Курсанты – 4
Шрифт:
Я была так удивлена случившимся, что не могла прийти в себя третий день. Расставание с очередным парнем меня расстроило меньше, чем тот факт, что из этого института можно вылететь, даже если ты внук генерала. Хотя, казалось бы, причем тут я?
Но раз уж таким ребятам приходилось несладко, то что говорить о таких как я, которые звезд с неба не хватали. Васильев тоже в шоке был. Смотрел на меня, и словно мы с ним на одной волне были. А как же! Оба ни рыба, ни мясо. Что касается остальных… Я думала, что такую новость будут мусорить
– Итак, все готовы? Будем вызывать вас по одному. Кто там первый? Ахундов, прошу.
Покосилась на комиссию. Вот тебе и стартовое испытание. У всех нормальных людей сессия в конце семестра, а у нас первые испытания уже в начале. Такое себе приключение. Защита практики! Как Диана сказала… Жуть!
Я покосилась на Белозерову. Нет, не то чтобы у меня были к ней какие-то особые чувства, но с тех пор как они с Макаровым перестали выпендриваться и начали открыто встречаться, я просто не могла изгнать из себя зависть.
Она такая красивая, он такой степенный, крутой, на тачке дорогой. Чем я хуже? Почему на таких выпендрежниц внимание обращают нормальные парни, а на меня всякая шваль? Последний вообще у меня три тысячи занял и пропал. Я только после поняла, что меня кинули. Хорошо хоть не спала с ним. Это же… Блин, это было совсем жалко.
Но я стала привыкать к таким ситуациям. Как же найти того самого, если сидеть и ждать? Хотя вон Диана по ходу ждала. Хотя там же еще Миша был. Интересно, она с ним спала? Мне вообще не верится, что нет.
Ахундов, запинаясь и путая термины, отвечал на вопросы. В президиуме с ним беседовал только препод по криминалистике. Рядом сидел еще один, новенький. Вот он, конечно, огонь просто! Я бы слюну пустила, но такие мужчины в мою сторону и не посмотрят даже. Он, когда зашел, я сразу не поняла, он вообще кто, препод или курсант с пятого курса. Высокий, красивый, такой как с картинки!
Костюм у него был явно не из дешевых, сумка-портфель от известного бренда, да и вообще выглядел он как модель, а не начальник какого-то там отдела в управлении. Кажется, это про него девочки рассказывали, что у них руководителем практики был.
Вот это повезло!
Тем временем народ вызывали по одному. Диана отстрелялась быстро, она говорила тоже в основном с преподом по криминалистике. Хотя странно, этот же красавчик вел у нее или нет? Хм.
Васильева помучали, как я поняла, он списал у кого-то дневник и его спалили с потрохами. Скандал не устроили, но трояк влепили. Блин, да у нас половина группы под копирку его заполняла! Я начала нервничать.
Нет, мой дневник практики заполнялся не списыванием, но я не то чтобы особо усердствовала. Вон, Семен каждый день на три листа расписал. Вот кто чуть не подставил весь курс со своим образцово-показательным. Видите ли ему на практике наставник, он же выпускник прошлого года, все рассказал и показал. Тьфу на него! Лучше бы баян привез
Дальше вышла Волобуева, и начало твориться что-то странное. Во-первых, Вика как-то очень напряженно начала все рассказывать, все время пялясь на красавчика. Я просто сбоку сидела, и мне очень хорошо происходящее за кафедрой видно было. А чтобы Волобуева, которая Грымзу выжила, так зажималась…
Девчонки позади начали шептаться. Что это с ними? Ну подумаешь, красавчик и красавчик… А! Точно, он же и у нее руководитель практики тоже. Ну да пофиг, он из своего телефона всю защиту не вылезает. Слава богу. Мало ли что ждать от этих темных лошадок!
Но я не угадала. На этот раз Круглов, так кажется его фамилия, не только вылез из телефона, но и взял «бразды правления» в свои руки. Перед нами развернулась целая баталия. Я даже забыла, что на защите дневников нахожусь.
Сначала он пытал ее по всем дням. Реально каждому. Надо было видеть лицо преподов, которые явно не понимали, что за фигня здесь происходит. Вика напряженно, но все более уверенно отвечала. Далеко не сразу я поняла странный подтекст их общения:
– Вы написали, что тридцатого июня занимались описанием документов. Будьте добры, поясните, что именно делали.
Даже не моргнув, девушка ответила:
– С радостью, вообще мне было поручено принести кофе, но следователь нечаянно пролил его на протокол осмотра. Поэтому я вручную села перебирать…
На фразе «следователь пролил» лицо допрашивающего курсантку приглашенного начальника отдела сделалось бордовым. Я покосилась по сторонам в поисках ответа. Но вокруг были такие же вопрошающие лица, полные недоумения. Одна Маркевченко сидела с выражением крайнего изумления, никак не подходившего под ситуацию. Словно уж она-то в курсе и ожидала несколько другого развития событий.
Дальше допрос, а иначе я это действо назвать не могла, потому что реально походило на то, что Волобуева подозреваемая, а это следователь, проходил еще веселее. Дни практики кончились, но вопросы остались.
– Курсант Волобуева, что вы почерпнули во время практики? Какие выводы сделали?
Тут какая-то дуэль, ей-богу. Нет, на гражданском процессе Коптеву тоже препод особый билет подготовил. Вся группа на зачете ржала, когда он прочитал первый вопрос: какой танк имеет более толстую броню на башне, «ИС-7» или «Гриль 10».
Мы выживали как могли, но, судя по всему, нынешняя защита Волобуеву достала и наконец-то наружу полез ее обычный характер. А он у нее ого-го-го и прямо-таки в стиле борца за справедливость. Я бы в жизни на рожон не полезла, но она ответила:
– Что вы любите черный кофе с молоком. Без сахара, без корицы, без маршмеллоу на кокосовом молоке, а работа в управлении действительно отличается от райотдела. В первую очередь тем, что копировать дела там сложнее, потому что томов больше и они толще. В ксерокс сложно засовывать.