Кукурбит
Шрифт:
Алекс. Асасина. Только она сама.
Денис. Зачем ей устраивать хиппиш на собственном уроке, пробирки губить?
Зарина. Может, у нее с головой проблемки – после того как Йети того… Лучше скажите: кто-нибудь видел, что она умеет рисовать портреты?
Александра. Может, ей кто-нибудь помог нарисовать? Какой-нибудь художник.
Тигран. Чарнецкий хорошо рисовал…
Все смотрят на него.
Тигран. Я просто вспомнил. У него в
Алина. В каком гараже?
Тигран. Вы что – никогда у него не были? Гараж у них в доме во дворе, он туда переехал, когда его отчим достал.
Давид. Я вообще не в курсах, что у него отчим. По-моему, никто из класса не был дома у Йети.
Тигран. Я был. Даже ночевал.
Александра. Кстати, Делия в художку ходила раньше. Ну, до того, как на домашнее обучение перешла. А может, и сейчас – не знаю…
Шаги на лестнице. Все замолкают и прислушиваются. На лестнице появляется Роза, мать Делии, стройная женщина лет сорока. Ребята встают.
Роза. Что еще случилось?
Денис. Мы к Делии пришли, а никого дома нет.
Роза. Я не думала, что вы знаете ее адрес. С первого класса ни разу не приходили.
Алекс. Просто она как бы в школу редко ходит…
Роза. Но она же по-прежнему ваша одноклассница, да? А еще отец у нее погиб пять лет назад, на Кавцинке – завод был такой во Владикавказе, кто не знает. Я думаю, это необходимость – прийти в такой момент.
Зарина. Мы не были уверены, что это удобно. Что это корректно…
Роза. То есть, сейчас вы уверены, что корректно прийти и сидеть в подъезде… Странно… Ну, хорошо, сидите, я домой.
Давид. А Делия когда придет?
Роза. Понятия не имею.
Отпирает дверь и скрывается в квартире. Ребята стоят, переглядываются, потом начинают спускаться по лестнице. Внезапно с крыши слышен стук.
Денис. Кто-то стучит. Слышите? Надо открыть, там кто-то есть.
Алекс. Да ну тебя. Это ветер!
Удары становятся громкими.
Тигран. Это слегка напрягает.
Денис и Давид лезут на лестницу открывать люк чердака. Денис высовывает голову наружу.
Денис. Кто тут?
Давид. Что там? Дэн, подвинься.
Но Денис пятится вниз, а из люка появляется фигура в черном, капюшон скрывает лицо, но по одежде видно, что это Чарнецкий: в такой же куртке он был в горах перед тем, как сошел сель.
Зарина. Йети…
Внезапно свет гаснет. Подростки с криками бросаются вниз, натыкаясь друг на друга.
4
Школьный класс. За окном идет снег. Школьники подавлены. Георгий Давидович присел
Георгий Давидович. При чем тут я? Вы за что мой урок срываете? Ада, ты староста – давай, встань и объясни, чего вы от меня хотите.
Ада встает. Заминка.
Ада. Георгий Давидович, вы нас тогда в горы водили, когда все это случилось.
Георгий Давидович. И что? Я мог, по-вашему, предвидеть, что сойдет сель? Или я его специально пустил?
Ада. Нет, я так не думаю.
Георгий Давидович. Я рад, благодарю.
Алекс. Проблема не в вас, Георгий Давидович. Но вы заставили нас поехать домой, а ребят никто не искал. И не нашел.
Георгий Давидович. Я заставил? А вы что – просили меня о чем-то другом? Насколько я помню, все были в шоке. И когда приехали спасатели, вы думали только о том, чтобы поскорее спуститься к автобусу.
Алекс. Я лично предлагал идти на поиски!
Тигран. Я тоже!
Алина. Нет, ну так-то все испугались. Это естественно.
Ада. Вообще-то мы надеялись на спасателей. Они профессионалы, это их работа.
Залина. А они ничего не сделали.
Людвиг. Поискали пару дней, не нашли и уехали в город.
Георгий Давидович. Они искали с двадцать пятого сентября по 10 октября, я был с ними на связи. Потом все ущелье завалило снегом. Они еще будут искать, когда все растает.
Алекс. Когда растает? И что они найдут спустя полгода?
Георгий Давидович. Послушайте. Сель пропахал все ущелье, вы же сами видели. Смел тропу, деревья, камни, завалил автодорогу. Все, что встречалось на его пути, превратилось в фарш. У них не было шансов.
Тигран. А вдруг, Георгий Давидович, а вдруг! Бывают же счастливые случаи.
Георгий Давидович подходит к доске, рисует на ней мелом схематично.
Георгий Давидович. Вот ущелье, вот дорога, вот обрыв к реке. Вот путь, по которому прошел сель. Искали и сверху, и снизу, и вдоль, и вглубь. Где еще мог быть этот счастливый случай? Меня затаскали по допросам, два раза возили на место ЧП, я был в суде. Чего еще вы хотите от меня, и почему этот разговор затевается три месяца спустя? Не хотите учить историю – не надо. Можете сидеть тут и молчать. До свидания.
Георгий Давидович выходит из класса. Несколько секунд все и правда молчат.
Алина. Слушайте, вы бы лучше выловили Делию и поговорили с ней. Она с тех пор не вообще не появляется в школе – даже на контрольных. Это же неспроста.
Людвиг. А что она может знать такого? Это несчастный случай, стихийное бедствие. Между прочим, если бы мы не торопились, если бы Георгий Давидович тогда не поторопил нас, то нас бы всех – в фарш. Это чистая случайность, что Йети и Маринка отстали…