Куллан-1

Дубровин Евгений Пантелеевич

– Знаешь что? – вдруг дыхнул на меня портвейном шеф. – Давай меняться!

– Как это меняться? – не понял я.

– Местами. Ты грузчиком станешь, а я этим… доктором по микробам.

– Кандидатом

наук, что ли, хочешь стать? – дошло до меня наконец.

– Ну да. А чего ж. Что я, хуже других?

– Но я не понимаю, как…

– А это уж не твоя забота, – горячо заговорил Петр Петрович. – Ты только мне свои корочки дай, а там мы все оформим в чистом виде. Бороду, как у тебя была, отпущу, туфли лаковые у меня есть, очки темные нацеплю. А микроскоп я уже достал. Японский. В десять тысяч раз блошек преобразует. В долгу не останусь… – Петр Петрович ловко снял со своего пальца перстень, может быть, с «Кулланом-1» и надел на мой палец.

Сноп голубого света ударил мне в глаза, ослепил, все поплыло вокруг меня, и я вроде бы стал погружаться в глубокое холодное озеро. Сквозь толщу воды до меня доносились слова:

– Ты только… не зазнавайся… Допускай меня до ящиков… Я

не подведу… На совесть буду вкалывать…

Петюня и в самом деле оказался хорошим работником. Помогая себе животом, он несся на склад сразу с двумя ящиками и не брал особо много дефицита. Вот только мне не нравится его бородка – клинышком, лаковые туфли и черные очки. Я недовольно шевелю бровями и колю своего бывшего шефа лучом – лазером, испускаемым, может быть, самим «Кулланом-1».

– Сбросил бы ты всю эту мишуру, Петюня. Позоришь только наш дружный коллектив. Подумаешь, кандидатом стал. Сейчас камнем бросишь – в кандидата попадешь. Делом надо заниматься, а не инфузорий туфелек разглядывать. Лучше бы туфельки у дам разглядывал. Намного интересней.

– Сброшу, Матвей Иванович, – подобострастно улыбается Петюня. – Ха-ха-ха! Насчет туфелек вы это здорово сострили, Матвей Иванович.

Я хлопаю бывшего шефа по плечу, и мы идем пить «Портвейн-33» и закусывать импортными овощными микробами.