Кукушонок

Я спал, мне снился сон: Мои ножки обутые в кеды, шустро топали по тропинке, ручки тащили пластиковое ведерко в котором плавали небольшие карасики, сам я пыхтел — но темпа не сбавлял. А вот наконец и мой дом:

— Бабуля! Ты где? Я рыбу поймал!

На крыльцо вышла моя бабушка, она ласково потрепала меня по голове и сказала:

— Добытчик ты наш. Вот «Мурка» обрадуется!

— Почему это сразу «Мурка»— обиделся я. — Сами съедим.

Вспышка! Вспышка! Вспышка!

Я спал, мне снился

сон: Я стоял в школьном туалете в окружении группы старшеклассников.

— Ты зачем «Фингала» учителке сдал? — спросил меня «Свиба».

— А зачем он мелочь по карманам в раздевалке тырит? — я шмыгнул носом.

— Ты щегол совсем оборзел! — «Свиба» замахнулся кулаком.

Вспышка! Вспышка! Вспышка!

Я спал, мне снился сон: Я стоял в небольшом кабинете, рядом со стендом увешанным чертежами. Предо мной на стульях сидели серьезные мужчины с блокнотами в руках.

— Таким образом, в результате своей дипломной работы я спроектировал электрооборудование смесильно-сушильного отделения.

— Что скажете коллеги? — спросил председатель экзаменационной комиссии.

Вспышка! Вспышка! Вспышка!

Я спал, мне снился сон: Вцепившись в «эвакуационную» петлю обеими руками, я ползком волок Андрюху по грязному снегу: «Потерпи братан, сейчас мы до угла доползем и я тебе перевязку сделаю». Обернувшись я увидел, как бородатый мужик присев на одно колено целится в нас из гранатомета: «Черт! Черт! Черт!»— я судорожно попытался стащить с плеча автомат.

Вспышка! Вспышка! Вспышка!

Я спал, мне снился сон: «Би-бип, би-бип, пи……..»

Вспышка! Вспышка! Вспышка!

«Какого… здесь вообще происходит?»— подумал я. Я огляделся по сторонам. Я лежал в саркофаге без крышки, он отдаленно смахивал на гроб, который стоял посередине комнаты с белоснежными стенами. Потолок был странный, на нем не было светильников, он весь излучал приглушенное сияние. Другим словом это назвать было нельзя, он мягко переливался различными оттенками белого цвета — от жемчужного до голубого. Больше ничего в комнате не было. Дверей также не наблюдалось. «Замуровали, демоны!»— подумал я.

— Эй! Кто-нибудь! Мне конечно же никто не ответил. Потихоньку выбравшись из саркофага, я подошел к одной из стен. Как только я к ней приблизился, на ней проступили какие-то черные закорючки. «Ну и что это за кракозябры?»— мысленно вопросил я. Перед моими глазами тут же развернулось зеленое меню: «Перевести?» — замигал знак вопроса. Шлепнувшись на пол, я потряс головой — меню исчезло. Только тут я обратил внимание — что я какой-то не такой. Худенькие ручки и ножки, и сам я был какой-то мелкий, на теле практически отсутствовала растительность, ощупав голову я обнаружил, что она лысая и покрыта мелкой сеточкой шрамов, приглядевшись повнимательней, я обнаружил такую же насечку по всему телу. «Да я же пацан! — догадался я. — И похоже на то, что я изуродован — мне бы зеркало». «Показать?»— замигало меню.

— Ну показывай, что с тобой поделать. — вздохнул я. На стене проступила зеркальная

поверхность, подойдя к к ней, я увидел отражение худощавого мальчишки лет десяти самой обычной внешности, на меня в детстве он совсем не был похож. Если шрамы на теле были почти не заметны, то на голове и ладонях они просто бугрились. Ощупав себя, я обнаружил что под кожей находятся какие-то уплотнения. «Мало того, что я мелочь пузатая, так я еще и урод!»— расстроился я. На мое огорчение, детское тело отреагировало соответственно — на глазах выступили слезы. «Не плачь, шрамы заживут через цикл. Есть хочешь?»— замигала «менюшка». «Да она еще и мысли мои читает! А ну пошла из моей головы!»— возмутился я.

— Так лучше? — спросил меня нежный женский голос, раздавшийся со всех сторон. — Кушать будем?

— Есть мы будем, только вот — кто ты такая?

— Я твоя мама. Ошалевшими глазами я наблюдал как из стены выехал стул и стол уставленный множеством тарелочек, графинчиков и еще бог знает чем, подумал: «Какая-такая мама? Свою мать я прекрасно помню! Она не разговаривала со мной через динамики, если что не так, она лично меня воспитывала с помощью: Эээ… ну в общем воспитывала!»

— Садись и ешь! — строго скомандовала «менюшка».

— А можно одеться сначала? Из стены вывалился пакет упакованный в тонкую пленку. Я надел на себя: футболку, шорты и кеды. Не чинясь присел к столу и начал сметать все что было в тарелках. «Чего мне стеснятся? Кормят, поят, одевают. Хорошие мамы примерно так себя и ведут. Но своих детишек они в комнатах не замуровывают!»— подумал я.

— А я тебя и не запирала! — обиделась «менюшка». — И не зови меня «менюшкой», — меня Лана зовут.

— Выходит ты мама Лана? И с чего это ты стала моей матерью? — удовлетворенно вздохнув, я откинулся на спинку стула и оглядел пустую посуду:

— Мамы — это стихийное, природное явление неподвластное законам физики, к тому же обладающее способностью в любой момент времени и в любой точке пространства оказывать педагогическое воздействие на своих детей. А ты всего лишь бестелесный голос, — таких мам не бывает! И тут я получил хороший такой подзатыльник.

— Вы посмотрите на этого оболтуса! От горшка два вершка и он еще учить меня будет! Я его вырастила, я его выкормила, а он тут мне глупости всякие говорить будет! А ну быстро мне ответил — кто я такая? Я схлопотал еще один подзатыльник. Лязгнув зубами, я начал оправдываться:

— Чего сразу дерешься? Что я такого сказал? Да понял я, понял — ты моя мама! Воздух уплотнившийся перед моим лицом в призрачную ладонь развеялся.

— Вот то-то! Что-то я в последнее время совсем родительские навыки потеряла. Прости меня малыш! — по моей голове пробежался ласковый ветерок и боль утихла, как будто мамина рука забрала ее. Она заплакала.

— Чего реветь-то? Зачем плакать-то сразу? — засуетился я. — Подумаешь подзатыльник! Я еще и не такое вынести смогу! — я гордо выпятил тощую грудь и задрал нос. Лана рассмеялась: