Шрифт:
Глава 1. Егор Коптев
Мы не могли поступить иначе. Мне позвонила Маша. Она вообще взяла на себя эту ношу, достучаться до всех, до кого только можно. Коротко и по делу сообщила, что произошло, без подробностей. Обозначила время и место мероприятия.
Пришлось матери говорить, что я сдаю билеты и еду в город обучения чуть раньше. Благо поменять удалось без проблем. Народ хоть и бурчал, но все-таки причина оказалась более чем весомая.
На самом деле желанием возвращаться в институт не
В этот раз сессию я сдал с тройками. Немудрено, логика давалась мне еще хуже, чем всем остальным. Хотя мне показалось, что на экзамене я тупо не попал в струю. Ни списать не смог, ни ответить.
Объективно, мне и парашу ставить было не за что, но все же… Неожиданно чуть не завалил зачет по физо. Они у нас с огневой каждый семестр. Экзамены будут на пятом курсе.
Я ногу подвернул, когда три километра бежал. Прям на повороте. У нас спортгородок такой… Не очень, в общем. Покрытие старое, асфальт. Скользкое. Ну, вот я и не удержался.
Ребята подхватили, дотащили. Сохин пошел договариваться, и физошники уступили. Они-то знали, что я всегда в тройке на курсе пробегал. Ну, бывает, что не везет человеку.
Остаток вроде прошел без происшествий. Экзамены сдались, было даже весело пару раз. Квартира, правда, убитая попалась, да жил я с парнем из моего города из третьей группы.
Мы логично пришли к выводу, что так удобнее будет. Все же домой ездить отлично, ему обещали тачку подогнать родаки после отпуска. Мы в нарядах пару раз стояли вместе в ДП. Как раз после того как Сема из ковша выпал.
Ну и повелось как-то. Садился в поезд, и не верилось, что возвращаюсь. Потому что поселилось стойкое ощущение, что я не уезжал. Да и повод очень нерадостный. Но у меня даже и в мыслях не было его задинамить.
Плацкарт был полон орущих детей и запахов вареных яиц. У меня тоже с собой было, что уж там. Стандартный набор: курица, пара огурцов и яйца. Можно было, как на Пасху, устраивать бои. Только что яйца некрашеные.
Поезд курортный, полка верхняя боковая. Но хоть такая была. Народ, видно, решил с маленькими детьми последние денечки лета поймать. Да и в Сочи сейчас бархатный сезон.
Через пару часов пошел прогуляться. В третьем вагоне неожиданно наткнулся на Аленку нашу. Она сидела и ела огурец. Вот это поворот! Незаметно подсел к ней:
– Девушка, а у меня еще и яйца есть. Домашние.
Она подавилась, и пришлось ее по спине пару раз ударить. Когда девушка откашлялась, посмотрела на меня возмущенно. Точно, я и забыл, какая она сварливая, но было поздно:
– Коптев, опять ты со своим юмором! Я думала, ко мне извращенец какой подсел!
Она принялась спешно закручивать кулек с куриной грудкой и скорлупками от яиц. Я же усмехнулся. Я же не виноват, что
– Ты тоже, значит, едешь. Удивлена. Наших больше никого не встретил?
Пожал плечами. У нее еще конфеты лежали сбоку. Бесцеремонно полез за ними, получив удар по руке.
– Хорош! Троглодит. Я тебе пару штук дам. Ты в том году в наряде по столовой всю пачку мою сожрал. Я тебя знаю!
– Да я голодный был, Ален, что ты жмотишься? У меня глюкозная недостаточность!
– А ты шути меньше, глядишь, мозг не будет так сильно напрягаться. Достал поджирать все, что в зоне видимости!
Тем не менее пять конфет она мне под нос сунула. В этом вся Аленка. Гундит как бабка старая на завалинке. Не хватает только возгласов: наркоманы-преступники и проститутки. Но на деле добрая девка. Вон, едет вместе со мной на не самое радужное мероприятие.
Засунул пару конфет в рот разом. Я обожал сладкое. Мне даже на день рождения дарили одногруппники огромный набор сладостей. Кайф! Пережевывая, ответил ей:
– Да хрен знает, кто еще будет. Я не писал и не звонил особо никому. Сама понимаешь, не каждый вот так сорваться может.
– Ага, знаю. Но, походу, реально почти все будут. Дианка заграницей, и то порывалась. Ей отец денег на билет не дал. Она там рыдала в чате нашем бабском. Даже жалко.
– Ну да, они ж вроде как друзья. Типа того…
Задумался. Плохо, что Дианки не будет. Мне кажется, она была бы прям вообще кстати. Она эмоциональная, взрывная. Смогла бы отвлечь друга от того, что случилось. Но в любом случае через неделю на пары.
– Егор, тебе тоже Маша писала?
– Ага, позавчера. Я еще переживал, что билет не смогу поменять. Поезд-то почти сутки идет. Ночью с тобой приедем, а утром уже того. На мероприятие.
– Да какое там мероприятие… Страшно.
Она обхватила себя руками. И даже гундеть перестала. Просто смотрела перед собой в одну точку и раскачивалась под мерный ход поезда. Я даже растерялся. Никогда не вникал в эту ситуацию, но и в стороне не стоял. Попытался поддержать ее:
– Да ладно, Иванова. Там все давно шло к этому. Сама понимаешь. Мне иногда казалось, что он сам реально чувствует.
– Как можно такое чувствовать, Егор?! Это же страшно! Это же самый близкий человек. И такое…
– Да как бы ты сама знала. Там до близости…
– Не нам судить.
Мы оба замолчали. В отличие от меня, у Алены полка была нижняя обычная. Сидеть можно было спокойно. Сверху спали два мужика, а внизу женщина.
Она отвернулась от нас, громко храпя. Вот тебе и дамочка. Вверху вон только сопели, а тут классические такие раскаты грома на весь вагон. Синхронно с кем-то с первых рядов.
Даже шутить не хотелось. Аленка все была хмурая. Мы еще поговорили с ней минут пятнадцать на всякие темы. Обсудили начало третьего курса и предметы наши новые.