Куница Том 4
Шрифт:
— Надолго это?
Куница пожал плечами.
— Не знаю. Насыщенность сильная, так что запросто продержится несколько часов. Командуй отбой. Я к нашим пленникам, прослежу, чтобы всё было в порядке.
Женщина кивнула, доставая рацию. Пошли команды, хотя скорее попытка разобраться, что делать. Метель парализовала часть города.
За окном продолжал падать снег, несмотря на то что они ушли за пределы действия заклинания. Парень поддерживал напарницу, помог добраться до кровати и сесть. Затем поспешил закрыть двери и окна. Пока он это делал, девушка осторожно сбросила с себя одежду. Сложно было только с бронежилетом-разгрузкой,
— Демоны, Афина! — парень, закончив с окнами, подошёл к напарнице. — Ты вся в царапинах.
— Я заметила, — проворчала девушка. — Проклятие, всё ещё кровоточат!
При каждом движении из тонких длинных порезов начинала сочиться кровь, немного из каждого отдельного, но сами царапины обильно покрывали тело.
— Времени прошло много, почему кровь не останавливается? — парень осторожно дотронулся до царапины и немного развёл в стороны, открывая тонкий безупречный порез.
— Артур! Прекрати меня рассматривать и наложи уже бинты! — потребовала девушка.
— Да, конечно!
Дело заняло много времени. Парень чистил каждую царапину, обрабатывая её специальным аэрозолем, затем покрывал медицинским гелем, а уже потом накладывал снаружи липкую повязку. Перебинтовывать все раны не имело смысла — потребовалось бы бинтовать всё тело. Когда с этим было покончено, Афина смогла одеться, хотя очень хотелось в душ.
— Это полный провал, — вздохнул парень. — Еле ноги унесли.
— Не ной, — одёрнула Афина. — Унесли же.
— Попробуем ещё раз?
— И влезем в ещё одну ловушку? Лучше подготовленную? Забудь! Отдыхаем и уходим.
Сказав это, Афина легла и отвернулась к стене. Артур постоял немного, глядя на напарницу, после чего сел в кресло и в такой позе постарался расслабиться и задремать.
Глава 48
Петроград. Поместье Волконских.
Ноябрь 1983
Я сидел в кресле и наслаждался жизнью, поглаживая волосы Славы. Мы не мирились, не потребовалось, я просто вошёл в холл особняка, и через секунду мне на шею уже бросилась Слава, я её обнял, и на пару десятков минут мы были потеряны для мира. Слава и до сих пор потеряна для мира, сидит у меня на коленях и дремлет, уткнувшись носиком в шею. Всё остальное будет потом, все проблемы, все споры, все конфликты. Всё отложил на когда-нибудь. Прямо сейчас я наслаждался моментом.
— Церемония награждения будет проходить по всем правилам, во дворце, — нудил Волконский. — Награждают отличившихся участников Сентябрьского Восстания. Халифат и вся атрибутика, которую использовали восставшие, намеренно игнорируется. Просто бунт в колонии, не больше.
Мне кажется, если прислушаться, можно будет уловить, как Слава мурлыкает. Или мне только кажется?
— Предположу, что одним лишь орденом не обойдётся, всё же ты мелковат для Георгия. Полагаю, всучат какую-нибудь делянку в Сибири, формально обозвав бароном, а то и целым герцогом. Ещё можно ожидать назначения на должность. Почти наверняка что-нибудь формальное, чтобы не мешал, но был занят.
Краем глаза вижу, как на нас со Славой косятся Люда и Ядвига. Остальные показательно не обращают внимания, за что я им благодарен.
— Так что мы пока ничего не планируем, — продолжал Владимир. — Сначала посмотрим, чем закончится
— А Диму, да и всех нас, могут на военную службу привлечь? Послать ещё одно восстание гасить? Нет? — спросил Миша, который мой брат.
Волконский задумался.
— Дмитрия и Мартенов могут, но только их, — высказала своё мнение Крсманович.
Волконский поправил:
— Всех участников команды тоже, но это всё же маловероятно. Цель всего этого действия — сделать Дмитрия публичным лицом, чтобы он всегда был на виду.
— Целей может быть несколько, — не согласился Вицлав. — Я даже осмелюсь предположить, что целей несколько, и публичность может оказаться не главной.
Владимир развёл руками:
— Пока новой информации у нас нет, поэтому это поле для предположений и теорий.
— А что с Катериной и этим, Ярославом? — спросила Люда, заставив себя отвернуться от нас со Славой.
Волконский на мгновение позволил проявиться на лице неудовольствию. Похоже, не хотел он эту тему затрагивать сейчас. Но мы бы её в нашем обсуждении всё равно не обошли, так что неудовольствие было кратким, мимолётным.
— Катерина мало что может сказать. Она — исполнитель. Назвать несколько имён, которые сейчас уже не актуальны, описать некоторых людей, что тоже лишено смысла, у этой группы в ходу артефакты, меняющие внешность. Ярослав не горит желанием делиться информацией. К счастью, выбора у него нет.
Князь поднялся, прошёл до бара.
— Только информация эта противоречива. И мне придётся зайти издалека, чтобы рассказать всю историю. Готовы слушать?
Народ зашевелился, тоже разбирая выпивку. История будет не настолько длинная, как они, видимо, рассчитывают. Хотя какая разница, меня куда больше интересовала зашевелившаяся в дрёме Слава.
— Ярослав — ненастоящее имя. Его настоящее имя Карол Вхински, сын Августа Вхински. Довольно древний чешский род, ветвь которого в восемнадцатом веке приехала в Россию по приглашению императорского дома, разводить лошадей. Чем графы Вхински и занимались до начала нашего века. В десятые годы князья Безуховы интригами обесценили конный завод Вхински и выкупили, за бесценок, разумеется. Для семьи Карола это закончилось полной трагедией. Сам Карол тогда ещё не родился, но наслушался об этом от отца. Сёстры Августа остались без приданого, а Безуховы позаботились, чтобы у баронов Вхински не появилось влиятельных союзников. Кто-то уехал в Чехию, где их, естественно, не особенно-то ждали. Август решил остаться, пошёл на службу к барону Бурову из Новосибирска. Там и родился Карол.
Слава всё же проснулась и нежно поцеловала мою шею. Я шепнул ей:
— Уединимся?
Девушка улыбнулась. Очень многообещающе улыбнулась.
— Обязательно. Но позже. Я хочу дослушать.
Волконский тем временем продолжал.
— Мои люди уже проверили рассказ Ярослава, как минимум история его семьи точно чистая правда. Официально жизнь Карола Вхински обрывается в тысяча девятьсот шестьдесят восьмом. Один из детей барона Бурова попытался изнасиловать сестру Карола. И по всей видимости, убил, хотя официально дела не было заведено, остались записи от патологоанатома. Девушке провели вскрытие, в записи указано, что потребовал провести процедуру, да и само тело доставил Карол. Следы изнасилования имелись, как и следы насильственной смерти. По словам Ярослава, он отомстил за сестру и инсценировал свою смерть. Старый Август умер своей смертью незадолго до этого, мать их умерла ещё раньше. Так род Вхинских в Российской Империи обрывается.