Кубинский вариант
Шрифт:
– Скажи им что-нибудь, - глядя прямо перед собой, попросил Тайсон.
Алексей набрал в легкие воздуха:
Ой, господа хорошие, да что же это делается! Загубили, затравили ироды окаянные добра молодца!
– заголосил он на весь кабак, отвлекая внимание.
В ту же секунду Тайсон одним прыжком преодолел расстояние до ближайшего стража порядка и сбил его с ног. Пистолет, как живая черная птица, неожиданно почуявшая свободу, вылетел из руки полицейского, описал дугу под потолком, и исчез где-то в дальнем углу, среди столиков.
Запоздало грохнул выстрел - и кто-то из посетителей завизжал:
Со своего места Алексей не видел, когда и как мужчина с мирной внешностью среднестатистического европейца, оказался за спиной у чернокожего полицейского. Он успел заметить только короткое движение сверху вниз и матовый блеск стакана, зажатого в кулаке... Что-то громко хрустнуло - стекло или кости черепа, сразу не разберешь: ясно было, что короткий, хлесткий удар пришелся точнехонько по затылку человеку в форме. Бедняга замер на долю секунды, потом обмяк, изогнулся, ив конце кнцов рухнул на грязный, заплеванный пол.
Во, блин?
– Удивился Тайсон. Он уже покончил со старшим из полицейского патруля, и теперь стоял прямо напротив негаданного союзника.
– Пошли!
– Мерси, братан...
Жаль, конечно, что совсем не осталось времени на то, чтобы поискать пистолеты, затерявшиеся среди мебели и людей. Но ничего не поделаешь... Алексей обернулся и зарычал по-русски:
– Давай сюда... быстро!
– На этот раз бармен понял белого человека сразу же, без перевода. И в его широко раскрытых глазах не было ничего, кроме страха, когда из розовой, потной ладошки на стойку вывалился тяжелый металлический ключ. Скорее! Чего там возишься?
Порядок, - прежде чем наклониться к замочной скважине, Алексей на всякий случай посмотрел через плечо. Все присутствующие - за исключением, разумеется Тайсона, незнакомца и тех, кто лежал без сознания, - так и стояли с поднятыми за голову руками, даже не пытаясь пошевелиться или переменить позу.
– Есть контакт!
За хозяйственной дверью, как и следовало ожидать, начинался узкий, с обоих сторон заставленный полками, ящиками и мешками проход во двор. Больно ударившись пару раз о какие-то выступы и углы, Алексей пробежал до конца коридора, скинул крюк, запиравший вторую дверь, навалился плечом - слава Богу, не заперто!
В нос ударил немыслимо спертый, душный и смрадный воздух - здесь царил липкий запах мочи и вчерашних помоев, гниющих на жарком тропическом солнце. Теперь куда? Справа и слева глухая стена, две коробки, забор из фанерных обрезков, огромная лужа... Черт!
– Замешкавшись на выходе, Алексей почувствовал довольно ощутимый толчок в спину: это сразу же вслед за ним вывалился из темного коридора незнакомец. В общем, ничего удивительного в этом не было. Вряд ли человек, только что проломивший голову полицейскому, останется сидеть на месте и ждать неприятных вопросов. Последним во внутренней дворик выскочил Тайсон:
Чего застряли-то? Будто в ответ на его слова откуда-то сзади, из ресторанчика, вновь послышался запоздалый и приглушенный, но все-таки раздирающий барабанные перепонки визг.
– Вперед, давай!
Повторять
Налево. Еще раз налево, опять поворот... Тупик!
Высоко. Алексей и выругаться толком не смог, а незнакомец уже без разговоров присел у стены, уперся в кирпичную кладку и подставил спину.
– Полезай!
Да, сейчас... Ускорение, которое подоспевший Тайсон придал Алексею, было таким, что он мигом перелетел наверх, почти не коснувшись коваными подошвами солдатских ботинок живой "ступеньки".
Руку!
– Алексей обернулся, упал на колено, подстраховал - и уже вдвоем с очутившимся рядом приятелем они без труда вытащили за собой незнакомца:
– Давай, братан... О-па!
Дальше пришлось пробираться по крышам, распугивая местных голубей и худых, безволосых кошек. Теперь уверенно лидировал незнакомец - уму непостижимо, как он тут ориентировался, но беглецы с каждым шагом, с каждым прыжком все больше удалялись от порта, от злобного рева полицейских сирен, от опасных свидетелей и погони...
* * *
Описывать Индийский океан тому, кто его никогда не видел - все равно, что пытаться пересказать словами польку-бабочку или какое-нибудь другое музыкальное произведение... Прямо, как в анекдоте: "Ну и что вы все носитесь с этим знаменитым тенором? Я-то сам, конечно, на концерт не пошел, но мне приятель напел несколько его арий - ничего особенного..."
Алексей открыл глаза. Прямо над головой, закрывая часть неба, медленно полоскался навес из видавшего виды куска парусины.
– Послушай, Тайсон... Эй, алло!
– Чего надо?
– Времени сколько? На вахту не опоздаем?
Отстань, салага. Рано еще.
– В отличие от приятеля, Тайсон легко и быстро приспособился к жизни по судовому расписанию. Он вообще легко ко всему приспосабливался.
– Ну, извини...
Алексей улегся поудобнее, но сон пропал. Окончательно.
Солнце мутным, белесым пятном просвечивало сквозь материю, края которой лениво трепал теплый ветер - муссон. Было тихо и хорошо. Разумеется, Алексей знал, что где-то внизу, далеко, надрывается машина, и винты за кормой пенят воду - но здесь, у носового трюма, вся эта их механическая работа не была слышна, она только угадывалась в постоянном дрожании палубы и переборок.
Океан за бортом добродушно поигрывал маленькими изумрудными волнами. И не сразу, а лишь приглядевшись к равномерному колебательному движению теней и предметов можно было заметить, что судно все-таки идет вперед и еле заметно переваливается с боку на бок.
Тропики... Старенький деревянный шезлонг под Алексеем скрипнул, и этого оказалось достаточно, чтобы лежащий рядом Тайсон снова открыл глаза:
– Ты куда это?
Да чего-то не спится...
– Алексей свесил вниз босые ноги, но сразу же отдернул их, зашипев от боли: