Кукла колдуна

Лайм Сильвия

— Отвечу на ваш первый вопрос, каури. Рыцари мрака действительно не испытывают чувств, — вдруг сказала она. — Но это не делает их чудовищами. По крайней мере нашего господина не сделало.

С этими словами она указала мне на приоткрытую дверь впереди, откланялась и исчезла.

Из помещения в коридор лился теплый желтоватый свет, будто приглашая войти. Я осторожно подошла к двери и заглянула внутрь.

Дайрен сидел за столом, изучая какой-то старый книжный том. Брови мужчины были сдвинуты, а голубые глаза быстро двигались по

строчкам. Большим пальцем он задумчиво трогал нижнюю губу. И я вдруг поняла, что не могу оторваться от этого движения, мысленно прослеживая и повторяя его. Как завороженная разглядывая своего врага.

И вдруг кристально-голубые глаза оторвались от книги и переметнулись ко мне, молниеносно разорвав разделяющее нас пространство. Соединив нас невидимой линией.

Какая-то неуловимая эмоция проскользнула на мужском лице. Я не поняла, что это, но щеки мгновенно покраснели.

— Соскучилась? — приподнял бровь он, и на губах мелькнула тень улыбки.

Жар лизнул спину.

— Не пора рассказать, зачем ты привез меня сюда? — проговорила я вдруг осипшим голосом.

Взгляд Дайрена резко потемнел. Настолько, насколько могут потемнеть светло-голубые глаза.

Мужчина встал, и кресло со скрипом отъехало назад.

— Что ж. Ты правда. Незачем тянуть, — мрачно бросил он и направился ко мне.

Я едва успела испугаться, как он оказался прямо напротив меня. На расстоянии не больше ладони.

Снова я вдохнула его тонкий аромат, еле уловимый, свежий, с лёгким сладковатым послевкусием. Совсем не такой как у других рыцарей мрака.

И теперь я, наконец, поняла, что с ним не так.

Всех фуриянцев отличала одна особенность. Запах смерти. Он передавался рыцарям мрака от фурий. А девушки-каури получали этот аромат от своих рыцарей.

Но, Дайрен был лишён этой черты. И меня это ужасно сбивало с толку.

Все рыцари мрака были убийцами. И тошнотворный аромат тлена, повсеместно окружающий их, это лишь подтверждал. Я никогда не подпустила бы к себе никого из них. Не позволила бы прикоснуться.

Но с Дайреном все было иначе.

Он был другой.

И это пугало, пожалуй, даже больше прежнего. Ведь враг, которого ты знаешь, всегда лучше неизвестности. А Дайрен был слишком полон загадок, чтобы я могла хоть немного успокоиться.

— Мне нужно от тебя кое-что, — начал говорить мужчина, и я с удивлением заметила, что, кажется, он волнуется.

Волнуется… Что, правда?

Нет, наверно, это слово здесь неуместно, потому что с каждой секундой он, все сильнее хмурился.

— Как ни странно, я догадалась, — сдержала ухмылку, но, похоже, подрагивающие губы меня выдавали.

Дайрен прищурился.

— Ты обладаешь магией? — спросил он, внимательно вглядываясь в мои глаза. Словно пытался уличить во лжи.

Но я не собиралась лгать.

— Да, но очень слабой. Очарование, например, на тебе не сработало.

Мужчина приподнял бровь. Я думала, он разозлиться, ведь я пыталась

воздействовать на его разум. Но Дайрен вдруг удивил меня.

— Небось мечтала, чтоб я тебя поцеловал, да, маленькая феечка? — усмехнулся он, приподняв пальцем мой подбородок.

Я вспыхнула до корней волос.

Наглый, гадкий, самоуверенный…

От возмущения даже в глазах потемнело.

— Да я ни за что на свете не согласилась бы тебя поцеловать, — выдохнула что-то невразумительное.

Золото солнца, неужели нельзя было придумать что-нибудь пообиднее?

Но его рука, заставившая меня запрокинуть голову, ужасно нервировала. А ещё нервировала его близость. Почему нельзя отойти подальше? Шагов на десять, чтобы я не чувствовала больше ни его горячее дыхание на своей коже, ни тонкий запах, обволакивающий, как ночной туман.

Но Дайрен словно назло преодолел последний крохотный шажок, разделяющий нас, и свободной рукой обхватил меня за талию, прижав к себе.

Воздух вышибло из лёгких. Мужчина замер, вглядываясь в меня с какой-то странной задумчивостью. Его пальцы соскользнули с моего подбородка, погладив шею и зарывшись в волосах.

Я на мгновение зажмурилась от этой короткой ласки, но тут же широко раскрыла глаза, больше всего боясь, что мужчина заметил мою слабость. Мою глупость.

Не знаю, что со мной происходило. Просто каждое касание Дайрена было отравлено этой неправильной нежностью. Той самой, от которой бросало в дрожь, а жгучий жар выбивал все мысли из головы. Той самой, которой у меня никогда не было.

Мужчина прижал меня сильнее к своему телу, и медленно приблизился к лицу.

— Красивая, — прошептал он немного хрипло, опускаясь все ниже, сокращая расстояние между нашими губами. — Ты очень красивая. Тебе кто-нибудь говорил, Арилейна?..

Он перебирал пальцами волосы у меня на затылке, а я не могла отвести взгляда от его рта, произносящего мое имя на расстоянии пары миллиметров.

Не знаю в какой момент это произошло, но, кажется, я распахнула губы в ответ.

Кровь в жилах начала кипеть.

И тогда Дайрен вдруг отстранился и широко улыбнулся, самоуверенно скрестив руки на груди.

— Я же говорил: ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал!

Как в прорубь нырнула. Даже все слова закончились.

— Что ты?.. Я…

— Ну, ладно-ладно, губу-то не раскатывай. Я же сказал, что не дотронусь до тебя, — фыркнул он, и на губах застыла самодовольная усмешка.

— Да не нужно мне чтобы ты до меня дотрагивался! — наконец, набрав воздух в легкие, громко бросила я. — И вообще, раз ты никак не можешь сообразить, зачем я тебе сдалась, я, пожалуй, пойду. И к Фауне твоих мантикор.

Резко развернулась и почти бегом подлетела к двери. Схватилась за ручку, чтобы потянуть на себя, и в ту же секунду замерла. Точнее я-то старалась вырваться изо всех сил. Но словно невидимая паутина прочно удерживала на месте. Даже дышать стало тяжело.