Курсант. Назад в СССР 12
Шрифт:
– Фарцу? – уточнил я. – Что-то я не наблюдал в Литейске наплыва иностранцев.
– Фарца – это дурачество по сравнению с делами Туза. Спекуляция и распределение дефицита, незаконное списание, реализация неучтенки. В общем, в городе орудует торговая мафия, на которую когда-то охотился мой отец, будучи еще при погонах.
– Он, вроде, и сейчас не оставил эту затею.
– Что? Это он тебе сказал?
– Да.
– Вот старый
– Думаешь, Ибрагимова подослал Туз?
– Я не знаю… – вздохнула Варя. – Говорят, что Туз промахов не допускает. Если бы это был он, то…
Девушка осеклась, всхлипнула и подалась ко мне через столик, будто прося поддержки. Я по наивности предложил ей свою «жилетку». Варя прижалась к моей груди и тут же поцеловала меня в губы. Односторонне. Быстро и коротко, словно по-дружески, но друзей в губы не целуют. Дьявол кроется в деталях, и эти детали были горячие, мягкие и чувственные.
Твою мать! Я вдруг почувствовал себя так, будто только что изменил Свете…
Глава 7
Я, конечно, отстранился от Вари, но что уж теперь… После драки вилами не машут. В конце концов, поцелуй – это шалость. Если он односторонний, так сказать. Но Варе на всякий случай напомнил:
– Вообще-то, я женат.
– Не обманывай, – прищурилась Соловейчик, словно ироничная училка пыталась застукать на лжи нерадивого школьника. – Вы с ней даже не расписаны…
– Это не имеет значения, – коротко мотнул я головой. – По долгу службы проблематично отношения заверить. Но они все равно есть.
– Андрюш… Ну я же вижу, что тоже нравлюсь тебе… – Варя игриво провела пальчиками по моей руке, я поднял эту руку вверх, подзывая официанта, чтобы рассчитаться, но вспомнил, что мы в кафе-кулинарии, а не в ресторане. И расчет уже произведен был на кассе. Блин… Совсем сбила меня с толку Варюха своим флиртом. Хотя не скажу, что мне не понравилось. В голове вдруг всплыло недовольное лицо Светы, оно особенно прекрасно в тихом гневе. Я про себя подумал и мысленно ей закивал: «Говорю же, не понравилось». А вслух я уклончиво так произнес:
– Мне много, что нравится… Но тебе лучше сосредоточиться на нашем деле, а именно, на Анатолии.
– Ой, Андрюш… Да ладно… Никуда он не денется, ты же знаешь, я за ним приглядываю.
– Молодец… Когда в следующий раз он смоется из квартиры ночью, если такое случится,
– Ну да… Пока соединит, пока ты встанешь, оденешься и приедешь, его уже и близко не будет, – скривила губки Соловейчик.
– Что предлагаешь? – поскреб я бровь.
– А что тут сделаешь? Попробую сама за ним незаметно проследить… Только мне машина нужна будет своя. Чтобы во дворе всегда стояла, и никто об этом кроме меня и тебя не знал. Сможешь организовать?
Отличная идея, а Варя не промах… Еще и водить умеет. Но, поразмышляв, я сказал совсем другое.
– Нет, – замотал я головой. – Это опасно… А если Толя окажется нашим Литератором?
– Ты же сам говорил, что мне ничего не грозит. Ведь он влюблен… Не посмеет…
– Да, но… Когда ты узнаешь его тайну, то психопат всегда выберет себя, а не любовь.
– Психопат?
– А разве тот, кто методично убивает нескольких людей подряд, может считаться нормальным?
– Тогда Толя – не Литератор, – с некоторым облегчением вздохнула девушка. – Он, вроде, нормальный… Только иногда психует. Но с кем не бывает?
– Все они кажутся нормальными, – мой голос, хоть и не специально, прозвучал как-то зловеще. – Ты думаешь, у маньяка на лбу написано, что он убийца? Последняя наша «подопечная» по громкому делу вообще судмедэкспертом работала, вскрытия жертв и экспертизы проводила. Представляешь? Помогала, так сказать, нам ловить себя. При этом с виду была вполне приличной и интеллигентной девушкой, спортсменкой-комсомолкой, что называется. А потом выяснилось, что в ней еще жила другая личность. Темная и мстительная. Вот и представь себе картину. Ей даже притворяться не пришлось, ее первая личность искренне верила, что хочет поймать убийцу, которой сама и оказалась. Так что насчет Анатолия я бы так не обольщался. Он в подворотне на меня с ножичком напал, помнится, и ты это прекрасно видела. И вообще… Мутный он какой-то. Вроде, безобидный, а вроде – и нет. Ты что загрустила?
– От твоих слов, Андрей, веселья мало, – вымученно улыбнулась та. – Я уже начинаю бояться оставаться наедине с Толей… Пистолет бы мне какой-никакой. Эх… Жаль, что прокурорским оружие не дают. Слу-ушай! У тебя не завалялось лишнего пистолета нигде случайно?
Так спросила, будто речь шла о носовых платках.
Конец ознакомительного фрагмента.