Куртизанка
Шрифт:
– Проклятие! Что это, черт возьми, Мартин?
– Мощнейший оберег, капитан, особая смесь трав, высушенных экскрементов козла и чеснок. Этот секрет я узнал от своей тетушки Полин. Повесьте оберег у своего сердца, и он спасет вас.
Реми сдержал чуть было не вырвавшийся стон.
– Господи, ради всего святого, парень, что ты придумал…
– Нет! Нет, верно, он помогает. Это отвадит от вас ведьм, сударь.
– И всех остальных. Ты разве забыл, что я должен оставаться вне подозрений? – Реми пихнул мешочек назад в руки Мартина. – Благодарю тебя за заботу, но…
– О нет, пожалуйста, капитан. Вы должны надеть это. – Волк попытался сжать пальцы
– Ручаюсь, я намеревался держаться подальше от Темной Королевы.
– Нет, не от нее. Другой волшебницы, которая так околдовала вас прежде, красавицы Габриэль.
Реми напрягся при упоминании Габриэль, но только пожал плечами в ответ на опасения Мартина. Габриэль Шене может подвергнуть его жизнь опасности, предать, обречь на смерть или заключение. Но ей больше никогда не поймать в сети своих чар его сердце. В этом он уверен.
– Нет, парень. Не нужно. Я совершенно излечился. Ее чар я не боюсь. – Реми решительно пихнул маленький мешочек обратно Волку, на сей раз вынуждая мальчишку забрать его. – Теперь ты выполнил свою часть задачи. Позаботься о себе, выбирайся отсюда и жди моего возвращения в гостинице.
– Но капитан…
– Не спорь со мной, мальчик. Мы уже все обговорили с тобой, а хороший солдат всегда повинуется своему капитану.
Реми ободряюще приобнял Волка за плечи, затем легонько подтолкнул, чтобы тот пошел своим путем. Волк отступил назад на шаг, горестно наблюдая, как Реми начал подниматься по веревке – не слишком сподручное занятие в его новом костюме из скользкой ткани. Но сильный и ловкий, его капитан справился с задачей. Когда Реми вскарабкался внутрь, он задержался на какое-то время, чтобы подать короткий прощальный знак Волку.
– Уходи! – прохрипел капитан.
Волк отошел назад в тень и подождал, пока Реми не скроется из вида и окно снова не станет темным. Игнорируя распоряжение Реми, он медлил, беспокойно перекладывая маленький мешочек из руки в руку.
Вкус приключения был до сих пор приятен Волку, но сейчас он испытывал страх за старшего друга. Он чувствовал бы себя намного лучше, если бы ему удалось убедить Реми взять с собой амулет. Капитан утверждал, что стал непроницаем для чар Габриэль. Но если все обстояло именно так, почему тогда Реми столько раз за прошедшие ночи бормотал имя этой ведьмы во сне?
Вздохнув, Волк положил обратно защитный оберег в кошелек, привязанный к поясу. Он знал, что Реми хочет от него. Надо вернуться в гостиницу и ждать. Если Реми не вернется к утру, взять оставшиеся деньги и дать деру.
– И зажить припеваючи, парень, – пробормотал Волк.
Реми не произнес этого, но Волк не сомневался, что именно это капитан и подразумевал. Мальчик был доволен, что Реми уже во дворце и не может видеть его лица. Хороший солдат повинуется своему капитану, но Мартин далеко не такой исполнительный. Он не тронется с места, пока не убедиться, что его капитан благополучно возвращается.
Зал сиял сверкающим цветным водоворотом. Блестели шелка и атлас маскарадных костюмов придворных, мерцали и ярко вспыхивали, попадая в свет свечей, драгоценные камни. Трубы, лютни и барабаны наполняли воздух оживленными мелодиями. Лица присутствующих успешно скрывали всевозможные маски, танцоры скакали по комнате, улыбаясь и флиртуя с необузданным весельем, возможно, потому, что Темная Королева пока еще не появилась на празднестве. Екатерина вносила очевидную напряженность в любое самое беззаботное действо. Даже ее сын в отсутствие
Однако взгляды остальных мужчин были по большей части прикованы к молодой женщине в самом центре танцующих. Никогда еще не представала Габриэль Шене в таком блеске. Ее волосы были собраны в золотую корону на макушке, а черты лица казались еще прекраснее и соблазнительнее, частично скрытые под серебристой полумаской.
Генрих крутился подле нее, легко узнаваемый под маской из-за своих густых вьющихся черных волос и бородкой сатира.
Они двигались вперед-назад, следуя фигурам танца, и Наварра пожирал Габриэль глазами через прорези маски. Его увлечение дамой становилось очевидным для глаз, не заметить этого мог разве что слепой. Но Габриэль не испытывала ликования, наоборот, ей с трудом удалось сохранять на лице ослепительную улыбку. Девушка прекрасно знала, кого ей следовало в этом винить. Николя Реми, будь он проклят! Как она ни старалась выкинуть капитана из головы, он продолжал ее мучить. Она с ума сходила от страха за него, и ее неотступно преследовал вопрос, где Реми и на какой сумасбродный поступок он все же решится.
Иногда Габриэль казалось, что ей жилось много лучше, когда она считала его погибшим. Даже боль от потери было легче переносить, чем знать, что он где-то рядим, в Париже, презирает ее и обдумывает планы, которые грозят ему неминуемой гибелью. Почти две недели прошло без единого известия о нем, и Габриэль отчаянно надеялась, что он отказался от своих безумных попыток спасти своего короля. Но ей не удавалось поверить, что Реми вдруг изменил чувству долга, будь оно трижды проклято.
Неожиданно Генрих напряг руку. Габриэль очнулась от своих тягостных мыслей и сообразила, что сбилась с фигуры и оказалась за линией танцующих. Твердая сильная рука короля вернула ее в танец.
– Вы очень жестоки, сударыня, – прошептал Генрих, одарив ее лукавым взглядом.
– Я… прошу прощения, почему? – растерянно переспросила Габриэль, изо всех сил стараясь восстановить ритм. – Надеюсь, я не задела вас?
– Уж скорее это я отдавил вам пальцы, моя дорогая. Слишком уж я неуклюж.
Габриэль одарила его неким подобием улыбки. Генриха еще можно было упрекнуть за некоторую небрежность во внешности, но танцором он был хорошим, его мускулистое тело двигалось в такт музыке и выполняло все фигуры танца со всем естественным изяществом атлета. Сжав руки, они проскользили два шага вперед, одновременно поднялись на цыпочки, затем снова отступили на два шага.
– Нет, моя волшебная королева, – продолжал он. – Говоря о вашей жестокости, я сетовал на то, что ваши мысли витают где-то вдали от меня. Надеюсь, не другим мужчиной заняты ваши думы?
Габриэль с удовольствием отметила, что маска скрыла предательскую краску, залившую ее щеки.
– Конечно нет.
– Вы меня успокоили. Я был бы уничтожен, если бы обнаружил, что у меня есть соперник.
– Разве кто-то может соперничать с Вашим Величеством! – польстила ему девушка.
Замысловатые фигуры танца разделили их, и Габриэль на время оказалась в паре с шевалье д'Алисард, маска которого в форме ястребиного клюва немного маскировала его пухлые щеки. Его любезности оказались столь же сальными, как и ладонь, и Габриэль почувствовала несказанное облегчение, когда фигуры танца вернули ее к первоначальному партнеру.