Куколка

Макбейн Эд

Ни Карпентер, ни Колхаун не могли, конечно, сообразить, о чем это он, черт его побери, говорит. Понял это Бернс, но он не испытывал желания пускаться в разъяснения.

– Забудь обо всех расследованиях, про которые я говорил раньше, – сказал он, подойдя к нему. – Просто иди домой и постарайся хорошенько отдохнуть.

Теперь оба полицейских из отдела убийств

не могли взять в толк, о чем это, черт его побери, говорит Бернс. Они обменялись многозначительными взглядами, почти одновременно пожали плечами и списали все на присущую восемьдесят седьмому участку эксцентричность.

– Ну ладно, – сказал Карпентер. – Я так полагаю, что нам тут больше нечего делать.

– Я тоже так думаю, – сказал Колхаун. Затем, увидев, что самообладание, кажется, наконец вернулось к Клингу, он решился легко похлопать его по плечу и пошутить. – Старайся все-таки не попадать в тюрьму, договорились?

Но ни Бернс, ни Клинг не улыбнулись в ответ. Колхаун и Карпентер неловко откашлялись и вышли из комнаты, так и не попрощавшись.

Она сидела в темноте больничной палаты и глядела на накаченного успокоительными лекарствами мужа, ожидая того момента, когда он наконец откроет глаза, все еще не решаясь окончательно поверить в то, что он жив, и одновременно моля бога о том, чтобы к нему вернулось здоровье.

Врачи пообещали ей безотлагательно начать лечение ее мужа. Ей объяснили, что очень трудно определить время, за которое у человека может появиться зависимость от наркотиков, главным образом из-за того, что героин, поступающий на рынок нелегальным путем, содержит в себе различные примеси, а это существенно влияет на продолжительность процесса возникновения зависимости. Правда, Карелла уже сказал им, что первый укол ему сделали в пятницу поздним вечером, а значит, воздействию наркотиков он подвергался чуть более трех суток. Они выразили мнение, что если Карелла никогда не пользовался наркотиками до этого, то это не так-то уж и страшно. Если брать качество поступающего наркотика в среднем, то возникновение зависимости наступает в ходе двух-трех

недель и лишь после этого человек становится хроническим наркоманом. Во всяком случае они сразу же приступят к стимуляции процесса отвыкания и выразили уверенность в том, что лечение даст положительные и стойкие результаты. Они объяснили ей также, что в случае с Кареллой не наблюдается симптомов зависимости, характерных для настоящих наркоманов, тут они пустились в пространные объяснения того, какие бывают психические отклонения, говорили о том, что разные люди обладают разной сопротивляемостью организма, и только после этого один из врачей вдруг полушепотом спросил ее, не наблюдалось ли в прошлом, чтобы Карелла вдруг проявил интерес к наркотикам.

В ответ Тедди энергично отрицательно покачала головой. В таком случае все обстоит просто отлично, заверили они ее. Они просто уверены, что все быстро утрясется. Она тоже может полностью быть уверенной в этом. Что касается его носа, то завтра будет произведено более тщательное обследование. Пока что им не удалось установить точной даты нанесения травмы и пока еще неизвестно, начали ли срастаться поврежденные кости. В любом случае они берутся восстановить его внешность, хотя не исключено, что для этого может потребоваться хирургическое вмешательство. Во всяком случае она может быть уверенной в том, что будет сделано все, что в их силах.

А пока что – нет ли у нее желания посмотреть на него?

И вот сейчас она сидела в полумраке больничной палаты. А когда он наконец открыл глаза, то казалось, удивился, увидев ее здесь. Потом он улыбнулся и прошептал: "Тедди".

Она счастливо улыбнулась в ответ и легонько коснулась кончиками пальцев его лица.

– Тедди, – повторил он. А потом он произнес очень странные слова. – Это так тебя зовут, – сказал он. – Видишь, я не забыл этого.

В палате было темно и ей плохо были видны его губы, поэтому она решила, что, должно быть, просто неверно прочла выговариваемые им слова.