию, сообщил:
– Та взводная пирамида пополнилась из команды разведчиков. Их начальник сотник Таранец попросил переставить ремни на кольца, ему так казалось удобнее. Переставили, а Таранец уехал к вам в Петербург, в офицерскую кавалерийскую школу. Ну, карабины и убрали в неприкосновенный запас до его возвращения. А взамен команде выдали со склада обычные.
– Я вижу на письме вашу подпись. О том, что в полку ничего не пропало. Вы как его готовили?
Кобзистый покраснел:
– Я… я дал отписку, признаюсь. Осмотрел пирамиды сотен, там все на месте. Про неприкосновенный запас не подумал.
– И сунули на визу командиру.
– Так точно.
– И полковник подписал не глядя…
Теперь пришел черед полковника Ягодкина краснеть.
– Но кто украл карабины? – вскричал он. – Там же часовой стоит.
– Сколько я помню, менял оружие вахмистр команды разведчиков, – ответил Кобзистый.
– Потап Орда?
– Так точно. Вот запись в журнале.
Лыков встал, застегнул пиджак.
– Ну, теперь у него не спросишь. Из ваших карабинов, господа офицеры, в Новороссийске убили городового и управляющего банком. И пять человек ранили.
И добавил безжалостно:
– Вам известно, как к кражам оружия относятся кавказский наместник и военный министр. Я даю делу законный ход. Честь имею!
Глава 7
Обрубленные концы
На Посполитакинской состоялось совещание. Когда местные узнали, что именно убитый вахмистр продал карабины Вариводе, версия выстроилась сразу. Атаман заметал следы. Вот только как он догадался, что полиция вот-вот выйдет на Орду? Скорее всего, оберегался на всякий случай. В итоге конец обрублен, след потерян…
Конец ознакомительного фрагмента.