Кукловод
Шрифт:
Тут он вспомнил, что еще неделю назад обещался заехать к знакомому художнику, Кольке Сидоркину, на именины. Тогда у Алексея просто не было денег на хороший подарок, да еще появились неожиданные дела. Сейчас в его кармане лежали десять тысяч, чем не повод, чтобы заявиться с подарком?
Он набрал номер, и на том конце провода кто-то натужно захрипел, а затем, гулко прокашлявшись, спросил:
– - Кто это?
– - Привет, Николай, это Алексей...
– - А-а, Клест, тудыть тебя в пекло! Ты куда пропал-то?
– - Да все дела... Я тут подумал, может, задним числом к тебе в гости нагрянуть, подарок вот
– - Срать на подарок, ты мне лучше пузырь привези. Вчера так набухались -- башка совсем не варит. Полдня лежу никакой, до магазина дойти не могу, а организм опохмелиться требует...
В итоге Алексей купил бутылку "Бульбаша", а в придачу все же приобрел трубку из вишневого дерева. Товарищ курил исключительно трубки, это знали все его знакомые, и при случае всегда дарили именно курительный прибор. У Сидоркина уже скопилась неплохая коллекция, и поэтому Клест не стал ломать голову над тем, что подарить товарищу.
Домой он вернулся только поздно вечером. У Николая пришлось немного выпить ради приличия, остальное тот вылакал сам. По пути домой Алексей заехал в круглосуточный магазин, где прикупил продуктов на часть гонорара. Проходя по своему двору, посмотрел, не стоят ли по соседству незнакомые машины. Вроде все было чисто. Внимание Клеста привлек только пьяный бомж, дремавший возле подъезда. Лица его было не видно, а рядом лежала пустая бутылка из-под дешевой, и скорее всего паленой водки.
Сюрприз его ждал, когда он поднялся на свой этаж. Не успел достать ключ, как вдруг словно из-под земли выросли пятеро парней в тренировочных костюмах и кожаных куртках - в "лучших" традициях 90-х. Среди них он определил и тех троих, которых отделал сегодня днем. Клест увидел нацеленный в лицо черный зрачок пистолетного ствола, еще двое при этом сделали характерное движение и понял, что повторить фокус с эффектным разбрасыванием в стороны негодяев вряд ли удастся.
– - Ну что, поговорим? -- перекатывая во рту жвачку, просипел один из новеньких.
– - О чем мне с вами говорить?
Алексей старался сохранять самообладание, хотя сделать это было нелегко. Все пути к отступлению были перекрыты, так что о том, чтобы ретироваться, он даже не думал.
– - Чего встал-то? Приглашай гостей, у тебя и побазарим.
– - Незваный гость -- он ведь хуже татарина, -- попробовал сострить Клест, старясь встать спиной к стене, чтобы сзади никто не оказался. Биться - так уж с умом, с максимальным уроном для противника. Рассчитывать ан помощь соседей не приходилось. Даже если кто-то увидит через глазок потасовку и вызовет полицию - пройдет минут десять как минимум. Столько он все равно не продержится. Если вообще его не пристрелят через пару секунд.
Первым ударил обиженный им днем Серый. Алексей сделал легкий шаг в сторону, и кулак верзилы смачно вошел в стену, разбрызгивая штукатурную пыль. Спустя мгновение раздался вопль боли и ярости, а широкоплечий бедняга скрючился, зажав коленями искалеченную ладонь.
Тут же на Клеста обрушился целый град ударов. Пакет с продуктами выпал из разжавшихся пальцев, и яблоки наперегонки покатились вниз по лестнице. Алексей уже не отбивался, просто закрывал голову руками, согнувшись в три погибели.
Когда он уже прикидывал, как прорваться из кольца беснующихся отморозков, пока из него не сделали отбивную, вдруг
Один из бивших его парней лежал на полу с простреленным затылком, из-под головы растекалась бура лужица, а стена напротив была забрызгана ошметками мозгового вещества. Оставшиеся тупо переводили взгляды с трупа убитого товарища на того, кто это сделал. Среднего телосложения бычок, только что участвовавший в избиении Клеста, задумчиво смотрел на зажатый в своей руке пистолет.
– - Витек, ты че? Ты ж Босса грохнул!
– - изрек один из братков, и спустя мгновение согнулся пополам, получив пулю в живот. Не дав остальным опомниться, Витек принялся палить направо и налево, и уже через несколько секунд находился в окружении агонизирующих трупов. Это была настоящая бойня. Алексей в растерянности стоял, открыв рот, не зная, что ему предпринять в такой неоднозначной ситуации.
Между тем Витек широко ухмыльнулся, и панибратски положил Клесту руку на плечо:
– - Ну, здравствуй, что ли... Ты не рад нашей встрече? Но, как ни крути, без меня тебе вряд ли удалось бы выпутаться из столь щекотливой ситуации. Разве я мог позволить этим отморозкам тебя обидеть, и уж тем более лишить тебя жизни? Мы же не закончили с тобой нашу игру, верно?
К сожалению, у нас не остается времени на беседу, наверняка кто-нибудь из соседей уже позвонил в полицию. Но я с тобой не прощаюсь. А вот обладатель этой телесной оболочки, скорее всего, прощается не только с тобой, но с этим миром. Впрочем, туда ему и дорога, пользы от него все одно больше никакой.
С этими словами он подмигнул Алексею, затем засунул ствол "Стечкина" себе в рот и на глазах у изумленного зрителя нажал на спусковой крючок.
Глава 11
– - Ну и дел ты тут натворил, -- качал головой прибывший на место бойни Леонченко. -- А кровищи-то, кровищи...
– - Ага, я натворил, -- кисло ухмыльнулся Алексей, отступая в сторону, чтобы не мешать экспертам делать свою работу. Его все еще колотила мелкая дрожь.
– - Я ж не виноват, что у них в банде псих завелся. Хотя я догадываюсь, кто это мог быть на самом деле.
– - И кто же?
– - напрягся Леонченко.
– - Тот самый тип, что руководил действиями Раевской, а потом звонил мне по телефону. Может, и слишком фантастическое предположение, но другого у меня пока нет.
– - А что, я в принципе готов в это поверить. Наверное, созрел даже для таких бредовых идей. Только к делу их не пришьешь. Что прикажешь писать в докладной прокурору области? Это же такое ЧП, до Москвы дойдет...
– - А ты ничего и не выдумывай. Пиши то, что случилось. Укажи, что один из бандитов рехнулся, перестрелял всех, а потом себя кончил. В общем, почти как у Шекспира. А что касается нашего общего друга, обладающего паранормальными способностями... Нужно его искать. Причем так, чтобы не привлекать лишнего внимания, шумиха здесь не нужна. Его игры заходят слишком далеко.